Любовь Черникова 
Любимая воина и источник силы

Академия Великой Матери – 2

Волшебная академия (АСТ) – 

Издательский текст http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=42726360
«Любимая воина и источник силы»: Издательство АСТ; М.; 2019
ISBN 978-5-17-102293-8
Аннотация

Я Льяра Яррант, друид-оборотник и студентка-первокурсница Академии Великой Матери. Вот уже и первый семестр позади. Сдан сложный экзамен, впереди практика и каникулы. Казалось бы, жизнь прекрасна, да только принц с помолвкой торопит, а любимый, сделав предложение, пропал. Практика вообще обернулась похищением, а новая ипостась принесла не только радость, но и привлекла внимание заговорщиков, которым зачем-то понадобилась моя кровь. И как найти выход? Остается только поверить волку и разбудить зверя внутри.

Любовь Черникова
Любимая воина и источник силы

© Л. Черникова, 2019
© ООО «Издательство АСТ», 2019

Глава 1

Льяра  
– Папа?
Выдохнув, облокотилась на стенку, совершенно забыв о том, что не разговариваю с лордом Сатемом. Испугалась я сначала потому, что не ожидала кого-то увидеть, а уж только потом возможной причины его появления.
– Оэльрио, ты знаешь, который сейчас час?
Настенные часы высвечивали пять тридцать.
– Утро, а что?
– Почему я не обнаружил тебя в комнате, амулета вызова на тебе нет, а его последнее местонахождение весьма далеко от академии?!
Наверное, никогда еще так быстро не врала.
– Ты меня не обнаружил в комнате, потому что я принимала душ, – постаралась обезоруживающе улыбнуться, надеясь, что отец впервые здесь меня ищет. А амулет… – А, была не была! – Амулет у Тильи. Она отправилась на вечеринку, и я дала его ей. Я переживала и подумала, что раз уж мы ей немного обязаны, то будет хорошо подстраховаться на случай чего-то непредвиденного.
Тут отец осмотрелся, видимо, вспомнив, что я, вообще-то, не одна здесь живу. Кстати, странно, что и Кассандры тоже нет. Но не успел лорд Сатем задать новый вопрос, как дверь отворилась и на пороге появилась усталая, но, похоже, вполне довольная Тилья. Улыбка так и застыла на ее губах, когда рассеянный взгляд наткнулся на моего отца. То ли из-за выпитого, то ли от усталости, то ли из-за высоких каблуков реверанс вышел не таким изящным, как обычно, и подруга ухватилась за косяк, едва не подвернув ногу и смущенно бормоча извинения.
– Тилирио? Где вы были всю ночь?
Надо отдать подруге должное. Поморщившись, она скинула туфли, а затем, гордо выпрямившись, ответила:
– Простите, лорд Яррант, но это мое личное дело, где и с кем я провожу ночи. Я готова держать ответ только перед моим опекуном, коим вы не являетесь.
Странно, но отец не рассердился, лишь удивленно хмыкнул, а Тилья, вдруг посмотрев ему под ноги, подняла палец вверх и, покачав им из стороны в сторону, нараспев выдала:
– Не-а!
Невольно вспомнила ее рассказ о тенях.
– Думаю, все же я имею право знать, раз уж моя дочь ради вашей же безопасности снабдила вас собственным амулетом вызова. Или вы искренне считаете, что императорский советник – мальчик на побегушках?
Поперхнувшись воздухом, Тилья медленно перевела взгляд на меня. Великая Мать! Ох, чую, подставила я подругу… Умоляюще сложила руки и закивала. Еще минуту Тилирио, наморщив брови, соображала, что я от нее хочу: чтобы она согласилась с утверждением лорда Сатема о мальчике на побегушках или о чем-то еще? Я изобразила висящий на шее амулет. И Тилья, облегченно выдохнув, заговорила:
– Простите, я не это имела в виду. Я очень благодарна за вашу заботу, – она даже нашла в себе силы вежливо поклониться.
Отец милостиво улыбнулся и протянул руку:
– Можете его вернуть.
Я закрыла лицо ладонью и провела вниз. Все. Это конец.
– Я… Кажется, я его потеряла… – голос подруги прозвучал обреченно.
– И где же это произошло? – вкрадчиво уточнил отец, делая шаг навстречу.
А меня вдруг одолел новый кошмар, в любое мгновение может появиться Верд, как бы его предупредить. Хоть бы отец ушел поскорей!
– Папа, уже поздно… То есть рано…
Полный провал!
В подтверждение моих опасений тени сгустились, и посреди комнаты материализовался Вердерион Аллакири, помахивая якобы пропавшим амулетом. Слава Великой Матери, на этот раз – одетый.
Театральная пауза.
– Лорд Сатем, – Верд, поклонившись, вытянулся по струнке, как тогда, в кабинете ректора.
– О, Вердерион, спасибо! Вы его нашли! – спасла положение подруга. Шагнув вперед, забрала амулет из рук растерявшегося Теневого волка и передала моему отцу. – Лорд Сатем, простите, – в ее голосе появились какие-то особые нотки. – Больше этого не повторится, обещаю, – она чуть склонила голову и опустила ресницы.
Милостиво кивнув, лорд Яррант, не глядя, протянул амулет мне. Забирая его, испуганно глянула на Верда и пожала плечами. Любимый незаметно подмигнул, и я немного расслабилась, стараясь верить, что он что-нибудь придумает.
– Тилирио, пожалуй, я подарю вам собственный, чтобы моя дочь больше не подвергала себя опасности, одалживая свой, – тем временем продолжил отец и, как по заказу, выудил из кармана еще один, точно такой же. – Вот держите.
Я увидела, как бровь Верда приподнялась, а в глазах застыл молчаливый вопрос. В ответ снова пожала плечами.
– Так где вы нашли амулет моей дочери? – неожиданно лорд Сатем повернулся к Вердериону.
Шепчу одними губами: «У Галэна».
– В столичном особняке принца Файбардского, неподалеку от портального комплекса.
Ну да, все верно. Врать не имеет смысла, наверняка отец уже выяснил его местонахождение.
– И почему же тогда я его там не обнаружил, а когда снова проверил местоположение, он уже был в академии?
– Предположительно потому, что я его забрал немногим раньше, а вы не успели скорректировать данные.
Лорд Яррант, поджав нижнюю губу, пристально смотрел на воина.
– Хорошо. Но что вы делаете здесь в такое время? Почему считаете себя вправе бесцеремонно являться в комнату моей дочери ночью? Оэльрио? – отец повернулся ко мне.
– Лорд Яррант, прошу прощения, – привлек его внимание Верд. – Не хотел скомпрометировать вашу дочь, стоя под дверью в такое раннее время. – Верд посмотрел на часы и добавил: – Кроме того, мы договорились, что я помогу Оэльрио с практикой оборота. У нее были трудности с этим предметом. – Мужчина, которого я сейчас любила больше жизни, обратил на меня взор пронзительно-синих глаз и спросил: – Льяра, ты готова? В нашем распоряжении всего пара часов.
Кивнула и осторожно прошла к шкафу. Меня никто не остановил, а потому спокойно извлекла форму и направилась в ванную, намереваясь переодеться. Тилья нещадно зевала, уже не пытаясь сдерживаться и лишь прикрывая лицо руками. Глядя на нее, тоже едва подавила зевок. И как только Верд умудряется выглядеть таким свежим?
– Почему моя дочь обратилась с этой проблемой именно к вам?
– Лорд Яррант, я тоже преподаю в академии и считаюсь специалистом по сложным случаям, к тому же меня порекомендовала инструктор Аркенч, методы которой не сработали. Наверняка вам известно, что Оэльрио за весь месяц так и не смогла обернуться ни разу, но теперь дело пошло на лад. Сегодня мы как раз планировали закрепить и стабилизировать новый навык.
– Так вы уже занимались? – отец явно удивился, а я мысленно зааплодировала.
– Да. Вчера вечером впервые, – Верд позволил себе легкую улыбку, а я покраснела, вспомнив, чем именно. – Вы не поверите, когда узнаете, какова ипостась вашей дочери.
– Неужели снежный барс? – прозвучало как-то обреченно.
– Ирбис. Он самый. А вы откуда знаете?
– Ты пошла в мать, – это уже мне.
Мне показалось или отец не сильно рад этой новости?
– Мама оборачивалась в ирбиса? Ты не рассказывал!
– Да, Элья.
Наконец-то Элья! Значит, отец смягчился. Но тут его взгляд, обратившись к Верду, снова приобрел подозрительное выражение:
– Вердерион, но все сказанное вами так и не объясняет один момент. Откуда вы узнали, что амулет пропал?
Снова повисла тишина. Едва расслабившись, я напряглась вновь. Даже остановилась, так и не шагнув через порог ванной комнаты. Тилья тоже перестала зевать.
– Делал обход и встретил леди Тилирио у портального комплекса академии. Она была расстроена, и я посчитал себя вправе поинтересоваться, кто ее обидел, и вызвался помочь и пообещал отдать амулет лично вашей дочери, если его найду. Мне повезло. – Верд сверкнул ровными зубами.
Отец хотел еще что-то сказать, но замер, как это с ним часто бывало. Наверное, получил важное сообщение.
– Оэльрио, мне пора. Вердерион, как-то гладко все у вас выходит, – пытливый взгляд несколько мгновений буравил лицо Верда Аллакири, с которого сияли честные-пречестные глаза. – Как бы там ни было, хочу предупредить, вам нечего делать рядом с моей дочерью и ее подругами. Найдите себе кого-нибудь, соответствующего вашему положению дел.
Мы с Тильей, переглянувшись, закашлялись, а Верд предпочел не отвечать, но от меня не укрылось, как упрямо сжались его челюсти. Лорд Сатем исчез, а из нас будто вынули стержни. Тилья с размаху повалилась на кровать, а я уселась прямо на пол. Фух! Кажется, отбились. Стоять остался только Верд.
– Студентка Яррант, чего расселись? Надевайте форму, у нас мало времени.
– Верд, ты шутишь?
– Инструктор Аллакири. Пожалуйста, обращайтесь ко мне как положено! – даже задремавшая было Тилья удивленно подняла голову. – Давай-давай, время пошло!
Вот же гаденыш! Умирая от усталости, направилась в ванную и натянула форму для оборота. Вышли мы чинно и даже добрались до тренировочного поля, а там я все же не выдержала и, уперев руки в бока, высказала:
– Инструктор Аллакири, – вышло как-то ехидно, – мы что, и правда будем заниматься? Вы издеваетесь?
– На самом деле у меня предложение получше, – Верд подошел близко-близко. Его голос снова зазвучал тепло и тихо. – Давай просто поспим? – притянув меня к себе, он перенес нас в свою комнату.

Глава 2

Верд  
Засыпать, обнимая любимую, было просто невероятно. Я уже давно не позволял себе подобной роскоши, не путая увеселения с чем-то личным. Слушать ее дыхание, чувствовать запах кожи, свежий и ароматный после принятого душа, ощущать тепло ее тела. Все это делало меня по-настоящему счастливым. Уснул, укрепившись в мысли, что понял, ради чего стоит переступить через себя, пойти к отцу и помириться наконец. Проспали мы почти до полудня.
Разбуженный робкими поцелуями, подскочил как ошпаренный, не сразу сообразив, что происходит. Смущенная Льяра сидела рядом, закутавшись в простыню. Спецформа для оборота аккуратно висела на спинке стула. Вспомнив, как сам ее снимал, почувствовал столько всего, чего не мог сейчас себе позволить.
– Я проголодалась. Сильно. Зверски! – она вдруг куснула меня за плечо.
И правда, после первого оборота нужно как следует поесть, и нашего довольно плотного ужина у меня в особняке явно было недостаточно. Вдруг Льяра обернулась. Вот так мгновенно, неожиданно, без всякой подготовки.
– Котенок, общежитие для этого не место. Возвращайся.
Большая пятнистая кошка с загадочным выражением на морде ткнулась головой мне в грудь, замурлыкала, когда я почесал ее за ухом. Потянувшись, зевнула, выжидательно на меня посмотрев, взяла в зубы форму оборотника и, величественно покачивая хвостом, удалилась в ванную, ловко прикрыв за собой дверь лапой. Через три минуты она оттуда вышла уже одетая.
– Котенок, ты что, меня стесняешься? – я улыбнулся.
– Утро, точнее, день… – она пожала плечами, как будто это все объясняло.
– Льяра, ответь мне на один вопрос, – сел на кровати, чувствуя, как сердце внезапно встрепенулось. Забилось о грудную клетку.
Она подошла ближе, и я смотрел на нее снизу вверх. Сейчас, без прически, макияжа и платья, при дневном свете, любимая показалась мне совсем ребенком. Бледная, почти фарфоровая кожа, такая нежная и бархатистая, покрытая еле заметным пушком. Бездонные, как южное море в солнечный день, сияющие бирюзой глаза, выражение которых сейчас показалось немного испуганным – наверное, ей передалась моя тревога. Яркие, по-детски припухшие губы, не знавшие раньше столько поцелуев за одни сутки, в этом я уверен. Темные, немного встрепанные каштановые волосы. Все это казалось верхом совершенства. Я протянул руку, и она вложила в нее свою маленькую ладонь.
– Ну же! Я хочу есть, – поторопила мягко.
– Льяра, ты выйдешь за меня?
Повисла пауза.
– Вердерион Аллакири, – изящная бровь изогнулась, – это ты что, так делаешь мне предложение?
– Надо было встать на одно колено?
– Ну как-то так я себе это и представляла, – слегка нервно хихикнула она.
– Ну так что? – я чуть сжал ее руку, настраивая любимую на серьезный лад.
– А ничего, что меня прочат в невесты другому?
– Если ты про Галэна, я решу эту проблему.
– Хорошо, я согласна. Но…
Я уже притянул ее ближе, чтобы поцеловать, но остановился:
– Что «но»?
– Попозже, если ты не против. У меня только жизнь началась. Я хочу учиться, а не сидеть в поместье, даже если оно на берегу моря.
Я рассмеялся и прижал любимую к груди.
– Да разве же я против?
Ну все, раз мы все выяснили, пора действовать.
Я не мог больше ждать. Вынул из шкафа набор амулетов. Это те, что не ношу с собой постоянно. Теперь одного недоставало – того самого, который я вместе с прошлым, уходя, оставил на маленьком столике в приюте Шаиты. Перебрав оставшиеся, взял один, к которому не прикасался уже почти десять лет, чувствуя, как в душе возникает привычный с детства трепет. И почему я все еще так  на него реагирую? Глубоко вздохнул, прежде чем послать мысленный вызов.
Ответ последовал спустя несколько мучительно долгих мгновений:
– Вердерион? Долго же я ждал, – ирония и легкое превосходство.
Не сразу смог начать:
– Отец, я могу с вами поговорить?
– Видимо, случилось что-то действительно серьезное, раз ты решился? Через десять минут у меня в кабинете или жди до завтра.
Связь оборвалась, и я невольно выдохнул с облегчением.
– Котенок, мне срочно нужно отлучиться, вернусь – все объясню.
Лицо любимой слегка помрачнело.
– Ну раз так надо…
Подошел и обнял, прижимая к себе. Мы перенеслись к двери ее комнаты, и я, не заботясь о том, что нас кто-то увидит, поцеловал ее нежно-нежно.
– Сейчас вернусь, а ты скажи, смогу я переместиться сразу внутрь?
Льяра все еще с тревогой на меня смотрела, но я не мог ничего объяснить ей прямо сейчас. Уж слишком рискованной была затея.
Выполняя мою просьбу, она приоткрыла дверь и заглянула в комнату.
– Да, уже никто не спит, но что ты задумал?
– Для начала тебя накормлю.
Переместившись в столовую, набрал побольше еды. Свежеиспеченному оборотнику нужно вовремя пополнять запас питательных веществ. Завтрак уже закончился, да и обед не за горами, но мне бы не хотелось, чтобы любимая разгуливала одна, пока я не вернусь. Не хотелось, чтобы столкнулась с Галэном, пока меня не будет. Материализовавшись с подносом посреди комнаты, удивил ее подруг. И еще больше, когда поцеловал перед тем, как исчезнуть.
Из отведенных мне десяти минут осталось всего четыре. Две из них потратил на то, чтобы переодеться, негоже являться к отцу в домашнем. Парадная имперская форма, висящая в гладильном шкафу, пришлась как нельзя кстати. Нацепив на шею новый орден, свидетельствующий о звании эрсмана, перенесся к портальному комплексу академии. Нужно быть безумцем, чтобы попытаться напрямую переместиться во дворец. К порогу отцовского кабинета успел за несколько секунд до назначенного времени. Слуга, распахнувший передо мной дверь, неожиданно провозгласил:
– Принц Вердерион Алларик Норанг!
Значит, вот как? Прежний титул? Ну что ж, если это мне как-то поможет в разговоре, то я согласен снова побыть принцем.
– Отец, – замер, склонив голову, ожидая, когда мне будет позволено открыть рот.
Император не спешил, разглядывая меня так пристально, будто видел впервые. Да и беседовать напрямую, спустя столько лет, было немного странно, обычно он говорил со мной устами советника.
– Ты многого добился, сын, – наконец нарушил молчание Алларик Норанг Пятый. – Знай, я горжусь тобой. Надеюсь, ты не держишь на меня зла?
Проглотил норовящую сорваться с уст колкость, сейчас неподходящее время распускать язык, и просто заставил себя кивнуть. Тем не менее душевное состояние скрыть не удалось. Во дворце энергия теней всегда была активнее прочих, что неудивительно, ведь под ним расположен один из источников. Отец, усмехнувшись, уставился на заклубившиеся у меня под ногами тени.
– Ты стал намного сильнее, – одно движение руки, и тени опали, будто впитавшись в светлый ворс ковра. – С чем пришел? Полагаю, причина достаточно серьезная, раз ты решился нарушить свое молчание.
– Отец, я прошу дозволения жениться.
– Вот как? – кажется, мне удалось удивить императора. – Но, насколько мне известно, все эти годы ты поддерживал постоянные отношения только с некой дамой из увеселительного заведения. Надеюсь…
– Речь не о ней, – перебил отца самым непочтительным образом, но тот словно и не заметил.
– Кто же твоя избранница?
– Оэльрио Яррант, дочь твоего советника.
– Что? – кажется, отец на мгновение опешил. Ему изменило даже извечное спокойствие: – Вердерион, ты издеваешься?! С какой стати ты выбрал именно ее?
– Мы любим друг друга, да и Льяра согласна. Она совсем не похожа на…
– Да какая разница, кто кого любит? Она дочь моей сестры!
– Сводной. – Где-то в глубине души, я чувствовал, что ничего не выйдет, но все равно был готов бороться до последнего. – Мы не родственники по крови!
– В любом случае это теперь невозможно. Она станет невестой, а затем и женой принца Файбардского, Галэна Ярта Берди. Эрессолду нужен этот союз – это мое последнее слово.
– Принц Галэн – никчемное существо! Он транжирит казну, а в его особняке настоящий притон! Думаю, если копнуть глубже, можно найти…
– Меня не интересует твое мнение! На троне Файбарда рано или поздно будет сидеть наша королева.
– Тебе так нужен Файбард? – я усмехнулся. – Хорошо, я завоюю тебе Файбард. Только что потом? Возьмешься за Арендолл? – я уже не сдерживал злую иронию.
Тени метнулись ко мне раньше, чем я успел хоть как-то защититься. Они опутали, обездвиживая, лишая сил и доступа энергии. Я бы мог попробовать бороться, да только в этой борьбе все равно не было особого смысла, победа или поражение – итог будет один и тот же.
– Думай, что говоришь, щенок! – прошипел отец мне в лицо. – Ты всегда был несдержан, и, похоже, годами это не лечится. Что я могу поделать, если ты так и остался капризным мальчишкой и не видишь дальше своего носа, когда вобьешь себе в голову очередную блажь? Не желаешь увидеть! С тобой действует лишь единственный способ. Я разочарован. В наказание будешь защищать этот самый Файбард. Рядовым! Отправляйся немедленно и не смей даже близко подходить к Оэльрио. Не пытайся поддерживать связь. И, Вердерион, без глупостей. Я тебя предупредил.
– Льяра никогда не даст согласия на этот брак! – это было по-детски, я понимал, что она не сможет противиться императорской воле.
Отец горько рассмеялся:
– Оно и не требуется. А если понадобится, я сотру все воспоминания о тебе, и помещу в ее голову новые. Ты знаешь, у меня есть люди, которые способны это сделать. Так что не пытайся ослушаться.
Я раздавленно молчал, переваривая услышанное, а внутри будто что-то умерло. Этот человек в очередной раз отнял у меня все.
Льяра… Мой отряд… Что осталось? Только моя жизнь?
– Разрешите идти, ваше императорское величество?
– Свободны, рядовой Аллакири, служите империи.
Я, наверное, сошел с ума. После того как за мной закрылась дверь императорского кабинета, меня разобрал дикий смех. В голову пришла идиотская мысль, что я живое пособие «Как за минуту разговора потерять все, чего добился». Это же надо, войти принцем, а выйти никем. Стоит рассказать Эллэ, пускай посмеется.
Но не успел я и на пять шагов отойти от кабинета, как меня вернули. Видно, мало на мою голову выпало унижений.
Отец стоял ко мне вполоборота и глядел в окно.
– Вердерион, я хочу, чтобы ты повторил клятву верности империи. И мне лично тоже, – произнес он ровным голосом.
Последовал небрежный пасс рукой, и свет померк, а посреди кабинета заклубился сгусток теней. Я еле удержался на ногах от такого количества энергии, разлитой вокруг. И как только отец справляется? Император связан с источником, а это лишь малая толика того, что ему доступно.
Шагнул вперед и, чуть помедлив, протянул руку, погрузив прямо в теневой шар. Кровь тотчас застыла в жилах, кисть немилосердно заныла, словно окунул ее в ледяную воду. Энергия жизни плохо сочетается с энергией теней, хотя я и преуспел в этом. Слыша, как хрипло звучит мой голос, пробубнил короткие слова клятвы и, судя по тому, что меня не разорвало в клочья и не постигла иная кара, даже умудрился говорить искренне.
– Это все?
Казалось, из меня выжали все соки. Император, не изменив позы, молча кивнул. Сорванный с шеи орден эрсмана упал на пол, но густой ворс ковра лишил этот жест должного пафоса.
У самых порталов ожидал бравый молодец в форме дворцовой стражи:
– Вердерион Аллакири, – он протянул мне металлическую капсулу, – приказано передать. Запирающий механизм откроется, когда прибудете к месту приписки. А это ключ-портал, он перенесет прямо в Сатор-Юти, там расквартирована манипула эрсмана Данмэ, передайте ему назначение, – он протянул еще одну капсулу. – Удачи! И покажите этим фанатикам, что такое голодный раал’гар! – он потряс сжатым кулаком.
Кивнул, наблюдая все тот же раздражающий восторг и обожание в глазах парня. Портал доставил меня на спорные земли, те самые, за которые продали Льяру. Я, оглушенный произошедшим, машинально переставлял ноги, пытаясь абстрагироваться от действительности. Снова стать просто боевой машиной императора, без чувств, эмоций и желаний? Нет, пожалуй, не в этот раз… Нужно прийти в себя, собраться с силами и придумать, что делать дальше.
В кармане что-то тихо дзынькнуло и потеплело – похоже, спали запирающие чары. Внутри капсулы обнаружилась записка, я без труда узнал почерк отца:

Сын, все не так, как кажется. 
Наблюдай за источником. 

Вот так сюрприз! Еще бы понять, что это значит? Одолела злость. Отец, растоптав меня, все равно использует как орудие, но самое обидное, я ничего не могу поделать. Клятву на источнике нельзя нарушить, кара – мгновенная смерть. Ходят слухи, что эффект через несколько лет спадает, но вряд ли кому захочется экспериментировать.
Буквы тут же поплыли, смазались и исчезли, оставив девственно-чистый клочок бумаги. Надо же, отец пишет тенями?! Интересное умение.
Второй сюрприз поджидал в штабе, организованном при городской ратуше. Эрсман Данмэ, типичный полевой вояка, оценивающе на меня посмотрел.
– И чем вы так провинились, Аллакири, что вас вконец разжаловали? – он нахмурил седые брови и пробежал глазами мое назначение. Написанное ему явно не понравилось. – Так и думал, слухи о вас не имеют ничего общего с реальностью. Идите, можете быть свободны, выполняйте свое особое задание , – последнюю фразу он выделил голосом.
– Какое именно? – я опешил.
– Вы у меня спрашиваете?! – Данмэ едва не подавился, окинув меня с ног до головы неприязненным взглядом. – Разочаровываете все больше. Откуда мне-то знать, чем обычно занимаются дутые герои, пока честные ребята проливают кровь, защищая людей от Чащи и обдолбанных засранцев с черепами на бошках.
Да о чем он? Какое еще задание? И тут все встало на свои места: клятва верности, записка, источник. Отец попросту развязал мне руки!
Все не так, как кажется.
Все не так, как кажется!
– Эрсман Данмэ, вы патрулируете район источника?
– Какая вам разница?
– Когда очередная смена?
После разговора отправился на выделенную мне квартиру – природники вырастили целый городок на окраине, почти у самого периметра, недалеко от местного портального комплекса. По пути вызвал Эллэ:
– Привет, дружище!
– Верд, что, дери тебя бесы, случилось?! Почему меня назначили командиром «Теней»?
– Райд, я некоторое время буду занят. Не знаю, как долго. Береги ребят. И вот еще что, передай Льяре, что я ее очень люблю и все будет хорошо. Я сделал ей предложение и исчез, она, наверное, извелась уже вся…
Эллэ что-то еще говорил, но я прервал контакт. Стянув амулет с шеи, бросил на наземь и раздавил каблуком. Никто не должен знать, где я нахожусь. Следующим этапом нужно собрать все необходимое на первое время и заскочить в местную библиотеку, стоит попробовать выяснить все о нейтральном источнике до того, как выйдет новая смена. А потом рядовой Верд Аллакири без вести пропадет в Чаще…

Глава 3

Льяра  
Верд оставил меня в некотором смятении чувств.
Казалось бы, все случившееся напоминает сказку, и чего только тогда так на душе тревожно? Или просто не верится, что со мной это вообще могло произойти? Или меня накрыло моральное похмелье, откат после всех этих событий. И почему мне кажется, как только я сделала шаг за порог родового поместья, как со мной постоянно что-то происходит?
– Рассказывай! – дрожащие от нетерпения голоса подруг отвлекли от размышлений.
– Даже не знаю, с чего и начать?
Ну а что? И правда, не знаю. Все так странно. Еще вчера и в мыслях не держала, что за одну ночь побываю на вечеринке у навязанного жениха, потом у любимого мужчины дома, а затем научусь принимать ипостась. Это меняет, накладывает отпечаток. Я теперь – другая.
– Я ирбис, – выдала сильно укороченную версию событий.
– Что? – переспросили девчонки, кажется, они ожидали услышать не это.
– Я научилась оборачиваться. Мой зверь – снежный барс.
На меня обрушился шквал поздравлений. Подружки знали, как я переживала, и искренне порадовались, тем не менее разговор быстро вернулся к вечеринке. Наши отношения с Вердом вызвали жгучее любопытство. Отоспавшаяся Тилья была полна энергии и буквально засыпала меня вопросами с пристрастием, достойным главного имперского дознавателя, который, бывало, обедал у нас:
– Куда ты вчера делась? Почему Верд Аллакири самолично приносит тебе еду и целует при всех без зазрения совести?
Не сдержав загадочной улыбки, приступила к рассказу.
Остаток дня мы валялись на кроватях, болтали и бездельничали. Гулять совсем не хотелось, да и с утра зарядил нудный мелкий дождик. Я, в свою очередь, выяснила, что Тилья и Парами все-таки помирились, а потом искали меня, но едва нашли, как из ниоткуда появился Вердерион и умыкнул меня из-под носа. Кэс же дополнила ее слова рассказом о его неожиданном появлении в нашей комнате, после чего мы насели на нее и выпытали их с Сандром историю.
– Да ничего особенного. Поужинали, много болтали ни о чем и обо всем сразу, узнавали друг друга получше. Потом испугались, что Верд все расскажет моему брату – он ведь видел, как мы целовались, – тяжко вздохнула Кассандра. – Боюсь, у нас могут быть неприятности. Мы на всякий случай даже ушли в комнату Сандра и как-то незаметно уснули, пока утром нас не разбудил своим приходом Джентор.
Тилья рассказала, что после моего исчезновения Галэн пошел вразнос, стал пить, вести себя по-хамски, тискать всех подряд девчонок. Многие предпочли уйти. Они с Парами сделали это сразу, не дожидаясь, чем все закончится, а потом еще долго гуляли по территории академии, прежде чем вернуться в общежитие.
Вечером отправились на ужин.
Я немного опасалась встретить Галэна, не хотелось скандалить, но принц в столовой не появился. На душе росла тревога, куда же запропастился Верд? Ведь он обещал скоро вернуться и до сих пор от него никаких вестей. Про предложение я девчонкам так и не рассказала, посчитав все это преждевременным. Мои опасения подтвердил и Райд Эллэ.
Появившись подобно плещущему энергией урагану, мужественный красавец блондин бесцеремонно втиснулся между Кэсси и Кэс, вызвав тем самым молчаливое неудовольствие Сандра. А вот Аслана с Мориа так нигде и не было видно, даже интересно, куда они вчера подевались?
Когда возвращались, Райд чуть придержал меня за руку, чтобы мы немного отстали.
– Есть послание от командира.
Передав мне слова Верда, Эллэ добавил от себя, что я всегда могу к нему обратиться, если что-то понадобится. Еще пожелал быть сильной, не переживать и верить в Верда. Обещал, что он скоро всех победит как обычно, вернется и тогда все точно будет хорошо.
Эх, легко ему говорить. Не его собираются выдать за Галэна…
На следующий же день, позвала инструктора Аркенч к «загону», оповестив, что наконец добилась результата. Удивленные и восхищенные лица стали мне наградой, когда я, обернувшись, сделала круг почета. Роксана даже аплодировала, простив мне то, что я не назвала ипостась сразу. Особенно за меня радовался Парами, который и сам стал превращаться всего неделю назад, явив нам роскошного самца рыси с пушистыми кисточками на ушах. Парни подкалывали его, что он такой же смазливый, как и раньше, мог бы и не трудиться, все равно никто разницы не замечает. Как всегда, особенно старался Сандр.
Теперь я вместе с остальными была допущена к полосе препятствий. Раньше приходилось только наблюдать за одногруппниками, бегая вокруг тренировочного комплекса. Суть испытания заключалась в том, что требовалось быстро соображать, и то и дело менять обличье, чтобы выполнить задание. Пятерых, пришедших последними, Аркенч до полусмерти гоняла по беговой дорожке, вырабатывая выносливость.
Как ни странно, я вдруг поняла, что оборот мне дается гораздо легче, чем прочим. Перелетая огромную грязевую яму в образе ирбиса, я прямо в воздухе стала человеком под изумленные вздохи зрителей и, подтянувшись на «стенке», быстро решила логическую задачу, вся сложность которой заключалась в том, что для этого нужны человеческие руки, чтобы активировать планшет и ввести полученный результат. С удивлением я наблюдала, как ребята, следовавшие за мной, попытались мой трюк повторить и попáдали в грязь, ругаясь на чем свет.
И все же доставалось и мне. Не все снаряды давались с такой легкостью. Порой мои гибкость и скорость, наоборот, играли злую шутку: слишком на себя понадеявшись, я проигрывала и под понукания Аркенч бегала с остальными.
Последующие дни пролетели как в тумане. Я то злилась на Верда, то безумно скучала. Пыталась не думать о плохом, но не всегда получалось. Тогда на помощь приходили воспоминания, ненадолго погружая обратно в то время, когда я была совершенно счастлива. Я раз за разом крутила на проигрывателе нашу песню, вспоминая танец на крыше его дома. Пустого дома, где он и сам был скорее гостем…
Но, к счастью, нас сильно загружали, а потому на хандру особо времени не оставалось, и я старалась прилежно учиться.
Например, на основах концентрации и управления энергией магистр Нарэм Гофф научил нас при помощи специальных упражнений и медитации усиливать свои возможности. Например, концентрировать сразу несколько маленьких сгустков энергии и придавать им определенную форму. Делать это приходилось самостоятельно, без посторонней помощи.
Потом мы учились делиться энергией и на глазок просчитывать потенциал друг друга, чтобы не дать слишком мало или чересчур много. Это было очень для меня актуально. Я же могу влить столько, что магу станет плохо и он попросту не совладает с таким количеством энергии, и, наоборот, слишком много принять у того, чей потенциал мал по сравнению с моим. Поначалу вставать со мной в пару даже опасались, особенно после предупреждения преподавателя, но в итоге успокоились, наблюдая, что я легко справляюсь с задачей.
На этом занятии получила ответы на некоторые мучившие меня вопросы. Например, поняла, снижение температуры вокруг, те два раза, когда применила силу неосознанно, происходило именно потому, что я с высокой скоростью вбирала энергию жизни из окружающего пространства, отсюда и странный ветер на улице, и протест Древа. Этим же было обосновано мое плохое самочувствие – перебор. Взяла больше, чем могла освоить. Теперь, понимая, как это работает, уже не допущу подобного.
Не обошлось и без казуса.
Дурачась на перемене, создала себе шевелящиеся волосы из концентрированных сгустков энергии и два клинка. Сделав надменное лицо, во всеуслышание объявила себя грозным Теневым магом лордом Яррантом и, пообещав покарать пятые точки своих друзей, за невинную, но глупую шутку, которую они сыграли со мной в столовой, принялась под громогласный хохот гонять Кэсси и Парами по залу медитаций.
Когда магистр Гофф это увидел, был весьма недоволен:
– Оэльрио, мало того что вы порочите имя собственного отца, так еще нарушили сразу три правила безопасности академии!
Перебрав в голове оные, я так и не смогла понять, что именно он имеет в виду?
– Простите, магистр, но я не понимаю… То есть… В зале для медитаций же разрешено заниматься концентрацией?
– Вы осмелились создать энергетическое оружие и угрожали им своим одногруппникам!
Гоффа едва не затрясло от негодования. Даже голос повысил впервые на моей памяти.
– Простите, – развеяла клинки, которые неосознанно продолжала удерживать. – Это была только шутка. Я никого не хотела поранить. И вообще, в правилах сказано о теневиках и сияющих. Думала, друидов этот пункт не касается.
– Лучше думать надо, студентка Яррант. Я вынужден сообщить об этом инциденте ректору.
– А еще?
– Что еще? Вам этого мало?
– Вы сказали: три правила. Я создала оружие и, пускай, угрожала им одногруппникам. Какое третье?
Магистр замялся, но выдал:
– Запрещено использовать энергию жизни для формирования энергетического оружия.
В классе повисла тишина, все навострили уши.
– Но почему? – не удержалась от закономерного вопроса.
Кажется, магистр Гофф вконец растерялся:
– Потому что это попросту невозможно! Было невозможным… Ну уж точно не на вашем уровне подготовки, Оэльрио. Я бы поверил, что подобное сделал ректор, но никак не студентка-первокурсница, пускай и с приличным потенциалом. И тем более не оборотница!
– Это еще почему?! – как и все оборотники, Кэсси и Парами с Асланом особенно ревностно защищали честь нашей специализации, ведь на совместных занятиях частенько возникали споры, какой вид энергии круче других и какой уклон дает больше преимуществ. К нашему неудовольствию, к оборотникам часто относились как к грубой силе.
Упрямо сжала зубы и постаралась говорить ровно и по-деловому:
– Тогда добавьте, пожалуйста, эти пункты в правила. Пускай все знают, что раз они там указаны, значит, были прецеденты, – вышло скорее ехидно, но как-то меня задело такое пренебрежение со стороны преподавателя. Все же теневики – те еще зазнайки.
Разогнав нас по залу и раздав задания, магистр Гофф снова превратился в безэмоционального теневого мага, а я все кипела. Тихо пробормотала, обращаясь к Тилье:
– Вот возьму и стану первым оборотником в мире, который умеет ходить… – подходящая аналогия никак не шла на ум, а потому я поправилась: – Короче, перемещаться буду самостоятельно, без порталов, как теневики.
В итоге особо мне не попало, ведь в правилах действительно не было указано ничего такого, а вот ректор даже пообещал позаниматься со мной лично со следующего триместра, так как пока мне не хватает основных знаний.
К слову, приближался конец первого, а вместе с ним и экзамены. Всего же сессия в академии была трижды в год, чтобы лучше закреплять материал и не давать студентам расслабиться. Чаща не прощает ошибок.
Экзамены по организации чем-то напоминают вступительные. Студентов разбивают на группы, состав которых определяется предстоящим заданием. Группа выводится в Чащу, естественно, под прикрытием опытных друидов из числа преподавателей. Дается вводная, содержащая несколько индивидуальных задач для каждого. Совместными усилиями нужно их выполнить, за выполнение группа получает баллы. Эти баллы позволяют принять участие в соревнованиях за кубок укротителя Чащи пятой степени между первокурсниками всех факультетов. Но мало просто выполнить задачу. Если выполнить ее максимально эффективно и обнаружить и дополнительные задания, то можно получить намного больше баллов.
Так что мы заранее усиленно готовились, регулярно оставаясь после занятий, сидя то в библиотеке, то в зале для медитаций, а в погожие солнечные деньки и прямо на тренировочных площадках. Там же разрешалось оборачиваться, и мы старались отрабатывать примерные варианты развития событий в разных комбинациях, ведь никто заранее не знал, с кем окажется в одной команде.
Я не упускала возможности изучать факультативные предметы. К ним относились основные предметы других специализаций. Например, основы врачевания. Там нас учили использовать собственную энергию для лечения мелких травм, отравлений, первичной диагностике и первой помощи. На растениеведении мы изучали не столько представителей флоры – так сильно углубляться пока было ни к чему, – сколько основные характеристики и признаки, чтобы понимать степень исходящей от них опасности. Ядовитое или нет? Как живет, как взаимодействует с окружающей средой. Часть этой информации можно получить, просто «побеседовав» с растением. В этом, конечно, больше всех преуспевали природники.
На факультативы ходить было не обязательно, но среди первокурсников мало кто отлынивал, стараясь получить максимум полезных навыков. Ведь имея плохие оценки, закончить академию, конечно, можно. Но есть одно «но»: таким студентам выдадут диплом уже после третьего курса, но все, на что они смогут рассчитывать, если нет состоятельных родственников, это работа в забытых Великой Матерью поселениях, где очень большая текучка кадров и совсем маленький заработок.
Чаща не прощает ошибок.
Это нам вбивает в голову каждый преподаватель.
Этой фразой начинается и заканчивается каждое второе занятие.
Эту фразу нас заставляет скандировать Тагрэ во время упражнений.
Я испытала это на себе при первом появлении здесь.
И я, как друид, сделаю все, чтобы стать полноправной ее частью. Научусь читать ее послания в звуках ручья, в шелесте веток, в кружащемся над травой листе, в биении звериного сердца.
Я постараюсь стать лучшей!

Глава 4

– Льяра, – размышления прервал Сандр, и я моментально развеяла энергетические клинки, которые пыталась подогнать по длине и балансу.
Пока выходило не очень, я тратила слишком много времени, чтобы получить нужный результат, но не оставляла попыток, несмотря на запреты. Магистр Гофф никак не мог проконтролировать, на что именно я использую энергию, ведь в зале учитывается лишь ее объем.
– Просто хотел сказать, что пора ужинать.
– Кэсси, не мог немного подождать? – я расстроилась, ведь на этот раз почти получилось создать что-то удачное.
– Прости, но нам стоит поторопиться, девчонки должны были вернуться из библиотеки, а после надо еще успеть сделать уроки.
Ребята по очереди сопровождали меня в зал для медитаций, который редко пустовал. Чтобы никто ничего не понял, я садилась в уголочек, спиной к остальным и оттачивала умение создавать клинки жизни, а они – охраняли и предупреждали, если вдруг кто-то проявлял излишнее любопытство.
Тут меня осенила идея, которую я все задвигала на задний план.
– Кэсси, ты можешь мне еще кое в чем помочь?
– Конечно, если это не касается какой-нибудь непристойной гадости.
Друг изобразил брезгливо-благочестивую физиономию.
– Дурак! – стукнула его по плечу. – Смотри у меня! А то как превращусь в лорда Ярранта! – я грозно подвигала бровями.
– Нинада, суровая гаспажа, – коверкая слова на просторечный манер и уворачиваясь от моих тычков, Сандр направился к выходу.
– Кэсси, а если серьезно? Только вот прямо сейчас ответь, ты сможешь для этого обернуться?
– Льяра! – деланое негодование вышло не на шутку естественным, он даже прикрыл лицо руками и, подглядывая сквозь пальцы, выдал, срываясь на негодующий шепот: – Я от тебя такого не ожидал! Извращенка!
– Ну ты и придурок. Попрошу лучше Аслана или Джентора.
На самом деле обращаться к ребятам со столь деликатным вопросом не хотелось. Я помалкивала о том, что тогда проделала с Вердом и Райдом, но руки уже давно чесались проверить. И кажется, настало время. Вооружившись новыми знаниями об эмпатии и магической энергии, я примерно понимала, как надо действовать.
Оказывается, эту характерную только для оборотников способность можно усиливать энергией. Видимо, именно это я и проделала тогда случайно. Но все же мучили подозрения, вряд ли все так просто. Вот на Кэсси и потренируюсь, а заодно расскажу способ, пусть тоже попытается. В последнее время мы не вылезали из спецформы, так что можно было смело отправляться на тренировочное поле, не тратя времени на переодевание.
– Ладно-ладно! Уговорила, – догнал меня Сандр, чего я и добивалась. – Как я могу упустить такую возможность? Ты только Кэс ничего не рассказывай, – наигранно озираясь, продолжил он свои шуточки.
Тяжко вздохнув, ничего не стала отвечать, просто прибавила шагу. По пути, уже на выходе из Древа, нам попался Галэн. Его я теперь не так часто встречала. Похоже, и принца поглотила учеба, да кроме того, несколько дней в неделю пятикурсники практиковались вне территории академии.
Принц был не один, на его руке висла очередная красотка. Поправляя ей локон, он не отрывал от меня странного насмешливого взгляда, я же сделала вид, что совсем их не замечаю. И даже когда Галэн картинно поцеловал девушку, намеренно отвернулась. То, что каждый раз, завидев мою персону, он выкидывал нечто подобное, раздражало. Будто мне есть до этого дело. Но был и плюс – меня больше не заваливали нежеланными букетами и подарками. И разговаривать со мной не пытались тоже.
Тренировочное поле пустовало, даже самые рьяные заучки не желали пропускать ужин, и это было нам на руку.
– Есть хочется… – Кэсси потянулся и зевнул.
– Сейчас пойдем. Подожди немного, – я попробовала настроиться, приотпустила эмпатию, чуток подкачала ее энергией, но все же решила Сандра предупредить: – Кэсси, открою тебе страшную тайну.
– Какую?
– Очень страшную! – сделала большие глаза. – Однажды я заставила двух оборотников выйти из ипостаси.
– Ого! Ты и правда ужасный человек! Тебя лорд Яррант не боится, случаем, нет?
– Я серьезно. Это были Верд Аллакири и Райд Эллэ – оба сразу.
– Оба сразу?! Льяра! Сколько можно вгонять меня в краску?
И тут я поняла, лучше разок показать… Ну если, конечно, получится. Поймала то самое состояние, добавила чуточку энергии, навела точно на живое существо, то есть на Кэсси. И, как учила Аркенч на эмпатии, приказала:
– Обернись!
Конечно, инструктор Аркенч учила нас не приказывать оборотникам, а укрощать диких животных или брать их при необходимости под контроль, но сработало! Передо мной вместо парня очутился волкодав. Пес заскулил и попятился.
– А нечего было меня подкалывать! – я назидательно погрозила пальцем и демонстративно направилась в сторону Древа.
Волкодав, подумав, бросился следом. Заскулил.
– И что? Назад ты и сам прекрасно сможешь.
Через мгновение Кэсси снова принял свой обычный облик.
– Я… Ты… Ух! Как?
– Да, и у них была похожая реакция. Хочешь сам попробовать?
У Сандра глаза загорелись.
– Еще бы! А на ком?
– На мне, к примеру.
– На тебе?! – на лице Кэсси появилось было то самое выражение, с которым он сыпал свои шуточки, но я его перебила:
– Довольно уже!
К счастью, Сандр не стал продолжать, и я быстро объяснила суть действий, а заодно взяла обещание молчать. По крайней мере, пока. Но сколько Кэсси ни пытался, у него так и не вышло заставить меня обернуться. Мы сделали выводы: или он что-то делает не так, или же со мной этот трюк не работает. Хотя, скорее, он только у меня и работает. В итоге на ужин опоздали минут на двадцать. Наши уже ждали, только Аслан с Мориа расположились за соседним столиком, и, проходя мимо, Сандр приостановился.
– Мориа, обернись! – вдруг выдал он, но девушка-ворона ожидаемо оглянулась и, ничего интересного не обнаружив, спросила:
– Что там?
– Ничего, – ответил Сандр как ни в чем не бывало.
– Придурок! – буркнула Мория, возвращаясь к еде.
– Чего так долго? – поинтересовались ребята, когда мы усаживались за столик.
– Тренировались. Представляете, у Льяры почти получилось! – сказал он многозначительно, и все сразу поняли, что речь о моих энергетических клинках.
– Кстати, слышали новость? Принц Норанг заболел, – огорошил Джентор.
– Как принц мог заболеть? Во дворце лучшие врачеватели! – возмутилась Тилья.
– Ходят слухи, что еще в конце лета было покушение и наемнику удалось его оцарапать. Наверное, проклятие или яд отложенного действия?
Тилья пожала плечами.
– Все знают, что проклятий не бывает, это бабкины сказки, которыми крестьяне пугают детей. И что? Все прямо так серьезно?
– Говорят, очень. Принц Даториан даже не встает с постели.

На одном из уроков по истории магии магистр Аронимус Кронхель нам подробно рассказал об основных источниках магической энергии.
– Человечеству на данный момент известны пять так называемых магически окрашенных источников. Это теневой источник в Эрессолде, расположенный под императорским дворцом. Источник энергии света в Файбарде, заключенный внутри Ледяной горы, на которой построен королевский дворец. И три источника энергии жизни – это собственно Древо академии, дворец-сад Арендолла. И, пожалуй, самый интересный случай – это коралловый риф прямо под семью плавучими дворцами Тандорона. Кроме окрашенных источников, также существуют нейтральные. Нам известен пока только один из них. Кто назовет, где он находится?
Это тот самый, ценой за который должна стать моя свобода…
Подняла руку.
– Яррант?
– Нейтральный источник располагается на спорных территориях Эрессолда и Файбарда.
– Верно, Оэльрио. А кто скажет, почему его называют нейтральным?
Снова тяну руку, но отвечать выпало Мориа.
– Потому что его энергия может обрести любую окраску, в зависимости от привязанного мага.
– А в чем заключается уникальность нейтрального источника? Парами?
– К окрашенным источникам может привязаться только маг, обладающий схожей направленностью, а нейтральный сам подстраивается под окраску мага, что очень удобно.
– Верно! Вижу, вы неплохо осведомлены.
Магистр встал и подошел к доске. Один пасс рукой, и перед нами появились очертания обитаемой карты мира. Кружки городов и рваные каемки границ. Обширный Эрессолд – по центру. Самая южная точка империи – небольшой клочок побережья Южного моря. На востоке дикая Чаща. На севере Файбард, обитаемые территории которого заканчиваются перед Ледяной пустыней. С запада тянется Арендолл, разбитый на несколько султанатов. И морская держава Тандорон, с которым у нас нет общих границ. Точнее, не было, пока спорные территории принадлежали Файбарду.
– Нейтральный источник, – преподаватель ткнул указкой в точку на карте чуть выше центра северной границы империи, – был первым, который использовали люди. Именно он позволил образовать государство Холдерон. На тот момент единственное место, где можно было жить в относительной безопасности. Конечно, существовали и иные поселения, но без магического источника борьба с Чащей была заранее проиграна, мало кому удавалось выжить. Принять и освоить такое количество энергии были способны только те, кто нес в себе кровь лла’эно. Кто нам скажет, в чем отличие лла’эно от простых людей?
Поднялось несколько рук, но не так чтобы много. Посыпались ответы, но, судя по реакции магистра, они были недостаточно точными, и он, покивав, заговорил снова:
– Классическая теория объясняет происхождение лла’эно от потомков древних богов, которых Великая Мать покарала за их грехи. Но есть и вторая теория, – магистр скептически усмехнулся, как бы говоря, он-то не относится к ее приверженцам. – Некоторые… ученые , – это слово он выделил голосом, показывая, что он о них думает, – утверждают, что лла’эно – это всего лишь результат эксперимента людей над себе подобными. Искусственно созданные высшие существа, суперлюди, если хотите, при создании которых постарались объединить лучшие качества. Красоту, здоровье, ум, силу, способности. Как бы там ни было, но именно лла’эно смогли принять дар Великой Матери и научиться управлять магической энергией. Среди людей тоже встречаются предрасположенные к магии индивидуумы, но редко.
Магистр сел на свое место.
– Люди, лла’эно, но все равно стремление к власти осталось основным инстинктом. В Холдероне то и дело возникали распри. Ирония судьбы, – магистр развел руками. – Первое государство развалилось на две части. К счастью, людям удалось создать два новых государства, известных ныне как Файбард и империя Эрессолд. Нашлись новые источники, сформировалось государство Арендолл, а потом обнаружилось самостоятельно развивающееся государство Тандорон, которое смогло уберечься от Чащи, используя обширное морское побережье. По какой-то необъяснимой причине нейтральный источник поглотил последнего хозяина, и очень быстро территория, на которой он находился, полностью была поглощена Чащей. Долгие годы никто не мог его обнаружить, будто и не было, хотя это и весьма странно, но Чаща все меняет. Открыли источник заново только в шестьсот семьдесят четвертом, почти пятьсот лет спустя, но до сих пор он так и не признал нового хозяина. Кто мне расскажет связанную с этим легенду?
И снова руку подняла Мориа.
– Существует легенда, что Великая Мать разозлилась на то, что мужчины снова затеяли свары вместо того, чтобы защищать людей от Чащи, и отняла источник. Теперь его сможет активировать только девушка. Да не простая, а из королевского рода. Один из прежних королей Файбарда даже пожертвовал сыном, пытаясь подчинить его силу и опровергнуть легенду, но ничего не вышло, и принц погиб зря.
– Кстати, исторический факт, – кивнул магистр.
Меня тут даже жаром обдало. Не для этого ли Галэн хочет на мне жениться? Прибрать к рукам нейтральный источник? Или же этого добивается наш император? Или каждый из них надеется, что я стану послушной игрушкой в руках? Что-то не по себе даже, надо будет поподробнее разузнать про этот самый источник в библиотеке.
Помимо факультативов, трижды в неделю нас стали выводить в Чащу. Пока каждая специализация отдельно со своим куратором, но потом обещали и совместные с врачевателями и природниками занятия в качестве подготовки к экзаменам.
Честно признаюсь, первый раз оказавшись по ту сторону защитного периметра, я немного струсила. Именно страх добавился к знакомому трепету, который испытываешь, когда перед тобой что-то гигантское. То, что проглотит и не заметит.
– Что с тобой? – спросил Кэсси, видя, как я застыла.
Он сам перед выходом едва не прыгал от радости, мне же вспомнился вступительный экзамен. Перед глазами стояло истерзанное тело инструктора Шардо.
– Яррант, чего побледнели? – подошла Аркенч.
– Все в порядке, – отмахнулась, усилием воли сбрасывая оцепенение.
Заставила себя сделать первые несколько шагов, а дальше дело пошло на лад. Совсем полегчало, когда, инстинктивно приотпустив зверя, почувствовала его восторг и радость.
– Сегодня осваиваемся, учимся полагаться на инстинкты и проверяем на практике, что удалось за семестр усвоить. За мной! – большая рыжая кошка, секунду назад бывшая инструктором Аркенч, не спеша направилась прочь.
Переглянувшись, мы стали оборачиваться. Все уже достаточно хорошо себя контролировали в ипостаси, чтобы не бояться находиться бок о бок друг с другом. Такая разношерстная в прямом смысле компания представляла собой гротескное зрелище. Волки, рядом рыси, пара медведей и ворона на спине одного из них. Несколько рыжих лисиц и я, как белое пятно. А уж инструктора Аркенч среди нас и видно не было. Впрочем, Роксана не растерялась, последовав примеру Мориа, вспрыгнула на спину второго медведя и уютно там устроилась, обернув мохнатое тельце пушистым рыжим хвостом.
Стоило принять ипостась, как тысячи звуков и запахов едва не оглушили, пришлось поднапрячься, чтобы нормально ориентироваться. То и дело куда-то тянуло, что-то вызывало интерес и желание проверить. Оставаться человеком в облике зверя в Чаще требовало гораздо больше усилий, чем внутри периметра. Немного отдалившись от места, где мы вышли, преподаватель вновь приняла человеческий облик.
– Ну что, делитесь впечатлениями?
Наперебой раздались восторженные возгласы. И правда, все ощутили невероятную свободу, желание нестись во весь опор куда глаза глядят. Залезть на дерево, найти воду и искупаться, загнать добычу. Да много всего, что и словами не выразить.
Принимая ответы, Аркенч только кивала, улыбаясь. А потом нас опустили на землю. Первому досталось Кэсси:
– Кассандра, вот вам очень хотелось побегать. Возьмем это конкретное место. Укажите примерное направление вашего гипотетического продвижения?
Все засмеялись, ведь в образе пса Сандр петлял не хуже зайца и норовил все обнюхать. Шикнув на зубоскалов, Кэсси указал рукой вперед:
– Туда, к примеру.
– Угу, – согласно кивнула Роксана. – А кто мне скажет, как далеко удастся убежать волкодаву Хортесу до того, как он свалится от удушья?
Все потрясенно замолчали. Первой руку подняла Мориа.
– Валкис?
– Во-он до тех деревьев, если я правильно думаю.
– Раскройте причину.
– Отсюда отчетливо видны характерные признаки «сонной поляны», по центру которой расположены многочисленные грибницы ложных дождевиков, или склеродермы урантиум.
– Та-ак, и чем же они опасны?
– При физическом воздействии происходит выброс спор, которые мгновенно попадают в глаза и органы дыхания, вызывая удушье. Хотя для крупного животного это не смертельно и есть шанс выбраться.
– Что грозит волкодаву, если повезет не погибнуть? Яррант?
Я не ожидала вопроса, наблюдая, как одногруппники, опасливо озираясь, инстинктивно придвинулись ближе к инструктору.
– В симбиозе с другими обитателями грибницы склеродермы и формируют «сонные поляны». Это так называемое взаимовыгодное сотрудничество, – я еще чуток приотпустила зверя и принюхалась. Изменившееся зрение позволило издалека рассмотреть детали, скрытые от человеческого глаза. – В конкретном случае Кэсси стал бы обедом, – тут меня передернуло от вида копошащихся в лесной подстилке мелких существ, – пауков-живодеров, чьи многочисленные гнезда разбросаны по периметру. Также я вижу поросль стрелолиста чащобного, который с удовольствием лакомится падалью. Но в это время года он, кажется, не опасен.
Кэсси обиженно надулся, наверное, за падаль обиделся. Раздались сдавленные смешки. Аркенч вопросительно на меня глянула, и я сообразила, что не то сморозила:
– Точнее, это растение-падальщик способствует скорейшему разложению добычи, чтобы засеять это место, – мой ответ звучал не так уверенно, как вначале.
– Яррант, что-то еще?
Вопрос был задан явно неспроста. Пригляделась внимательнее, изучая не только жуткое враждебное место, но и стволы окружающих деревьев. Взгляд зацепился за переплетение веток, сквозь которое едва пробивались скупые осенние солнечные лучи, отбрасывая на землю причудливые тени. И тут меня осенило:
– Там ловушка!
– Отлично, Оэльрио, молчите! – не дала мне договорить Аркенч. – За инстинктивное применение умений «звериный глаз» и «звериное чувство», а также уверенные знания, соответствующие вашему уровню, ставлю пять баллов. Группа, всем задание: определить, где ловушка. Обнаружили? Подходите и передаете ответ при помощи направленной эмпатии. Первые пять человек получат пятерки. Не пытайтесь поделиться друг с другом, я все равно узнаю. – Нет, она что, мысли мои прочитала?! – И, – тут улыбка преподавательницы стала какой-то кровожадной, – далеко не отходите.
В ожидании, пока все закончат, никак не могла отогнать образ замаскированной сети, висящей среди ветвей, как будто оказаться на «сонной поляне» само по себе мало.
Наконец все разобрались, где ловушка.
– А это разве не опасно? – спросил кто-то. – Если бы это место кто-то из нас не заметил?
– Во-первых, вы для того и учитесь на оборотников, чтобы без труда выживать в Чаще и помогать выжить другим. А во-вторых, – Аркенч подняла с земли увесистую палку и с размаха запустила в ту сторону, под испуганный возглас Селии. Я тоже едва не зажмурилась, представляя, как споры лжедождевиков разбросает на метры вокруг. Но ничего не произошло, лишь пробежала рябь по прозрачному защитному контуру, которым, как оказалось, была окружена «сонная поляна». – Природники на третьем курсе совместно с сияющими практикуются, – как ни в чем не бывало пояснила Роксана и потопала дальше.

Еще одним ключевым днем для нашей группы стал день «первой охоты», как назвала его инструктор Аркенч. И ее кровожадная ухмылка, как обычно, посулила нам новые испытания. Следом за преподавателем мы отправились не на полосу препятствий, а к зверинцу на дальнем конце территории. Туда, где ранее отрабатывали навыки управления живыми организмами при помощи эмпатии.
– Оборотники – хищники. И это, как вы знаете, неспроста! Мы воины, призванные действовать силой там, где не может договориться друид-природник, или там, где вообще нет времени на долгие разговоры. Мы дольше других способны в одиночку выжить в Чаще, так как мы очень близки ей. Конечно, далеко не все из вас посвятят свою жизнь подобной работе, – Аркенч почему-то посмотрела на меня, – но каждый должен понимать, находясь в Чаще, следует быть готовым отнять жизнь, главным образом ради того, чтобы добыть пропитание или для защиты. Сегодня каждому будет предоставлена дичь в соответствии с ипостасью, а позже потренируемся и в естественной среде, но это уже после экзаменов.
– А есть дичь придется? – неожиданно напрягся Кэсси.
Ой зря он это! Губы Аркенч растянулись в довольной улыбке, а среди нас прибавилось бледных лиц.
– Если хотите пятерку – конечно.
Сглотнула, наблюдая, как бледные позеленели, но потом успокоилась, все ж в облике зверя несколько иные эмоции и инстинкты, а мы сейчас лишь тренируемся ими управлять.
В целом зря боялась, дело пошло успешно.
В большой загон выпускали животное, соответствующее ипостаси студента. Задание было несложное: зайти, обернуться и съесть.
Первоначальное волнение сошло на нет, когда, в десятый раз наблюдая, как кто-то довольно облизывает окровавленные усы, мы следили за процессом, выкрикивая советы и посмеиваясь над неудачниками, если тем не с первого раза удавалось изловить добычу. Особенно старались студенты со схожей ипостасью, до кого еще не дошла очередь. Видать, сами себя подзадоривали. Поглощение непривычной пищи особо не отразилось на нас. Стошнило только Мориа, когда она, обернувшись, поняла, что проглотила мышь.
Глядя на белого кролика, такого пушистенького и чистого, испытала чувство, что надо мной издеваются. Осмотревшись, увидела парочку природников со старшего курса, которые присматривали за местным зверинцем. Парни с интересом наблюдали, что же я стану делать. Наверное, надеялись, что растаю от умиления и не смогу выполнить задание? Чуть отпустив эмпатию, подтвердила свои догадки.
– Не сможет.
– Сможет.
– Не, ты что? Он же такой ми-и-иленький. Смотри, она сейчас расплачется.
Мои глаза сузились, а через миг окружающие лицезрели большую изящную кошку. В ипостаси и правда белый зайчик скорее вызвал ассоциации с десертом, и я не преминула этим воспользоваться, прежде чем человек во мне подавил звериное сознание. Молниеносный прыжок, хруст костей, горячая кровь на языке, показавшаяся вкуснейшим из деликатесов. Быстро покончив с трапезой, повернулась к следящим за мной шутникам. Хлестнув по бокам хвостом, перемахнула невысокое ограждение. Один, заорав, упал на спину. Кажется, кричал, что я озверела от крови. Второму надо отдать должное, он попытался усмирить меня эмпатией. Нет уж, парень, это могу только я. Став человеком, доверительно придвинулась к нему и, указав большим пальцем на товарища, передразнила:
– Смотри, кажется, он сейчас расплачется.
После чего неспешно удалилась уверенной походкой, чувствуя кожей восхищенные взгляды.
А еще всех развеселил Кэсси.
После дополнительных занятий с Аркенч он уже гораздо лучше управлялся со своим псом, но все равно регулярно что-нибудь отмачивал, непоседливая натура проявлялась и в ипостаси. Этот урок не стал исключением.
Волкодав медленно приблизился к предназначенному ему кролику, который то ли от страха, то ли от полного отсутствия инстинкта самосохранения почему-то не желал убегать. Понюхал, потрогал лапой и, фыркнув, отошел.
– Сожри его, пес! – крикнул кто-то из ребят.
– Не ешь, он заразный! – со смехом посоветовал Джентор.
Сандр отошел подальше, сделав недоуменное выражение морды, чем вызвал приступ громогласного хохота. После, лениво перетащившись через невысокое заграждение, принялся всех обнюхивать. Я отметила, что Аркенч ему не мешает, наблюдая за происходящим с плохо скрытым весельем. Наконец чувствительный нос ткнулся в карман к нашему второму медведю – угрюмому парнишке, который мало с кем в группе общался.
– Чего тебе? – буркнул тот. – Отстань! Да отстань же! – парень закрутился на месте, а Кэсси деловито дергал его за оттопыренный карман формы, пока оттуда не выпала прихваченная за завтраком булочка. Проглотив ее под протесты увальня, Сандр снова стал собой. Давясь смехом, Аркенч провозгласила:
– Хорошо, Хортес. Четыре.
– Это почему четыре? Я что, по-вашему, какого-то дохлого зайца загрызть не смогу?
– И чего не загрыз вместо моей булки? – обиженно буркнул медведь.
– Он и так дохлый. Фу!
А вечером мне прислали букет белых лилий с коротенькой запиской без подписи:

Примите мое искреннее восхищение. 

Букет явно был не от Галэна, а потому без зазрения совести поставила его в вазу.

Глава 5

Верд  
Уже почти месяц я жил в Чаще, обустроившись неподалеку от нейтрального источника. С пропитанием проблем не было, я без зазрения совести использовал ипостась. Новости приходили вместе с патрулем. Тут мне помогла моя слава.
Молодой воин из новеньких, с которым нас поставили в пару, оказался готовым тело продать лесным бесам за Верда Аллакири. И когда я торжественным шепотом объявил, что у меня есть для него секретное задание, не задавая лишних вопросов и сверкая очами, помог мне «потеряться». В парнишке скрывался недюжинный актерский талант, так искренне он объяснял командиру патруля, как я отошел по нужде и не вернулся. Меня даже искали, но нашли лишь немного крови да форменную шапку. Этот же парень регулярно оставлял записки в условленном месте, в которых подробно сообщал, что происходит в мире. Он очень старался, а потому часто приходилось перелопачивать много лишней информации.
Из главного же, как я понял, ни в официальных источниках, ни в специальных армейских не было ни слова о нападениях на академию, а значит, Льяра в безопасности. К тому же Райд обещал за ней присмотреть. Второй по важности новостью, которую я узнал еще в самом начале своего вынужденного отшельничества, было сообщение о болезни Даториана. Мы не были близки со сводным братом, да я могу по пальцам пересчитать случаи, когда вообще перемолвились хоть словом. Но, ипостасью клянусь, тут явно что-то нечисто. Не верю я в болезнь наследного принца. А вот в то, что отец и его заставил принести клятву верности на источнике, – очень даже. Но тогда, если я прав, то выходит – он заговорщик?
Принц Норанг старше на двенадцать лет. Он всегда относился ко мне только как к бастарду, хоть я и был признан отцом сразу после рождения. Император любил мою мать гораздо больше, чем покойную королеву, и, похоже, это Даториана задевало. Что ж, это я мог понять, а потому не держал обиды.
Теперь я отчасти понимал, почему отец меня сюда отправил и для чего был нужен этот фарс. Весьма убедительный, кстати.
Вердерион Аллакири эрсман гораздо более значимая политическая фигура, чем Вердерион Аллакири рядовой. В случае заговора я, как верный подданный империи, гарантированно встал бы на защиту императора. За мной пошла бы и большая часть войск. Логично, что такую фигуру попросту постарались бы устранить еще до того, как вскроется заговор.
Тогда-то меня и осенило – уже пытались!
Перед глазами промелькнул тот самый бой во время Первой ночи. А это навело на новую мысль. Выходит, Даториан как-то связан с культистами? Но это уже измена! Возможно ли, что и покушение на него всего лишь инсценировка? Своего рода алиби? А чтобы принц все же предстал перед судом, нужны веские доказательства. Может, именно поэтому мне приказано следить за нейтральным источником?
После всех этих выводов я занялся наблюдением с усиленным рвением. Оборудовал несколько точек на деревьях, куда легко переносился тенями при необходимости. И даже спал в зверином обличье, что делало сон более чутким. Единственная проблема – приходилось четко следить за временем, проведенным в ипостаси. Но и тут я отмечал, что почти не испытываю прежних неудобств. На удивление покладист стал мой зверь, небывалая гармония царит между нами.
Сидя в секрете, устроенном в развилке ветвей могучей сосны, проводил глазами наш патруль, совершающий вечерний обход вокруг источника. Выждал, пока пройдут замыкающие оборотники. Мелькнули внизу серые спины и исчезли между могучих стволов. Зевнул, окинув взглядом набившую оскомину картину.
Идеальная двадцатиметровая сфера нейтрального источника как гигантская драгоценность, наполовину погруженная в выступ скальной породы, словно в оправу. Или скорее жемчужина, под прозрачной поверхностью которой клубится облаками энергия. Молочно-белое свечение, особенно заметное в сумерках и в темноте, исходило от него, привлекая насекомых и ночных животных. Вроде и красиво, но само место какое-то мрачное. Будто предупреждает о чем-то. Здесь отсутствовали любые привычные мне виды флоры и фауны, которые превращали ночную Чащу в сказочный пейзаж.
Мой замыленный взгляд за что-то зацепился. Какое-то искажение пространства, как бывает перед тем, как…
Перед тем как сработает световой портал!
Именно они с тихим шелестом раскрывались повсюду вокруг источника. Мобильные порталы. Много. Я насчитал больше двух десятков, и это только то, что видно с моей точки. Из порталов появились культисты, человек по пять из каждого. Некоторые тащили с собой девушек. В том, что это пропавшие во время нападений друидки, я не сомневался. Избитые и, скорее всего, неоднократно изнасилованные, обезумевшие от ужаса, они даже не кричали. Их грязные обнаженные тела были изрезаны кровоточащими рунами.
Культисты распределились по кругу. Увешанные костяными украшениями, с рогатыми черепами на башках, с кривыми ножами на поясе. Но были и те, кто носил мечи, они расположились поодаль, явно охраняя. Особенно колоритные завели напев, от которого у меня по телу побежали нехорошие мурашки. Кажется, в Чаще стало мрачнее. Так и лесных бесов вызвать недолго, хотя что это я? Вроде именно это и есть их цель?
Их вой, хотя если подумать, то скорее гортанное мычание, перемешался с криками и плачем. Я до боли сжал зубы, а толстая кора подалась под пальцами. Мой зверь же будто затаился, и это настораживало. Фанатики, не занятые в хоре, принялись яростно насиловать девушек, и от этого зрелища мне захотелось вырвать на себе волосы! В горле встал комок, мешавший дышать, и я не сразу понял, что это слезы. Я уничтожу этих тварей. Всех до единого! Ни один не уцелеет, даже если придется посвятить этому жизнь!
Все закончилось быстро и неожиданно. Насильники вздернули своих жертв за волосы и нескольких швырнули прямо в источник. Гладкая поверхность всколыхнулась, далеко вокруг озарив местность багрянцем, и поглотила еще живые, дергающиеся и вопящие тела. Остальным тут же перерезали горло и потащили, методично окропляя землю вокруг. Побросав трупы, культисты исчезли во вспышках.
Обычно Чаща и ночью не умолкает, но сейчас воцарилась тишина. Гнетущая и мрачная, и не было слышно ни шороха…
Я невольно обернулся, облившись холодным потом.
Никого.
Бесовщина!
Тьфу! Лучше даже и не думать о таком. Ничто со времен детских кошмаров не производило на меня столь тяжкого впечатления. Но что-то подсказывало, я увидел то, что должен был увидеть.
Все к… К Великой Матери!
Хватит конспирации, нужно возвращаться в штаб и приказать, чтобы больше с источника не спускали глаз, пока там не разбудили что-нибудь такое, по сравнению с чем вся Чаща домом родным покажется.
Приказать…
Я хмыкнул. А не много ли ты о себе возомнил, рядовой Аллакири?
Как бы то ни было, следует срочно связаться с лордом Сатемом, а лучше сразу с отцом.
Перешел тенями прямо в штаб Сатор-Юти, и меня с ходу чуть не снес раздраженный крик.
– Где я вам возьму проклятого Аллакири?! – что есть мочи орал эрсман Данмэ на стоящего напротив роймана. Тот то и дело вздрагивал, терпеливо сжимая зубы при очередной витиеватой и малоцензурной фразе, каждая из которых прямо или косвенно была связана с моей персоной. Некоторое время я с интересом слушал. Кое-что стоило того, чтобы запомнить. – Этот ваш дутый герой умудрился в первом же патруле потеряться и сгинуть, дери его бесы! – Тут я поморщился, уж больно свежи были впечатления чего-то жуткого за спиной. – Наверное, раньше Чащи и не нюхал! Что я, по-вашему, должен ответить советнику?!
Слабые попытки роймана указать на меня жестами пропали втуне. Эрсман, закончив очередную гневную тираду, присмотрелся.
– Чего дергаешься, как контуженный?!
– Кхм! – решил я заявить о себе, и Данмэ подпрыгнул. – Предлагаю доложить советнику, что вышеозначенный, – я повторил нелестный трехэтажный эпитет, – рядовой Аллакири нашелся.
– Р-рядовой Аллакир-ри?! – эрсман буквально прорычал мое имя. Вот это глотка! – Где вас носило?! – Ройман, взглянув с сочувствием, бочком-бочком подвинулся к двери. – Я вас под трибунал отдам за такое самоуправство! Пока честные парни защищают государство, вы шляетесь неизвестно где!
– Я месяц шляюсь по Чаще, выполняя секретное поручение нашего императора, – оборвал его ровным голосом, но на удивление это подействовало.
Старый вояка внезапно успокоился и сел в свое кресло. Окинув меня цепким взглядом водянистых глаз, приметил следы этого самого месячного пребывания в Чаще. Но особенно меня выдавал запах. Нет, я, конечно, мылся. В ручье…
– Рассказывайте, если можете, – махнул он рукой, все еще до конца мне не веря, я это чувствовал обостренной эмпатией, а эрсман был не в состоянии хорошо закрыться после такого потрясения.
– Все это время я вел наблюдение за нейтральным источником. Меньше получаса назад случилось нечто из ряда вон, – я вкратце пересказал увиденное.
В результате эрсман согласился переместиться тенями, чтобы увидеть все лично. Сказать, что он был шокирован, это ничего не сказать.
– Мне нужна связь с советником Сатемом… Или нет, с самим императором.
Стоит ли говорить, что на меня посмотрели как на сумасшедшего?
– Вы шутите?
Вздохнул.
– Просто скажите, что это по поводу Аллакири.
Но этого не понадобилось, так как эрсмана вызвали снова. Еще бледный после мысленного разговора, Данмэ сообщил хриплым голосом:
– Сам Теневой маг… – он некоторое время молча жестикулировал, прежде чем продолжить. – Я кратко обрисовал ситуацию, и он просил вам передать, что распоряжением императора вы восстановлены во всех правах и званиях. Гарнизон Сатор-Юти переходит под ваше командование, а я назначен заместителем, если, конечно, вы не пожелаете кого-нибудь другого на эту должность.
Для старого офицера это был удар.
– Эрсман Данмэ, поступим следующим образом. Формально я принимаю гарнизон, но вы продолжите здесь командовать, это при условии, что все в порядке, – я многозначительно на него посмотрел, предвкушая в душе искреннее рвение. – Если мне потребуются какие-то изменения в организации, сообщу, и мы вместе решим, как сделать лучше. Уверен, у вас большой опыт в организации, мне же ближе полевая работа.
Показалось, что вояка выдохнул свободней.
Остаток ночи провели, обсуждая и корректируя планы. Подготовили и отправили подробный отчет о моих наблюдениях. Послали к источнику группу исследователей под усиленной охраной. К сожалению, просто окружить его защитным периметром было невозможно. Так же, как и заблокировать порталы.
К утру мне доставили коробочку с амулетами вызова.
Едва нацепил на шею цепочку с простым черным камнем, как тот потеплел и дернулся.
– Отец?
– Здравствуй, сын. Рад, что ты в порядке, – он замялся, впервые на моей памяти. – Прости, Вердерион, но так было надо. Твой сводный брат, принц Даториан, установил во дворце прослушку, используя артефакты сияющих. Я ее обнаружил, но не был уверен точно, кто замешан. Он или Сатем. После тебя, в тот же день, оба принесли мне клятву, и Даториан… Он не был честен, – голос отца дрогнул, похоже, предательство старшего сына его подкосило. – Источник это почувствовал и закапсулировал принца в тенях как угрозу. Я пустил слух о его болезни…
– Все нормально, отец. Я понимаю, – и мне не удалось скрыть горечи в голосе, все же обида так просто не проходит.
– Верд, я не могу доверять Сатему полностью, хоть он и поклялся. Яррант настолько силен, что вполне мог воздействовать на тени источника. Будь предельно осторожен и держись подальше от его дочери. Здесь моя воля остается прежней. Так надо. Сатем не потерпит тебя рядом с ней. – Я сжал зубы, и отец снова прочел мои мысли, как ни парадоксально это звучит, когда и так ведешь мысленную беседу. – С твоим докладом я ознакомился. Это невероятно, но, к сожалению, подтверждает мои догадки. Фанатики пытаются придать источнику окраску. Совершенно новую и небывалую. Если им удастся задуманное, вряд ли это приведет к чему-то хорошему. Нужно поднять архивы, изучить старые рукописи. Доверить это я сейчас не могу никому. Тебе уже передали гарнизон? Если надо, проси подкрепление. Снять твой отряд с академии?
Я соображал быстро:
– Ни в коем случае! Отец, фанатикам по какой-то причине нужны друидки, а где больше всего наделенных умением управлять энергией жизни девушек, как не в академии?
– Боюсь, что ты прав. Действуй. Только, сын… Все равно пока и думать забудь о дочке советника.
Отец прервал связь, оставив меня в растерянности, но уже не без надежды.

Глава 6

Льяра  
До экзамена осталось всего два с половиной дня.
Первокурсники, бледные, осунувшиеся, с кругами под красными глазами и шальными взглядами, как сомнамбулы бродили по Древу, порой натыкаясь друг на друга и зачастую что-то бубня себе под нос.
Несмотря на то что отчисление нам не грозило, все понимали, Чаща рано или поздно все расставит по местам. Еще одним, пожалуй, более реальным стимулом была практика. Короткая, всего в одну неделю, но очень важная для будущей карьеры. Не попасть на практику было плохим признаком, и даже выдавшиеся вместо нее каникулы никого бы не обрадовали. Но допуск получали исключительно те, кто получал на экзаменах только четверки и пятерки. Троечники не годились по одной простой причине – никто не желал брать на себя лишнюю ответственность за их жизни.
Ходили споры, кому живется легче. Многие придерживались мнения, что у теневиков и сияющих дела обстоят проще, хотя лично я в этом сомневалась. Наш мир обманчиво благополучен. Кому нужен теневой маг, неспособный призвать тени или настроить портал? А уж теневик-воин, который не умеет сражаться, так вообще звучит как бред. Так же и сияющие. Казалось бы, сиди себе в лаборатории, занимайся артефактами, да только кто тебя туда пустит, если ты неуч? А вне безопасных стен без элементарных навыков ты тоже не особо нужен. Надо ли говорить, что и для семьи, какой бы знатной она ни была, маг-недоучка – это позор. Лучше вовсе не иметь способностей, тогда и спрос будет несколько иной.
В империи же так – имеешь дар, изволь приносить пользу человечеству. Вот и корпели мы, как только могли. Старшекурсники же над нами посмеивались да пугали мрачными перспективами при каждой возможности.
А нам, друидам, и подавно важно хорошо учиться. Вся наша работа в будущем связана с Чащей, и тот, кто планирует прожить долгую и желательно счастливую жизнь предпочтительно в здоровом и целом теле, старался что есть сил.
К сожалению, из-за подготовки к экзаменам поиски информации о нейтральном источнике пришлось отложить. Справедливо рассудив, что еще неделя погоды не сделает, решила заняться этим сразу после экзаменов или на практике.
Отложив учебник по обороту, устало откинулась на подушки. Кажется, не осталось уже ни одной позы, в которой было удобно читать, а буквы плыли перед глазами.
– И как так может быть? – сказала, ни к кому конкретно не обращаясь. – Такая интересная практика и невообразимо нудная теория. Формулы-формулы-формулы, о которых совершенно не думаешь, превращаясь в зверя…
– Да уж… – Тилья зевнула и потерла покрасневшие глаза. Кажется, подруга не спала уже вторые сутки. – Когда дело касается анатомии оборотников, мне хочется вздернуться. – Растянув рот в новом зевке, она даже не подумала прикрыться.
Пару секунд сопротивлялась, но удержаться не смогла.
– Хоть бы, – начала говорить Кэс, но, поддавшись поветрию, тоже зевнула, да еще и сладко потянулась вдобавок, – хоть бы нас в одну группу поставили.
– Это вряд ли, – отозвалась Тилья. – Слышала, наоборот, всех стараются перемешивать, ведь в реальной ситуации не факт, что рядом окажутся твои товарищи. Нужно уметь быстро приспособиться друг к другу, действуя в команде. Это своего рода еще одно испытание, кажется, за скорость притирки могут дополнительный балл дать.
Мы переглянулись с Кэс. Уверена, что и она вспомнила вступительный экзамен, где перед лицом опасности кучка незнакомых ребят сумела объединить усилия и защищаться.
Машинально вперилась в учебник и поняла, что не могу больше усвоить ни строчки, а в голове какая-то каша. Хорошо хоть, за три дня до экзаменов нам отменили занятия, оставив только практику в Чаще и полосу препятствий. Если честно, мы с радостью бежали туда, пользуясь легальной возможностью хоть ненадолго забыть про учебники и размяться.
– Давайте спать, а? – предложила внезапно для самой себя.
– Я за! – неожиданно радостно отозвалась Кэс, захлопнув учебник по травологии. – В глазах расплывается.
– А я немного посижу, пожалуй, – Тилья упорно, нахмурив брови, продолжила штудировать, правда, понаблюдав, как мы уютно устраиваемся на своих местах, быстро сдалась и, испустив блаженный стон, повалилась на кровать.
Я уже почти задремала, когда почувствовала вызов.
Отец.
С тех самых пор, как он появился у нас в комнате после вечеринки, мы снова общались, но я все еще не простила его, а потому так ни разу дома и не появилась, ссылаясь на учебу.
Амулет лежал рядом на тумбочке, даже руку протягивать не надо.
– Элья, не спишь?
– Привет, пап. Только что легла. Что-то важное?
Кажется, отец понял, что я не жажду продолжать разговор. И хотя его голос звучал, как и прежде, мягко, меня не покидало ощущение, что я причиняю ему боль. Он испытывал вину. Да и не ощущение это было, а моя натренированная эмпатия. Видимо, от меня отец не считал нужным закрываться наглухо. А еще он очень устал и чем-то удручен.
– Да. Ты бы не могла вернуться в поместье, например, завтра?
– Нет! – прозвучало резко, но какое-то упрямство не позволяло мне простить лорда Сатема.
– Элья, нам нужно подготовиться, – увещевал отец. – Завтра вечером мы приглашены на ужин.
– Папа, у меня через два дня экзамен! Нет ни минутки свободной!
Отец ласково рассмеялся, расслышав панические нотки в моем голосе и умудряясь мысленно донести до меня отголоски нежности.
– Уверен, ты уже полностью готова, а расслабиться перед испытанием не помешает.
– Что за ужин? – звучало так соблазнительно, и с каждой секундой я все больше склонялась к тому, чтобы поддаться.
– Это сюрприз, но подготовиться придется как следует. Выбрать наряд, сделать прическу… Ну, всякие ваши женские штучки…
Помолчала, мучительно раздумывая над заманчивым предложением.
– Хорошо. К какому часу надо быть готовой?
– С утра?
– Нет.
– Тогда так. Ужин в семь, посчитай сама, сколько времени тебе понадобится на сборы.
– Пусть нарядом займется Ханиссия, у меня нет на это времени, а я буду к четырем. Ой! А как же я попаду в поместье? Как пользоваться порталом, я теперь знаю, но вот кодов доступа к нашему у меня до сих пор нет. Это странно, не находишь?
– Прости, и правда я глупец! Так привык, что тебе это не нужно… Завтра я зайду за тобой и все покажу.
– Хорошо, спокойной ночи!
На следующий день к назначенному времени я была у портальных площадок. В эти дни покидать академию не запрещалось, и некоторые студенты предпочитали готовиться дома.
– Элья, – отец распростер руки для объятий, и я разрешила ему прижать меня к себе, на мгновение ощутив жгучую потребность снова сталь маленькой девочкой, не знающей никаких забот.
Легкая дурнота, и мы вышли из портала дома.
– Оэльрио! Госпожа! Вы совсем забыли старую Нисси!
Няня, наплевав на приличия, которые столько вдалбливала в мою голову, первая бросилась меня обнимать. Я внезапно растрогалась, почувствовав прилив нежности и доброты к этой женщине, которая посвятила мне свою жизнь. Едва успела утереть слезы, как меня тут же увлекли кормить-наряжать-причесывать, а отцу, как это часто бывает, пришел вызов по работе, и он удалился в свой кабинет. Если честно, вздохнула с облегчением. Не готова я пока делать вид, что ничего не произошло.
Слуги, что встречались по пути, радостно приветствовали, засыпали вопросами, и все было бы хорошо, если бы все как один не принялись радостно поздравлять с предстоящей помолвкой.
– Ничего об этом не хочу слышать! – не выдержала и рявкнула я после очередного причитания о том «какповезлонашейдевочке». – Эта тема отныне закрыта.
Под строгим взглядом челядь разом поникла.
– А вы изменились, госпожа, – рискнул выдать дворецкий, уважительно поклонившись.
– Ты прав, Рэдклиф, прежней глупышки больше нет. Не стоит меня поздравлять с тем, что я стала разменной монетой.
Настроение испортилось, слуги тихонько разошлись, оставив меня наедине с мыслями. Я даже подумала, что не такая уж и хорошая идея была приехать в поместье заранее, но тут снова появилась Ханиссия и увлекла меня в гардеробную.
К назначенному времени мы собрались в портальной зале.
– Элья, – отец подвел меня к большому зеркалу, – ты прекрасна.
Рядом с наряженным в черный с серебром выходной камзол лордом Яррантом я показалась себе совсем взрослой. Длинное платье из баснословно дорогого барчина цвета «морских волн во время шторма», как назвала его Ханиссия, оказалось одновременно плотным и мягким. Асимметрично расшитый прозрачными и бирюзовыми камнями лиф, хотелось бы верить, что это лишь поделочные, а не драгоценные. Юбка платья книзу плавно расходилась в стороны, а открытые плечи согревала легкая накидка из органди, отделанная по краю арендолльским кружевом и застегнутая на одну пуговичку из крупного прозрачного бриллианта. Волосы завили мягкими локонами и, изящно уложив, перекинули на левую сторону. Маникюр-макияж, и я вроде как уже не я, а какая-то леди из высшего света. Парадокс в том, что так оно и есть, но только вот я никогда ею себя не чувствовала.
– Дай-ка руку. Это мамино, – пояснил лорд Сатем, защелкивая на моем левом запястье широкий браслет, украшенный тремя рядами сверкающих, как роса на солнце, камешков.
– О! Это же росиниты!
Весьма редкие по своей природе, округлой формы камни, способные накапливать и хранить огромное количество энергии жизни.
– Верно. Браслет – защитный артефакт. Активируется движением руки, – отец показал, каким именно. – Редкая вещь, но несовершенная. Будет использовать твою собственную энергию как ближайший источник для подпитки.
Я понятливо кивнула. Мы уже проходили на уроках причины, по которым полноценные защитные артефакты невозможно создать.
– Спасибо.
– Не за что. И вот еще, – отец надел мне на шею тоненькое изящное ожерелье из некрупных прозрачных бриллиантов и одного бирюзового по центру.
– Тоже артефакт?
– Просто украшение, – улыбнулся лорд Сатем, – но тоже принадлежало твоей матери.
Он поцеловал меня в висок и посмотрел на часы.
– Пора бы ему появиться, – нетерпеливый взгляд то и дело возвращался к порталу.
– Мы еще кого-то ждем? – удивилась я.
В ответ над одной из портальных площадок сгустились тени, а когда опали, перед нами предстал Верд Аллакири.

Глава 7

Верд  
Как же хорошо было проснуться в нормальной постели. Вытянуться во весь рост, не переживая, что вымокнешь с головы до ног в росе, или вляпаешься в паутину, или обнаружишь неприятное соседство. Я даже улыбнулся. Накануне, раздав указания и отправив отчеты, позволил себе немного расслабиться, поесть нормальной горячей еды и поваляться в ванне. Впрочем, во время водных процедур я все же умудрился вырубиться и пришел в себя, когда вода залила мне лицо, попав в рот и в нос. Перепугался даже сначала, забыв, где я. А потом лежал и смеялся, как идиот. Месяц жить в Чаще и не поцарапаться, а затем бесславно утонуть в ванне. Это только я могу.
Выспавшись впервые за месяц, я чувствовал себя готовым к новым свершениям, но сначала свяжусь с Райдом и передам Льяре, что я ее люблю. А еще лучше, скажу лично и плевать мне на все запреты.
На вызов друг не ответил. Когда я его повторил чуть позже, итог был прежним. Хорошее настроение несколько упало. Одевшись в новенькую форму эрсмана, я направился в штаб, впереди ждало много дел. Можно было, конечно, прыгнуть тенями, но сейчас мне важнее осмотреться, да и себя показать, раз уж на то пошло.
Но не успел пройти и половины пути до ратуши, как в кармане дрогнул амулет.
Лорд Яррант собственной теневомагической персоной.
– Вердерион, у меня… хм… личное дело.
– Я весь ваш, лорд Сатем, – навострил уши, припоминая предупреждение отца.
– Сегодня вечером мы с дочерью приглашены на ужин. Неформальный. Хочу, чтобы ты нас сопровождал и в случае любого намека на угрозу помог защитить и вывести Оэльрио.
– Но, – я не знал, что и сказать, – почему я?
– Ты единственный, кому я могу доверять на сто процентов, пока не раскрыты все заговорщики.
Значит, советник в курсе. Но не буду спешить с выводами, вдруг это не более чем уловка, попытка выудить у меня информацию?
– Заговорщики?
– Вердерион, я уверен, что ты знаешь о Даториане. Уже месяц принц болтается под потолком в кабинете твоего отца, сам император перебрался в мой, вытолкав своего верного советника в приемную, будто секретаря какого-то.
Я едва удержался от смешка, представив себе все в красках, хотя веселого было мало.
– Кто еще?
– Пока негусто. В основном сочувствующие и угнетенные, из тех, кому принц наобещал золотые горы. Но все не то, и у меня есть некоторые подозрения. Ну так как? Я не хочу тебе приказывать.
– Согласен.
Даже если это ловушка, я предупрежден, а вот если Льяре действительно будет нужна помощь, а я откажусь, не смогу себя простить.
– Без пяти семь в моем поместье, прими коды гостевого доступа.
– Дресс-код?
– Соответствующий твоему званию.
Я взглянул на часы. Восемь утра. Так рано и так поздно…
Время потекло мучительно медленно. В перерывах между делами еще несколько раз вызывал Эллэ, и наконец Райд ответил.
– Верд, собака! Куда ты пропал?! Я пытался тебя дозваться, но все без толку!
– Долго рассказывать. Как сам? Как отряд?
– У нас все в порядке. Ни одной стычки за месяц, ребята начинают скучать. Ты когда обратно?
– Не знаю. Пока тут гарнизоном командую. Райд… Я такое видел, врагу не пожелаешь, так что не могу здесь все бросить.
Друг помолчал, прежде чем ответить.
– Командир, может, мы к тебе? Тут тоска, даже студентки уже не радуют…
И все же я уловил непроизвольный выплеск положительных эмоций однозначной окраски.
– Эллэ, только не расслабляйся, чую что-то назревает. Что-то серьезное. И это будет в академии. Усиль патрули. Смотрите в оба, чтобы муха не пролетела. Присматривайся и изнутри тоже.
– Верд, ты уверен, что в академии предатели?
– Теперь да.
И почему-то я никак не мог начать разговор о Льяре.
– Хорошо. А у девчонок экзамены скоро, – Райд сам сменил тему, и я отчасти был этому рад. – Помнишь, как это в первый раз?
– Оэльрио видел? Как она?
– Готовится. Передать что-нибудь, когда вернется?
– Вернется?
– Она на обеде говорила, что вечером отправится домой.
– Ах да.
– Так ты и об этом знаешь?
– Не забивай голову. Мне пора. И, Райд, держи амулет при себе, мне может потребоваться помощь.
– Как скажешь, командир.
В назначенное время ступил на площадку портала и активировал выданный лордом Сатемом код. Судя по времени перемещения, поместье Яррантов находилось очень далеко отсюда. Привычный с детства к теневым переходам, я все же испытал легкое головокружение на грани дурноты. И первое, что увидел, было бледное лицо Оэльрио.

Глава 8

Льяра  
Не знаю, как не лишилась чувств. Не знаю, как удалось не разрыдаться. Не знаю, отчего не бросилась на шею? Может, оробев под строгим взглядом отца? А может, оттого, каким холодным и далеким был Верд, на его лице не мелькнуло ни тени улыбки.
– Леди Оэльрио, – он шагнул вперед и протянул мне руку.
Я не успела вложить свою, дрожащую, когда раздался голос лорда Сатема:
– Вердерион, это лишнее. Вы просто сопровождающий, наша тень. Станьте ею. Помните вашу задачу? Элья, – папа взял меня под локоть, – идем.
Мы ступили на портальную площадку, а Верд расположился чуть позади нас, так, что я его не видела, лишь ощущала присутствие, но даже этого хватило, чтобы покрыться мурашками. Отец это заметил:
– Замерзла?
– Волнуюсь перед ужином. Кстати, ты так и не сказал, куда мы приглашены?
– К королю Файбардскому. Обсудим твою помолвку.
Отец активировал портал, и я уже ничего не успела предпринять.
Замутило так сильно, что я вцепилась в его предплечье, а через несколько долгих мгновений мир наконец прояснился, и под ногами образовалась твердая поверхность, подтверждая, что переход завершился. Так далеко я еще ни разу не бывала.
– Добро пожаловать в нашу летнюю резиденцию!
Повинуясь воле отца, который чуть сжал мою руку, присела в почтительном реверансе. Мой рассеянный после перехода взгляд, прежде чем упереться в группу встречающих, скользнул по огромной портальной зале, выполненной в традиционных для королевской семьи Файбарда бело-золотых тонах. Самой большой и роскошной, какую мне только доводилось лицезреть. Пол, отделанный белоснежным алмазным мрамором, гладкий и искристый настолько, что я видела свое отражение. Тяжелые золотисто-коричневые портьеры на окнах, в простенках прямо из пола растут небольшие, красиво подстриженные деревья, изящная лепнина и картины кисти известных художников, даже не сомневаюсь, что подлинники. Роскошь и великолепие, как и положено для королевского дворца.
Наконец эффект дальнего перехода отпустил, и я с ужасом поняла, что мне протягивает руку сладко улыбающийся Галэн:
– Леди Оэльрио, с вами все в порядке? – медовым голосом пропел принц. – Переход мог оказаться непростым с непривычки, я прикажу подать тонизирующий напиток.
Вместо ответа красноречиво посмотрела на отца. Предатель!
Лорд Сатем строго сжал челюсти и нахмурился.
Вторым встречающим, тем, чей голос нас поприветствовал, был сам Ярт Берди Сиятельный, король Файбарда, которого я знала по изображениям – зализанные желтоватые волосы до плеч, богатый наряд, обманчиво добродушная внешность и скользкий, оценивающий взгляд, заставивший внутренне поежиться и усилить ментальные щиты.
Ну уж силушки мне не занимать. Беса с два пробьешься, говнюк!
Значит, помолвку обсуждать собрались? Сейчас попрошу Верда забрать меня отсюда, с этой мыслью повернулась к любимому и не поверила своим глазам.
Восхищение! Лесные бесы!
Да у него такого лица не было, когда он меня увидел несколько минут назад!
Надо признать, что объект столь пристального внимания его заслуживал. Шикарнейшая блондинка из всех, каких мне доводилось встречать, радушно улыбалась, чуть склонив набок голову. Простое молочного цвета платье-комбинация, полагаю, модное в этом сезоне, сверху облегало точеную фигуру, а снизу свободно струилось, мягко мерцая. Верх был отделан кружевом темно-серого оттенка, широкий вырез выставлял на обозрение высокую грудь, а весь наряд дополнял комплект из дымчатых бриллиантов.
Еще недавно я казалась себе настоящей принцессой, а теперь почувствовала какую-то неполноценность. Нет, ее наряд не был богаче, да и не в этом дело, скорее во внутреннем ощущении. Будто я простая дворняжка рядом с породистой сукой.
И на эту суку пялился Верд!
Мои глаза сузились, расправив плечи, вздернула подбородок и наконец протянула руку Галэну. Его губы, искривившись в победной улыбке, скользнули по моим пальцам и задержались чуть дольше, чем требовали приличия. Я едва не вскрикнула от возмущения, когда принц слегка прикусил мне кожу и следом прошелся языком, а тем временем большой палец что-то выписывал на моей ладони.
Стало хуже, чем тогда, от домогательств в комнате. Там хоть можно было заорать или подраться, попробовать использовать магию… В лицо против воли бросилась краска, желание влепить пощечину лицемеру стало нестерпимым, но, почувствовав затылком взгляд Верда, заставила себя улыбнуться принцу Файбардскому.
Один – один! А нечего на всяких блондинок пялиться! Даже на таких шикарных.
Женщина тем временем приблизилась, изящно покачивая бедрами.
– Здравствуй, Оэльрио, – низкий приятный голос несколько не вязался с ее внешностью, – я Амелия. Идем, познакомишься с будущем свекром, – она мягко высвободила мою руку из хватки Галэна, и я, сама того не желая, ощутила благодарность.
От меня же не укрылся короткий странный взгляд принца, брошенный на женщину, статус которой пока был неясен. Признаться, отчасти ее присутствие все же было плюсом. Ужинать в компании всех этих мужчин? Кошмар какой-то! Это при условии, если еда теперь вообще полезет в глотку…
После того как меня представили королю Файбарда, снова подошел Галэн и увлек к выходу из залы, а за спиной тотчас вырос Верд. Обернувшись, увидела, как отец мило улыбается воркующей что-то красавице.
Что? И этот туда же?! Король, снисходительно на всех нас посматривая, шел с ними рядом. Перевела взгляд, едва столкнувшись с синими глазами, пытаясь прочитать в них хоть что-нибудь, как меня незаметно одернул принц:
– Верный пес снова рядом? Неужели в моем доме тебе нужна охрана? – Он прекрасно понимал, что Верд все слышит. А я прекрасно знала, что Галэн не забыл о нашем с Вердерионом поцелуе. – Хотя если захочешь его себе оставить… – он задумчиво окинул Теневого волка взглядом.
– Галэн, зачем весь этот фарс?
Вместо ответа принц, загадочно улыбнувшись, снова поднес мои пальцы к губам, но отнял раньше, чем я сама успела выдернуть.
Нас провели в обеденную залу, крохотную, если сравнивать с портальной, но не менее великолепную. Почти все ее пространство занимал стол, накрытый на пять персон. Здесь также преобладало белое с золотом, но окна занавешивали темно-бордовые портьеры. Отметила, что за окном уже сумерки, значит, мы много севернее академии.
– Я подумал, что ни к чему сейчас затевать пышный прием, подождем до помолвки, а сегодня просто и по-семейному отужинаем, – король улыбнулся, устраиваясь во главе стола.
Справа от него встала блондинка. Слева расположился мой отец. Галэн помог мне усесться, а затем пододвинул стул Амелии. Та, грациозно опустившись, подала руку королю, бросив на монарха влюбленный взгляд, скорее всего фальшивый. Ярт Берди мягко, но по-хозяйски сжал ее ладонь, тем самым ответив на мучивший меня вопрос.
Галэн уселся напротив, и оставалось гадать, что же было бы хуже? Смотреть в его наглое слащавое лицо или касаться локтями во время трапезы? Ответ пришел сам собой: боюсь, локтями бы дело не ограничилось, так что пусть лучше пялится. Украдкой посмотрела на занявшего пост у дверей Верда и чуть не топнула ногой, он снова таращился на нее, будто меня здесь и нет вовсе! Где, вообще, он пропадал? Почему, сделав предложение, так ни разу не прислал весточки? Сердце сжалось от обиды. Как он может? Ведь знает, что мне не нужен Галэн! Я люблю только его!
Не закатить истерику и не расплакаться помогли только уроки концентрации. Заставив себя сосредоточиться на ментальных упражнениях, сохранила холодно-благожелательное выражение лица. По крайней мере, надеюсь, оно было именно таким.
Потекла плавная беседа ни о чем и обо всем сразу, отец временами посматривал на меня, а я же, натянув вежливую мину, ковырялась в тарелке, не осознавая, попробовала блюдо уже или нет. Великая Мать, дай мне силы вытерпеть это до конца. А уж потом я доберусь до одного гаденыша и душу вытрясу!
К слову о гаденыше.
Верд Аллакири, не шелохнувшись, заложив руки за спину, стоял у двери, как каменный истукан, и, к моему облегчению, больше не смотрел на Амелию.
– А я-то думал, что у всех оборотников зверский аппетит, – выдал наблюдавший за мной некоторое время Галэн. – Приятно осознавать, что моя невеста следит за фигурой. За Оэльрио!
Он поднял бокал, остальные к нему присоединились. Мне пришлось тоже пригубить вина. Может, напиться? Ну или хотя бы обожраться назло придурку-принцу, что ли? Да еще и рыгнуть в качестве жеста отчаянья, тогда во мне разочаруются и отправят домой? Эх, если бы все было так просто… Едва сдержала новый приступ слез, представив помолвку с Галэном. Это ведь все равно что свадьба, он получит права на меня. Нет, надо было принять какое-нибудь убойное успокоительное. А ведь Нисси что-то предлагала, да я отмахнулась. Знала бы, куда попаду…
Я твердо решила сказать нет, как только мне будет задан вопрос о помолвке.
– Тебе не нравится куропатка в меду? – участливо спросила Амелия, заметив отсутствие у меня аппетита.
– Спасибо, что-то я не голодна, – отодвинула тарелку вовсе.
– Может, хотя бы десерт? – улыбнулся король. – У нас есть чудесные морские апельсины из Тандорона.
– Дорогой, девочка просто волнуется. Посмотрела бы я на кого-нибудь из мужчин, окажись он на нашем месте, – очаровательная фаворитка Ярта Берди тепло улыбнулась, и я снова почувствовала себя гадким растрепышем, несмотря на четырехчасовые усилия друидов-стилистов, в руки которых отдала меня Нисси.
– О! – подскочил Галэн. – Вероятно, тому виной я сам, но, надеюсь, подарок несколько снимет напряжение? – Он извлек откуда-то изящную бархатную шкатулку черного цвета и положил перед моим отцом. – Лорд Сатем, можете проверить.
Папа открыл крышку, и я невольно скосила глаза. Внутри оказалось роскошное ожерелье из голубоватых, выполненных в виде капелек камней, похожих на бриллианты. Баснословно дорогое украшение, на фоне которого меркли даже мои росиниты.
– Слезы реликта. Фамильная драгоценность, – подтвердил принц.
При этих словах я снова посмотрела на Верда и опять не смогла поймать бесстрастный взгляд синих глаз. По выражению его лица было невозможно прочитать, о чем думает. Словно заколдованный принц из той самой сказки про Морозную деву.
Великая Мать, как же хотелось броситься к нему, растормошить, убрать эту равнодушную маску. Попросить, чтобы забрал отсюда, как тогда. Неважно куда, к себе в поместье или в Арендолл. Главное, чтобы подальше, чтобы не видеть рожи Галэна и Ярта Берди и блондинку эту породистую.
А папа… Папе я напишу через годик-другой, когда перестану злиться.
– Оэльрио, ты же не откажешь нам в удовольствии и примеришь?
Король и блондинка снова взялись за руки и вперились в меня умиленными взглядами. Брови отца предупреждающе дернулись, и я молча кивнула. Галэн будто только этого и ждал. Тут же оказался позади и принялся расстегивать застежку маминого ожерелья, его пальцы то и дело соскальзывали, касаясь моей кожи. Уверена, нарочно.
– Сын, что ты там возишься? – шутливо пожурил его Ярт. – Я думал, ты более ловок, когда дело касается молоденьких девушек.
Мужчины сдержанно улыбнулись, а Амелия прелестно разыграла смесь смущения и негодования, тихонько хлопнув короля по руке.
– Лорд Сатем, – наконец принц справился и протянул драгоценность моему отцу, а мне на грудь опустилось новое украшение. Тяжелое и холодное.
Чужое.
Ловкие пальцы застегнули его гораздо быстрее, да так и остались на моих плечах, легонько массируя. Презрев чужое мнение, убрала их, но все сделали вид, что не заметили мой маленький бунт, лишь Ярт Берди дернул бровью, вопросительно глянув на сына. Галэн подал руку, и мне пришлось подняться, чтобы все могли получше рассмотреть подарок.
– О! Камни отлично гармонируют с цветом твоих глаз. Галэн, твоя невеста очаровательна! – восхитилась Амелия. – Эх, завидую молодости, впереди еще столько всего!
Интересно, а сколько же ей? На вид совершенно не определить, может, немногим старше меня, а может, и старше на пару десятков лет. Инстинктивно я направила эмпатию. Хвала Великой Матери, что научилась делать это аккуратно и выборочно, не задевая всех вокруг. Блондинка вздрогнула, что-то почувствовав, и бросила короткий взгляд на лорда Сатема, похоже, решила, что это он. Я же остановилась. Все равно не знаю, как обойти ее ментальный щит.
– Элья, тебе очень идет. Ты прекрасна! – отец смотрел с искренним восхищением, а я снова украдкой покосилась на Верда.
Ну забери меня! Пожалуйста, мысленно молила, забыв про обиды. Один рывок, и даже отец ничего не успеет предпринять. Ему не тягаться в скорости с воином-оборотником. Если бы я только могла попросить об этом всерьез, добавив эмпатии, но я не была уверена. Что, если Верду я больше не нужна? Мне бы какой-то знак, маленький, ничтожный знак. Один только взгляд. Теплый, такой, каким он на меня смотрел раньше. Я не сдержала судорожный вздох и незаметно схватилась за край столешницы, голова закружилась.
– Прошу прощения, – поклонился принц, который все еще стоял, но уже по ту сторону стола. – Я вас ненадолго оставлю. Оэльрио, Амелия, – Галэн направился к выходу.
Провожая его взглядом, заметила, как он чуть притормозил возле Верда, тот же представлял собой каменное изваяние. Кажется, даже не моргал, глядя сквозь принца.
– Сатем, – панибратски обратился король к моему отцу. Ну а что? Мы же скоро станем близкими родственниками. – Есть один требующий внимания вопрос.
– Говори же, Ярт, не томи, – в тон ему ответил отец, так же позабыв о титулах. Я отметила, что королю это не слишком понравилось, но он проглотил.
– Хочу пояснить, почему выбор пал именно на вашу дочь. Этот брак важен для нас не только из политических соображений, но и по двум личным причинам. – Я навострила уши. Чувствую сейчас будут врать. – У нас много поколений в роду не было друидов, их в Файбарде очень мало, особенно среди дворян. Но я решил нарушить эту традицию и основать новую. Давно пора это было сделать, да и приток свежей крови не помешает, к тому же Оэльрио, как и мой сын, обладает высоким магическим потенциалом, который, я надеюсь, передастся их детям.
О да! Конечно, Льяра – племенная кобыла. Это то, что я просто жаждала услышать! Или задобрили побрякушкой и считают теперь можно говорить все что вздумается?
– А какая же вторая? – поинтересовался отец.
– О, вторая стара как мир. Любовь.
Я поперхнулась воздухом. Какая, к бесам, любовь?!
Под наигранно-умиленными взглядами прижала к губам салфетку, стараясь задавить кашель. Отец налил воды и молча пододвинул стакан. По его не менее искусственной улыбке я поняла, что в такую любовь папа тоже не верит. И на этом спасибо. Король же продолжал медоточить:
– Галэн влюбился в Оэльрио с первого взгляда и все уши мне прожужжал, что ему никто больше не нужен. Собственно, он и привел мне все доводы в пользу этого союза. И, надо сказать, был очень убедителен, теперь вижу, что сын не ошибся.
Я не выдержала:
– О! Так это из-за всеобъемлющей любви ко мне он не пропускает ни одного смазливого личика и демонстративно со всеми целуется у меня на глазах?
Король и его «грелка» фальшиво рассмеялись:
– О, мужчины бывают такими безрассудными, когда дело касается чувств, – Амелия стрельнула глазами в сторону Верда, а я прикинула, успею ли вырвать ей глотку, если обернусь прямо сейчас? Странно, что зверь внутри меня почти не ощущался, словно его и не было вовсе.
– Галэн молод и горяч, это нормально для мужчины его возраста и положения, к тому же он остепенится после свадьбы, да и охотниц вокруг поубавится. – Король пригубил вино. – Ну раз мы все выяснили, осталась одна маленькая формальность. Сатем, надеюсь, вы не сочтете за оскорбление? По правилам требуется подтвердить истинную невинность вашей дочери.
Отец только согласно кивнул и, предупреждая возможную реакцию, накрыл мою руку своей. Действительно, среди королевских семей так было принято, я об этом знала, потому не имела права оскорбиться и покинуть это сборище, хотя и хотелось неимоверно. А еще это означало, что назад дороги нет…
Опустив голову, прожигала взглядом тарелку, чувствуя, как пылают щеки. Хорошо хоть, Галэн ушел, вот бы он сейчас потешался.
Верд! Забери меня отсюда. Умоляю, Верд!
– Уверяю, переживать не о чем, да и некуда спешить. Оэльрио вела весьма замкнутый образ жизни, наш семейный доктор осматривал ее на днях, он вышлет подтверждение, – сказал отец в нарушение всех традиций.
Я почувствовала на себе взгляд, приятные мурашки пробежали вдоль позвоночника, это эмпатия вырвалась из-под контроля, давая подсказку. Сомнений не было, это Верд наконец вспомнил, что я здесь. Ощущение тут же пропало, но сердце все равно забилось быстрее.
Ну пожалуйста, Верд! Любимый, забери меня отсюда!
Другая часть меня, отстраненно и холодно наблюдающая за происходящим, понимала, если даже это случится, то мы оба станем изменниками.
Бесы! Как же все сложно!
Пытаясь сдержаться, я едва могла дышать. Великая Мать, ну почему я не родилась в простой семье, где нет всех этих условностей? Где люди вольны жениться по любви, а не по чьей-то воле и во имя империи? И все же мои глаза наполнились слезами, затуманив взор.
– Ну же, прекратите! Бедная девочка, – ко мне поспешила Амелия. – Нашли о чем говорить за столом! Как будто не могли подождать! Идем, дитя, – блондинка помогла мне подняться, протянула салфетку, увлекая в сторону, и уже тише обратилась ко мне, противореча всему сказанному: – Ну же, Элья! Ничего страшного здесь нет. Даже если ты не истинная девственница, это ничего. Мы без труда решим этот вопрос, – она заговорщицки мне подмигнула.
Сгорая от стыда, зачем-то выдала:
– Я еще никогда не была с мужчиной.
– Ну тогда и вовсе переживать не о чем, – блондинка подвела меня к незамеченному ранее выходу из залы. – Мы через это проходим всю жизнь. Я так вообще раз в месяц, как фаворитка правящего монарха, – она скромно опустила ресницы.
Мы незаметно вышли в какой-то коридор, и за спиной мгновенно выросла фигура Верда. Едва взглянув на него, тут же отвернулась, снова обнаружив, что он разглядывает мою спутницу.
Внутри прочно поселился холод, тошнотворный комок зародился в районе желудка. Еще чуть-чуть, и ноги подкосятся, будто меня ведут на казнь. Нет, да что же за вечер такой?! К счастью, далеко идти не пришлось. Несколько метров по коридору, поворот направо, и мы остановились у двери, которая почти сразу отворилась, и из нее выглянул пожилой мужчина. Обесцвеченная годами внешность выдала сияющего.
– Если миледи Оэльрио готова?.. – вежливо поклонившись, он сделал приглашающий жест.
– Она готова, мэтр Керт, – ответила за меня Амелия, прежде чем я успела открыть рот. – А вам придется остаться здесь, – останавливая, сияющая положила руку Верду на грудь, и я завороженно уставилась на ее алые ногти. – Уверяю, вашей подопечной ничего не грозит, если понадобится, она легко сможет вас позвать, а я останусь с вами гарантом.
– Да, миледи, – голос Теневого волка прозвучал как-то сдавленно.
– Входите, Оэльрио, – осторожно потянул за руку доктор, вынуждая шагнуть внутрь кабинета.
Здесь все было довольно обычно. Письменный стол, шкаф с лекарствами, столик с инструментами, накрытыми стерильной салфеткой, и центр местной вселенной – специальное кресло, прикрытое ширмой. Я уставилась на него, как на чудовище из Чащи.
– Леди Оэльрио, не бойтесь, – мэтр Керт странным образом располагал к себе. То ли не был таким фальшивым, как все прочие? Живые спорые движения, лучащийся искренней теплотой взгляд. – Присядьте, вы побледнели. Голова кружится? Наверное, ни крошки не смогли проглотить за столом?
Кивнула.
А ведь и правда, последний раз я ела еще дома, да и то без особого аппетита, а мне, как совсем юному оборотнику, желательно есть плотно и вовремя.
– Что ж, вас можно понять. Такие мероприятия не для слабонервных, – он улыбнулся. – Воды?
– Да, пожалуйста.
Мне протянули стакан. Когда спустя несколько минут я немного успокоилась, доктор вернулся к работе.
– Леди Оэльрио, готовы? Я не сделаю вам больно, только посмотрю, и все. И не нужно стесняться старого врачевателя, это в вас говорит ваша молодость.
Чтобы оттянуть неприятный момент, спросила:
– Но… вы же не друид?
Старик, перебирающий инструменты, обернулся и удивленно на меня посмотрел, а потом рассмеялся.
– Дочка, если бы в Файбарде врачевателями становились исключительно друиды, то мы бы давно все вымерли от разных болезней. Другим тоже вполне доступно это искусство, правда, иногда без энергии жизни все же не обойтись.
Кивнув, словно в полусне прошла за ширму, желая побыстрее с этим покончить. Стянула трусики, там же разулась и по специальной лесенке поднялась на кресло. Поерзав, разместилась. Пару секунд помедлила, раздумывая, закрывать или нет маленькую шторку, и все же задвинула. Не хочу видеть лицо доктора, так проще будет представить, что ничего не происходит.
– Леди Оэльрио, вы готовы?
Буркнула нечто невразумительное.
Великая Мать! Пусть эта унизительная процедура поскорее закончится. И этот жуткий ужин-знакомство. Я хочу оказаться в своей комнате в общежитии, и чтобы рядом были друзья и учебники. И не хочу больше ни о чем, кроме экзаменов, думать, и ни о ком…

Глава 9

Доктор что-то не торопился, да и вообще я осознала, что не слышу его уже некоторое время. Только хотела выглянуть из-за занавески, как вздрогнула, почувствовав вторжение, инстинктивно впилась пальцами в подлокотники. Хорошо, что так и не выглянула, не то сгорела бы со стыда, если бы угораздило встретиться глазами. Закусив губу, зажмурилась и затаила дыхание. Сейчас это кончится, и я постараюсь забыть все, как страшный сон.
Но доктор не спешил убирать руки. Наоборот, его пальцы стали вытворять что-то, явно не относящееся к врачебному осмотру.
– Какого беса вы делаете?!
Попытка сдвинуть занавеску и высвободиться ни к чему не привела. Я не могла пошевелиться, мои плечи и талия, а также бедра, голени и руки оказались плотно зафиксированы невидимыми путами. А нет, под углом все же видно что-то прозрачное, покрывающее едва ли не все тело. Явно штучки сияющих! Попыталась повернуть запястье, как учил отец, но активировать защитный браслет тоже не вышло. Я могла двигать только головой, ступнями и кончиками пальцев. Сердце едва не выпрыгнуло из груди от охватившего липкого ужаса.
Занавеска отдернулась, и я увидела ухмыляющегося Галэна.
– Ты! – я даже задохнулась от возмущения, стыда и унижения. – Убери руки, мразь! – кажется, я зарычала. Зверь внутри наконец поднял голову, и я задергалась, призывая его и пытаясь обернуться, но что-то словно мешало. Попыталась сконцентрироваться и ударить чистой энергией, и снова безрезультатно. Я не чувствовала энергию жизни. Совсем.
Все, чего я достигла, сейчас не работало!
И это явно неспроста. Принц подтвердил мои догадки, насмешливо изогнув бровь. Он с интересом меня рассматривал, масленый взгляд скользил по мне не спеша, будто слизень, оставляя чувство гадливости. Хорошо хоть, руки убрал, правда, недалеко, прямо на мое колено.
– Можешь не стараться. Ожерелье, а точнее, застежка, на которую твой отец не обратил внимания, блокирует главный энергетический канал. Я сильно рисковал, конечно, но всегда мог свалить вину на отца, старик бы как-нибудь выкрутился, ему не впервой. Так что, киска, ты сейчас все равно что простой человек. Как видишь, я выполняю обещания, ты больше не в силах царапаться.
Ну тут он явно преувеличил. Вряд ли простой человек ощущает, как внутри мечется от бессилия огромная кошка. Вот только толку и правда не было.
– Отпусти меня! Я буду кричать!
– О нет! – делано испугавшись, Галэн вскинул руки к лицу.
– Папа! Папа! Верд! Помогите! – из глаз брызнули слезы, но усилием воли я заставила себя сдержаться. Не сейчас. Нельзя показывать Галэну слабость. Прикусив губу до боли, почувствовала солоноватый привкус, это помогло собраться.
– Они тебя не услышат, у нас много разных интересных изобретений и далеко не всеми мы готовы делиться, – принц наклонился ближе и, ухватив за подбородок, зафиксировал мне голову, не давая отвернуться. Поцелуй обжег губы, и я, чудом отстранившись, плюнула Галэну в лицо. Скула тотчас вспыхнула от пощечины. Удар оглушил, и я замерла от шока. Что здесь вообще происходит?! Как такое может быть на самом деле?
– Не смей! Никогда больше! – глаза принца нехорошо сузились.
Собралась с мыслями, изо всех сил пытаясь не обращать внимания на свое беспомощное положение, постаралась говорить спокойно и уверенно:
– Галэн, поступим так. Сейчас ты меня отпустишь, и мы с отцом немедленно покинем ваш «гостеприимный» дом. Никакой помолвки, само собой, не будет, а ты дашь клятву никогда больше ко мне не приближаться. Тогда я подумаю, стоит ли сохранить этот беспрецедентный случай в тайне.
Но, кажется, моя речь не произвела на принца никакого впечатления. Только улыбка стала шире, а взгляд мутнее, напугав меня еще больше. Пришло понимание: он же просто больной! На что он надеется?
Дурное предчувствие отозвалось тошнотой.
– А ты мне все больше нравишься, киска. В таком положении, – он небрежно указал рукой куда-то промеж моих бедер, – и все равно пытаешься диктовать условия. Такая грозная и беззащитная одновременно. – Его ногти легонько прошлись по коже бедра, и я едва сдержалась, чтобы не разреветься. – Но у меня иное предложение. Ты сейчас выходишь, смущенно улыбаешься. Принимаешь с благодарностью все мои знаки внимания. Соглашаешься на помолвку, что, по сути, не более чем формальность. И никому, слышишь, никому ничего не говоришь. Ни словечка! Да, и думать забудь об ублюдке Аллакири! Я видел, как ты на него косишься. Увижу его еще раз рядом – уничтожу!
Я крепко зажмурилась, когда в метнувшейся вперед руке возник световой клинок и замер на волосок от моего горла.
– Ты сумасшедший… – еле прохрипела, так пересохло во рту, что язык не ворочался.
Других слов просто не было.
Галэн наклонился еще ближе, так что его губы коснулись уха, а дыхание защекотало шею:
– Нет, дорогая. Я лишь умею добиваться своих целей. Любой ценой. – Он выпрямился, и его тон стал почти деловым: – А вот и гарант твоего послушания.
Довольно усмехнувшись, принц выудил из внутреннего кармана конверт.
– Я сделал их своими собственными руками. Полюбуйся-ка.
Расширившимися от ужаса глазами я рассматривала услужливо представленные мне снимки, похожие на тот, что лежит у меня в шкафчике в комнате.
На первом я, со странной улыбкой, разглядываю обнаженных мужчин. Райда Эллэ и Верда Аллакири… На следующем – лежу на земле без сознания. Правда, лица не видно, так что никто, кроме меня, этого и не поймет. А у самих ребят вид какой-то странно-растерянный, я бы даже сказала – идиотский вид. Да, что называется, «удачный» ракурс. Как хочешь, так и интерпретируй. На следующем Верд и Райд склонились надо мной, и Верд грозно смотрит на Эллэ. Потом снова я, уже у Теневого волка на руках, а Райд, почесывая затылок, заглядывает сбоку. Прекрасная подборка. Ничего не скажешь.
Галэн, видимо, убедившись, что я все хорошо рассмотрела, убрал снимки обратно в конверт.
– Если тебе на них наплевать, ты, конечно, можешь расстроить нашу помолвку, но тогда обоим твоим «ухажерам» уже не жить. Законы Эрессолда строги к оборотникам. К тому же не думаю, что твоему отцу это понравится.
Закрыла глаза, чувствуя, как внутри что-то умирает, будто я каменею с каждым мгновением. Кажется, даже дышать перестала, ощущая, как покидают последние силы.
Подлость, какая же подлость!
– Так что, согласна, киска?
Независимо от того, что будет с Галэном, Верду и Райду грозит казнь. Даже если я попытаюсь все объяснить, после такого никто мне не поверит. Появятся вопросы, что это вообще было и как дочь советника могла оказаться в подобной ситуации? Представила, как из-за моей строптивости жизнерадостный балагур Райд Эллэ лишится жизни только за то, что радел о счастье друга. Да и зачем жить, если Верд умрет?
– Ну? – неожиданный окрик вывел из прострации, заставив дернуться. – Кстати, чтобы все было правдоподобно, сейчас вполне подходящий момент, чтобы исправить досадный недостаток, который мы тут подтверждаем. Он взялся за ремень, и я закричала:
– Не надо! Согласна!
Галэн ушел.
Вот просто так развернулся и скрылся где-то позади. После его ухода невидимые путы спали. Не сразу обнаружив, что больше меня ничто не держит, кое-как смогла сесть. Зубы стучали от мелкой дрожи. Тут же из-за ширмы появился мэтр Керт.
– Прости, дочка, – прошептал он, и мне показалось, что выглядит старик немногим лучше меня. Покрытые пигментными пятнами руки подрагивали, когда он, одернув мне подол, попытался помочь спуститься. – Принц он… Я не знал… Галэн пригрозил мне внуками… У меня ведь внуки, я не могу ослушаться, – доктор невольно потер грудь.
Проигнорировав его руку, спустилась и босиком дошла до стола. Голова все еще кружилась, в груди жгло, но слез не было.
– Леди, принц причинил вам боль?
Мотнула головой и залпом допила оставшуюся в стакане воду. Вернувшись за ширму, обулась и молча вышла за дверь. Эмоций не осталось совсем, я будто завернулась в кокон, отгородившись от всего, что снаружи. Хотелось только одного – поскорее убраться подальше.
Снаружи ко мне подскочил Верд и, c тревогой заглянув в лицо, спросил:
– Льяра, с тобой все хорошо?
Его тут же подвинула красотка блондинка:
– Оэльрио, ты в порядке?
Остановившись, пристально посмотрела ей в глаза.
Не стала никому отвечать. Если сейчас открою рот, от последних крупиц хрупкого спокойствия ничего не останется. Рука сама потянулась к ошейнику, чем, по сути, являлся подарок Галэна. Пальцы коснулись холодных камней, сжали, желая сорвать и швырнуть принцу в лицо. Остановило только то, что вряд ли открытое проявление неуважения к правящей семье мне сейчас чем-то поможет.
Если папаша с сыном заодно, мало ли что им взбредет в голову. Нас могут просто не выпустить отсюда живыми. Подозреваю, Галэн многое мог предусмотреть. Нужно затаиться. Притвориться, что они выиграли. Сделать вид, что сломалась. Сдалась.
Это ничего.
Подумаешь, еще немного унижения.
Это совсем просто по сравнению с тем, что только что случилось и могло случиться…
На мгновение задержалась перед дверью, ведущей в обеденную залу. Несколько раз вдохнула, спиной чувствуя взгляды блондинки и Верда. Скромно потупив взор, прошла на свое место.
Галэн уже вернулся и сидел на своем. Глядя на меня, принц победно улыбнулся.
Рано радуешься, урод! Я не я, если что-нибудь не придумаю. Вот только сниму эту дрянь с шеи, и тебе не помогут все твои умения. Больше я так не попадусь!
Украдкой покосилась на застывшего у двери Верда. Наплевав на приличия, он не отводил от меня обеспокоенного взгляда, по которому многое было понятно. Стоит быть осторожнее. Если любимый заподозрит, что что-то не так, может натворить глупостей. Нужно постараться решить все мирно.
– Дорогой, формальности улажены, – проворковала Амелия. – Льяра, ты себя нормально чувствуешь?
Вот что ей за дело до моего самочувствия?
– Спасибо, все в порядке. Просто голова закружилась, – слабая улыбка. – Эти экзамены… – неопределенный взмах рукой. – Приходится много готовиться, даже на сон времени не остается, – изображаем с трудом подавленный зевок, подтверждая свои слова, и смущенно бормочем: – Простите.
Надеюсь, сцена удалась.
– Похвально, – прогремел подвыпивший Берди. – Рад узнать, что моя будущая невестка не только красавица, но еще и умница.
– Благодарю, сир, – вежливо кивнула в ответ на комплимент. – Экзамен покажет, так ли это, – скромно и тепло, как только могла, улыбнулась будущему свекру и рискнула: – Ваше величество, вы позволите мне вернуться в академию?
– Ну раз с формальностями покончено, – король промокнул губы салфеткой, – думаю, можно не утомлять девочку своим обществом. Пускай продолжает готовиться, первый экзамен – серьезное испытание.
Я ушам не поверила. Неужели так просто?!
– Постой, отец! – раздался голос Галэна, в котором я уловила нотку раздражения. – Оэльрио еще не дала официального согласия на брак.
С удовольствием отметила, как глаза короля еле заметно сузились, когда он повернулся к сыну. Ага! Похоже, и в этой семье все не так гладко.
Ярт Берди усмехнулся и сделал приглашающий жест.
– Оэльрио Сатем Дариа Яррант, ты выйдешь за меня? – Галэн опустился рядом на одно колено, протягивая коробочку с кольцом.
Простая полоска из белого золота и крупный камень. Такой же, как в ожерелье у меня на шее. Я посмотрела на него, как на ядовитую змею, не решаясь принять.
Галэн сжал зубы и чуть заметно дернул бровью, поторапливая.
– Да, – получилось едва слышно, словно выдох.
Радостно подскочив, он натянул кольцо мне на палец и, подняв мою руку, продемонстрировал остальным, да так, чтобы и Верд видел.
– О! Так вот для чего ты взял из хранилища ожерелье, – удивленно воскликнул король. – А я-то все думал, на кой оно тебе понадобилось? Может, чтобы покрыть карточный долг? – Сиятельный сам рассмеялся своей шутке.
– Я взял его всего лишь для того, чтобы заказать кольцо с такой же огранкой, – ответ звучал прохладно. – Но, прости, нужно было и правда поставить тебя в известность.
Отец и сын обменялись любезными улыбками. Хм. Или они не ладят, или я чего-то не понимаю?
– Папа, – высвободила руку и потянула отца, – проводи меня, пожалуйста, – попросила, вложив всю надежду.
Отец поднял глаза. Только бы не принялся уговаривать остаться до конца ужина. Я этого не выдержу!
– Я очень устала, и мне нужно готовиться к экзамену.
Кажется, лорд Сатем рассмотрел мольбу в моем взгляде, потому что не стал спорить.
– Ярт, ты позволишь?
– Конечно, Сатем. Только сам останешься, я планировал обсудить с тобой еще кое-какие вопросы.
– Лорд Яррант, не беспокойтесь, я доставлю вашу дочь домой в целости и сохранности, – раздался голос Верда, вызвав во мне два противоположных желания: дать ему по морде и поскорее обнять.
– Хорошо, Вердерион, – милостиво согласился отец.
– Папа, мне нужно в академию, у меня там все учебники.
– Я и сам способен проводить свою невесту, лорд Яррант, – было заметно, как непросто принцу сдерживаться. Он явно не желал отпускать меня сейчас, тем более вместе с Вердом.
Замерла от ужаса.
– Не стоит, Галэн, – неожиданно ответил отец, и я была готова его расцеловать. – Уверяю, Вердерион Аллакири один из лучших воинов империи. С ним Льяра будет в полной безопасности.
Тут еще и король неожиданно пришел на помощь, наверное, и сам не подозревая об этом. Похоже, Великая Мать услыхала мои мольбы:
– Да, сын, ты пойдешь с нами. Как будущему королю Файбарда, тебе полезно приобщиться к делам, не все же предаваться развлечениям. Милорды, прошу в мой кабинет, не будем утомлять женские ушки разговорами о политике.
Я отметила, как ослепительная улыбка Амелии на миг превратилась в оскал. Ага, значит, и здесь не все так гладко!
Распрощавшись со всеми в портальной зале и вытерпев поцелуй Галэна, шагнула на площадку, украдкой вытерев руку о платье. Рядом неотступно находился Верд, так близко, что я ощущала тепло его тела.
– Леди Оэльрио, – он галантно предложил мне локоть, чтобы я могла опереться.
Невольно вспомнила, что до этого большинство наших перемещений проходили менее целомудренно, и сердце сжалось от боли.
Несколько долгих мгновений, и, если бы не Верд, я вряд ли устояла б на ногах. Тут мой желудок сдался. Шатаясь, бросилась в сторону и упала на колени у ствола дерева. Рвотные спазмы шли один за другим, но, кроме выпитой у доктора воды, выходить было нечему.
Заботливые руки придержали волосы, гладили по спине, любимый ласково шептал что-то успокаивающее. Когда полегчало, Верд помог подняться, развернул к себе и обнял. А я вцепилась в него, пытаясь этими объятьями передать все, что чувствовала.
Как ждала его. Как люблю. Как мне было страшно.
До боли в пальцах впилась в его спину, прижимаясь со всей силы, будто желала втолкнуть себя внутрь его тела, чтобы стать единым существом и никто больше не смел нас разлучить. Из груди вырвался всхлип. Второй. Третий.
Он гладил спину, плечи, целовал в макушку, зарываясь носом в волосы. Я почувствовала, как мы переносимся. Оказавшись в комнате, Верд усадил меня на кровать и, скинув пиджак, укрыл мои плечи. Плеснул в стакан воды из графина и дождался, пока сделаю несколько глотков, прежде чем задать вопрос:
– Почему ты согласилась? – голос прозвучал сдавленно, с рычащими нотками, и я подняла на него взор. Его глаза метали молнии: – Я ждал отказа! Решился пойти против всех и забрать тебя, если они будут настаивать. Почему ты сказала «да», Льяра?!
Он что, в ярости?
Верд молча заметался по комнате, рванул воротник рубашки, будто задыхался. Я зачарованно проводила взглядом брызнувшие на пол пуговицы, тем временем Верд заскочил в ванную и сунул голову под кран. Даже отсюда было видно, как полыхают завитки татуировки у него на шее.
Нет. На это у меня просто нет сил.
Тихо встала, пиджак соскользнул на кровать.
– Льяра, Льяра! Куда ты?
– Оставьте меня в покое! Все! – прошептала себе под нос.
Кажется, он так и шел следом до самой моей комнаты.
Очутившись внутри, не глядя, закрыла дверь и, прижавшись к ней спиной, соскользнула на пол, давясь слезами. Потом, будто опомнившись, едва не сломав себе палец, сорвала ненавистное кольцо и со злостью отшвырнула подальше. Подскочила к зеркалу и, повернув ожерелье застежкой вперед, принялась расстегивать, не обращая внимания на предложения соседок помочь. Пальцы тряслись, и только с десятой попытки удалось снять проклятый ошейник, который тотчас отправился вслед за кольцом.
Почувствовав, как хлынула энергия и как возрадовался освобожденный зверь, дала себе волю и обернулась, чувствуя, как разрывается в клочья платье. Одним прыжком преодолела комнату и, очутившись на жалобно скрипнувшей кровати, свернулась клубком.
– Льяра… – Тилья осторожно приблизилась. – Что с тобой произошло?
Повернула голову, и бледная подруга замерла на полпути в нерешительности. Кажется, я пугаю девчонок. Что ж, я убедилась, что снова могу управлять энергией, хватит дурить. Приняв нормальный вид, завернулась в одеяло. Сил на разговоры совсем не осталось. Шепнула:
– Все потом.

Глава 10

Верд  
Дверь захлопнулась перед носом, и я еще некоторое время стоял, прижавшись лбом к гладкому дереву. Мне ничего не стоило оказаться внутри, но вот не уверен, что это как-то сейчас поможет. Ладно, нечего тут мне больше делать. Пусть Льяра успокоится, поболтает с подругами, а завтра я попробую поговорить с ней снова. В каком-то странном опустошении я, совершенно выбитый из колеи, направился обратно. Не отпускало ощущение, что что-то случилось в этом жутком кабинете, недаром на душе так муторно. Перед глазами снова и снова проносились события этого вечера. И неспроста, но я никак не мог уловить, что же не так?
Не торопясь, направился к себе, по пути стараясь восстановить события.
Увидев Льяру после разлуки, я задохнулся, так она была прекрасна.
Клянусь, если бы мы встретились сегодня впервые, я не сразу бы собрался с духом, чтобы подойти. Удивительная, одновременно нежная и холодная красота делала ее похожей на древних богов в старинных храмах, что изредка обнаруживаются в Чаще. Тех, которых нельзя потрогать. Чье нисколько не побледневшее от времени нематериальное изображение, мерцая и подрагивая, до полусмерти пугает случайно оказавшихся поблизости авантюристов, рискнувших забраться в подобное место, и очаровывает своей красотой, стоит тем совладать с эмоциями.
Как я мог вот так запросто прикасаться к богине? Почему меня не поразило молнией? Следующей же мыслью накатило безудержное желание осквернить это божество. Сердце пропустило удар, и я понял, что готов для нее на все. Прикажи Льяра в тот миг упасть замертво, и потребовалось бы лишь ничтожное усилие воли.
Протянул руку, намереваясь поцеловать нежные пальчики, но тут вмешался лорд Яррант, лишив меня и этой малости. Невозможность дотронуться до любимой отдалась почти физической болью. Стоя чуть позади, жадно вдыхал чарующий, сногсшибательный, околдовывающий аромат ее тела. Желание обнять, прижать к себе, похитить и снова и снова доказывать свою любовь стало нестерпимым.
Бесы!
Лорд Яррант, словно что-то почуяв, насторожился, даже встал так, чтобы Льяра оказалась подальше.
Эх, я надеялся на несколько иную встречу.
Мелькнула мысль, а не попросить ли прямо сейчас ее руки? Хотя, пожалуй, неподходящее время. Сначала нужно понять, по-прежнему ли Льяра этого хочет, и все-таки решить вопрос с отцом. Без одобрения императора лорд Сатем все равно не даст согласия.
Оказалось, что ужин будет проходить в летней резиденции Берди.
Неожиданно.
Я до последнего думал, что мы не покинем пределов Эрессолда. Зато отсюда не так далеко до Сатор-Юти, а значит, в случае опасности я легко уйду с Льярой тенями, а потом смогу вернуться и помочь Сатему, если понадобится.
Чую, вечерок-то еще тот впереди. Уверен, будут обсуждать помолвку с Галэном.
Нехорошее предчувствие не отпускало всю вторую половину дня, но я и не предполагал, что столкнусь здесь с Амелией. Даже на секунду решил, что пребывание в одиночестве в Чаще окончательно свернуло мне мозги набекрень.
Но нет.
Она и правда была здесь, передо мной. Живая, невероятно красивая и самодовольная. Я не мог не восхититься ее умением прокладывать путь наверх. Что ж, уважаю за упорство и целеустремленность. Похоже, то, что не удалось в Эрессолде, таки выгорело на родине. Она стояла, радушно улыбаясь, но я заметил, что и она удивлена не меньше, хоть и пытается это скрыть.
С опаской прислушался к себе, и с радостью понял, что больше ничего к ней не чувствую. Ни прежней любви, не желания уничтожить, как бывало, когда я метался из крайности в крайность. Красивая картинка. Настораживающе-красивая, не более. Отец, Райд Эллэ, все, кто твердил мне, что я полюбил придуманный образ, нежный и невинный, как же вы были правы. Теперь я это признаю. Женщина передо мной таковой не являлась. Ослепительная, расчетливая, обольстительная, какая угодно, но невинностью от нее и не пахло.
И все же такая любовь бесследно не проходит. У меня «на память» остался раал’гар, татуировка на загривке и тени…
А еще я стал тем, кто я есть.
Пожалуй, всего этого достаточно, чтобы все же быть благодарным.
Принц подошел к нам, и все мысли вытеснила ревность. Зверь поднял голову и зарычал: «Моя!»
Глядя на меня, принц поцеловал Льяре руку. Долго и со вкусом, насколько только было уместно.
Сиятельный выродок сделал то, что не позволили мне!
Немилосердно зажгло скрытую воротником рубашки шею, невидимый огонь охватил словно раскаленный ошейник и распространился вниз по позвоночнику до самых лопаток.
Чтобы отвлечься, вспомнил о своих прямых обязанностях и осмотрел помещение на предмет опасностей, жаль, что моих способностей как теневого мага хватает только на перемещения да на клинки, но и лорд Сатем, уверен, не дремлет. Тем не менее я кожей ощущал высокий магический фон, который испускали заряженные под завязку артефакты, искусно скрытые среди обстановки. Что ж, это неудивительно для портальной залы. Уверен, при реальной угрозе тут за секунды все полыхнет. Световики любят действовать наверняка, когда дело касается боевых приспособлений. Только это и позволяет им выживать в мире Чащи без помощи друидов.
Обмен любезностями закончился, и мы двинулись дальше.
Каждый раз, когда Амелия приближалась к Льяре, я внутренне напрягался, пристально следя за ней. Вряд ли она знает о наших отношениях, но отчего-то сам факт ее присутствия воспринимался мной как кощунство, заставляя чувствовать непонятную вину, и это сильно раздражало. Умом я понимал, что фаворитка Берди вряд ли является угрозой, у них сейчас иная цель – заманить Льяру в свои сети, добиться согласия на помолвку. Подозреваю, что нейтральный источник здесь играет не последнюю роль.
Любимая шла впереди с принцем Файбардским, а я дышал им в затылок и снова не мог прикоснуться.
Не мог скомпрометировать своим вниманием.
Не мог ослушаться императорского приказа.
За стол меня ожидаемо не пригласили. Да и не больно-то хотелось. Я едва сдерживался, чтобы не перевернуть его. Заорать, разрываясь в обороте, ломающем все наложенные ограничители. Разорвать молокососу глотку за то, что тот посмел допустить хоть одну грязную мысль о моей девочке. Унести ее отсюда, избавив от этой пытки.
Льяра старалась держать лицо, но ее волнение с головой выдавало отсутствие аппетита, нехарактерное для оборотника. Я видел, как она изредка бросает на меня взгляды, но страшился столкнуться с бездонной бирюзой, в которой уже успел заметить немую мольбу о спасении. Я не был уверен, что готов к такому испытанию. Желание заявить: никакой помолвки не будет, потому что я так сказал, все крепло и боролось с клятвой верности.
Лорд Сатем проверил подарок, и Галэн снова оказался непозволительно близко от Льяры, а я ничего не мог поделать, хоть и видел, как ей это не нравится. Потерпи, моя хорошая, я найду какой-нибудь способ. Обязательно что-нибудь придумаю. Мы переживем это, и я все объясню, потерпи только еще немножко. Уговаривал я не то ее, не то себя самого, не смея потянуться к ней даже эмпатией. Боясь, что стоит лишь коснуться ее сознания, и меня уже ничего не остановит от кровавой расправы.
Сжал зубы, татуировка явно не справлялась. Хорошо, если глаза еще не волчьи. Сосредоточенно уставился в стену напротив и, погрузившись в себя, впервые за долгое время принялся уговаривать зверя.
– Убьем Галэна, и дело с концом, – вкрадчиво предложило черное чудовище с торчащими из пасти клыками, и я был близок, чтобы согласиться.
Стоп! Не волк. Сразу раал’гар, значит, мои дела плохи.
– Нельзя! Уймись немедленно!
– Но ты ведь желаешь этого сам. Льяра на… твоя, и только твоя. Зря ты не воспользовался моментом, когда была такая возможность. Они не посмели бы оспорить твое право.
– О каком праве ты мелешь? Знай свое место, или будем говорить по-другому!
– Снова запрешь меня в клетку? – мне показалось, или морда зверя исказила усмешка? – Она лишь иллюзия. Ты – это я, а я и есть ты. Вердерион, ты смотришься в зеркало. Раз чувствуешь себя чудовищем, значит, тебе этого хочется. Попробуй стать свободным. Сбрось оковы хоть раз. Не пытайся бороться.
Я вдруг вспомнил, как напал на Оэльрио в коридоре.
– Нет! Я – не ты. В отличие от тебя, я знаю, что такое долг и честь!
– И много чести подвергать ее этому унижению? Она нужна нам как воздух. Льяра – наше спасение! Твое спасение!
Я не нашел что ответить, но тут меня словно выбросило в реальность. Я был шокирован. Никогда раньше не слышал, чтобы оборотники беседовали со своей ипостасью. Может, я схожу с ума? Надо бы с врачевателем хорошим посоветоваться.
Пока справлялся с шоком, Галэну вздумалось выйти. Подозреваю, подразумевалось, что взгляд странных, ненормально-фиолетовых глаз, которым он меня окинул, заставит меня как минимум расплакаться. Я едва не прыснул и крепче сжал за спиной руки, чтобы не сломать ему нос. Заставил себя не реагировать на провокацию мальчишки.
Когда король завел речь о невинности, я, мягко говоря, удивился и порадовался отсутствию принца. А следом накрыло возмущение. Да как они смеют?! Кто же так делает?! Следом мелькнула крамольная мысль: зверь в чем-то прав. И в этот момент Амелия куда-то повела любимую, а та, что странно, не подумала противиться.
Нет уж, не выйдет! Я бесцеремонно направился следом. Вот и возможность. Задам главный вопрос и пойму, как действовать дальше. В голове уже рождался план, еще бы как-то избавиться от Амелии.
– Убьем? – внес предложение раал’гар.
– Заткнись!
И что это он разговорился?
Я тряхнул головой и заставил себя отвести взгляд от Амелии, с ужасом понимая, что уже примеряюсь, как лучше свернуть ей шею. Откуда столько кровожадности? Как ни странно, жжение под татуировкой чуть стихло. Зверь отступил или просто затаился и ждет, когда я расслаблюсь?
Мы подошли к дверям кабинета, и я было сунулся следом за Льярой, но на грудь легла рука:
– Вердерион, ты же не пойдешь следом? – проворковала бывшая любовь всей моей жизни.
Льяра вышла через минуту, и от нее веяло какой-то безысходностью. Она не ответила на заданный мной вопрос. Прошла мимо, будто не заметила.
Но… Почему я не пошел?
Что-то было не так. Догадка крутилась где-то близко, но я никак не мог ее поймать. Я явно что-то упустил из виду, согласие Льяры на брак с Галэном совсем выбило из колеи, и теперь ныло сердце, каждый вдох отдавался тупой болью.
Верд Аллакири, ты идиот! Вместо того чтобы спросить, что же случилось, ты ляпнул первое, что не давало покоя. Обидел ее, как будто остального было мало!
С такими тяжелыми мыслями я вернулся к себе, машинально раздевшись, лег в кровать и мгновенно провалился в спасительную бездну.

Глава 11

Льяра  
Проснулась около полудня с чувством дикого голода и головной болью.
– Льяра, как ты? – осторожно поинтересовалась Кэс.
– Нормально, – соврала и, поморщившись, села на кровати.
Уложенные вчера волосы превратились в паклю, и я машинально потрогала абы как торчащие спутанные пряди. Остатки косметики доставляли дискомфорт, а зубы просто умоляли, чтобы их почистили. Все это было хорошим стимулом, чтобы подняться с постели и привести себя в порядок.
Подошла Тилья и осторожно присела рядом:
– Утром Верд Аллакири заглядывал, но увидел, что ты спишь, и передал это, – она протянула белую лаковую шкатулку, перевязанную синей ленточкой, под которую была подсунута записка.

Прости меня, пожалуйста. 

Внутри обнаружился амулет вызова.
Не сейчас. Я закрыла коробочку и убрала в шкаф.
– Есть хочешь? Мы взяли тебе рагу с говядиной. Давай разогрею?
Кивнула. Если после еды голова не пройдет, попрошу Тилью помочь.
Чувство голода побороло даже желание вымыться, организм оборотника взял свое, и я глотала пищу, толком не разжевывая и почти не чувствуя вкуса. Поблагодарив подруг, пошла в ванную, и там меня ожидаемо накрыло. Посильнее включив воду, отпустила на волю рыдания. Плакала взахлеб, желая выплеснуть весь ужас, который пережила, очиститься от унижения, которому подверглась. Смыть всю обиду на Верда и на папу.
После слез пришло опустошение, но все же стало немного легче.
Завернувшись в пушистое белое полотенце, вышла, ни на кого не глядя. Интересно, слышали? Конечно, слышали. Меня невозможно было не услышать.
В тягостном молчании приблизилась к столу, приметив, что на нем лежат кольцо и ожерелье. Ну и хорошо, нельзя разбрасываться подобными вещами, еще ведь придется вернуть. Камни редкой красоты и огранки не вызывали чувства радости. Я и раньше не особо интересовалась украшениями, а теперь, пожалуй, вообще стану шарахаться от каждого подарка.
Кэс взяла меня за руку и усадила за стол, придвинула чашку с травяным успокаивающим чаем. Я машинально разобрала запах на составляющие, определила компоненты, их истинные названия, классификацию. Вспомнила, где произрастают и каковы основные свойства. Поняла, что не зря столько готовилась и сегодня могу себе позволить отдохнуть. Эта мысль еще немного подняла настроение.
– Льяра, расскажи нам, – попросила Тилья, осторожно погладив мне пальцы.
Слова будто сами потоком полились наружу. Слез больше не было, я говорила ровно и спокойно, удивляясь себе – как так выходит? Но главное, что по мере повествования в груди поднималась злость, вытесняя страх и прочие чувства.
Когда закончила, воцарилось молчание.
– Может, стоит рассказать все Верду или хотя бы Райду? – предложила Кэс.
– Или обоим? – добавила Тилья. – Самим нам точно не справиться.
– Верду не надо. По крайней мере, не сейчас, – не знаю, что больше останавливало от этого шага – обида или же страх за любимого.
– Вот бы как-то выкрасть эти фотографии, – Тилья даже раскраснелась от негодования.
Я усмехнулась.
– У Галэна есть древнее устройство, которое может их делать. Я знаю, как оно выглядит, отец как-то показывал. Боюсь, что нужно начать с него, но где принц его хранит, мы не знаем. Да и вариантов слишком много. Собственный дворец в Файбарде, поместье в Эрессолде, и комната здесь – это только те, о которых известно. Так просто туда не пробраться. Нужно придумать что-то еще. Может, как-то его скомпрометировать? Узнать о Галэне что-то эдакое. Такое, чем его действительно можно будет пронять.
Девчонки дружно закивали, соглашаясь.
– Может, все же расскажешь все Вердериону? Уверена, он найдет способ решить эту проблему, – снова предложила Кассандра.
– Боюсь, если я скажу Верду, он просто свернет принцу шею и у него будут неприятности. Видели бы вы его вчера. Он так сильно и неожиданно разозлился, как будто у меня и правда был выбор. Если бы я рассказала о произошедшем, то Галэн меня бы сумасшедшей выставил. Я слишком испугалась, чтобы соображать, да и из-за этой дряни и правда была не в себе, – я поддела пальцем проклятое ожерелье.
Внезапно лежащее рядом кольцо завибрировало.
– Это еще и амулет вызова! На что Галэн рассчитывает?
Отвечать я не стала, лишь убрала драгоценности в шкаф, предварительно завернув в платок.
День решили провести бездельничая, ибо от учебы уже хотелось на стену лезть. Снаружи снова зарядил мелкий дождик, настроение было вяло-сонным. Валяясь на кроватях, попытались придумать какой-то выход из сложившейся ситуации, но пока ничего не приходило в голову, кроме безумной идеи обыскать его комнату здесь, в академии. Вдруг там удастся что-то обнаружить.
– Я смогу открыть дверь, вот только нет ли там каких-то его штучек?
– Уверена, если и есть, то, скорее всего, они среагируют на магию. Идея! – меня внезапно осенило. – Я надену это ожерелье и стану все равно что обычный человек. Хоть какой-то от него прок будет, пусть послужит правому делу.
– А вдруг не сработает? – испугалась Кэс. – Вдруг у него там что-нибудь убойное?
– Отец дал мне защитный артефакт, попробую взять и его. Только вот не знаю, получится ли использовать их одновременно. С другой стороны, ничто не мешает попробовать заранее. Еще бы узнать точно, когда Галэна там наверняка не будет.
– Мне уже передали приглашение на вечеринку, – Тилья даже подскочила. – Галэн устраивает ее завтра ночью, чтобы отпраздновать сдачу экзаменов.
– Прекрасно! – я обрадовалась. – Значит, не придется долго ждать, а сегодня можно все продумать как следует.
Остаток дня мы провели в комнате. В столовую я не ходила, опасаясь встречи с Галэном. Спать снова легли пораньше, а около полуночи кто-то постучался в двери, и это точно не были наши ребята. Нормальные гости как-то бы обозначились, а потому мы не открыли, но стало жутковато.
Наутро наступил день экзамена, мысли о котором сумели вытеснить все прочие. Вместо обычной формы натянула форму для оборота и рискнула отправиться с остальными на завтрак. Хмурые и сосредоточенные парни размеренно жевали яичницу, закусывая бутербродами с ветчиной, только Кэсси, не изменяя себе, балагурил и пытался всех растормошить. Ребята в ответ его только вяло посылали, и он постепенно переключился на меня:
– Льяра, не стыдно прохлаждаться, пока мы тут в поте лица трудимся?
– Кэсси, тебе-то какая разница? – Да уж! Ничего себе, прохлаждаюсь!
– А я переживаю. Вдруг нас с тобой поставят в одну группу, а ты не готова? Провалимся из-за тебя.
Кэсси, конечно, шутил, но мне что-то было сейчас не слишком весело.
– Завидовать нехорошо. Но так и быть, в следующий раз пойдешь вместо меня, правда, придется переделать платье.
– Какое платье? – Сандр впал в ступор.
– Розовое, – вставила с серьезной миной Тилья. – Тебе пойдет, я уверена, – она убежденно кивнула.
Рассмешила нас не столько шуточная перепалка, сколько недоумевающее лицо парня, а может, просто выходило напряжение, но мы хохотали до слез, изредка выдавливая сквозь смех замечания по покрою гипотетического наряда для Сандра. Так, в приподнятом настроении, мы вышли из столовой, и тут случилось закономерное.
Я столкнулась с Галэном.
В первый момент меня обуял липкий ужас, даже ноги подкосились, и я на мгновение замерла, чтобы не упасть, а потом принц Файбардский бесцеремонно схватил меня за руку, рывком отводя в сторону
– Все в порядке, я разберусь, – я успокоила ребят.
Парни хотели вмешаться, но нельзя было допускать нового конфликта. Хотя втайне я все же надеялась, что они не уйдут слишком далеко. Девчонки прекрасно поняли мое состояние, а потому остались на месте, скрестив руки и неодобрительно наблюдая.
Повернулась к принцу:
– Что ты себе позволяешь?!
– Это что ты себе позволяешь?! Где кольцо? – он поднял мою руку, демонстрируя отсутствие оного на пальце. – Никогда не смей игнорировать мой вызов! Не смей снимать кольцо! Не смей запирать передо мной двери!
Ага, так вот кто приходил ночью. Отчего-то я и не сомневалась. В груди снова разгоралась ярость. Прости, дорогой, но я сегодня без ошейника, а значит, разговор будет проходить по-другому. Как хорошо и правильно, что я вчера весь вечер медитировала. Прав магистр Гофф – отлично успокаивает. Проблем, конечно, это не решило, зато эмоции сдерживать стало полегче. Глубоко вдохнув, рывком высвободила руку и постаралась говорить ровно, чувствуя, как зверь во мне сердится:
– Галэн, у меня через час экзамен. Тебе обязательно прямо сейчас портить мне настроение?
– Ты не поняла, киска. Теперь ты от меня зависишь, и у тебя будет то настроение, которое мне требуется. Пожалуй, зря я не довел вчера дело до конца, но сегодня мы это исправим. – Принц наклонился близко-близко: – Сегодня будь готова посетить мою вечеринку. Надень что-нибудь поэротичнее, а то вчерашнее меня не впечатлило.
Он взял мою руку и что-то в нее вложил, аккуратно зажав пальцы. Не нужно было смотреть, чтобы понять – это забытые мной в кабинете доктора трусики.
Так, Льяра. Вдох-выдох. Вспомним магистра Гоффа. Точка покоя.
Мерзавец просто хочет меня выбить из равновесия. Что бы он себе ни придумал, нельзя позволить ему сделать это на самом деле. Голос прозвучал спокойно и немного устало:
– Галэн, обязательно нужно меня унизить? Думаешь, сломав, получишь верную союзницу? Или тебе действительно нужен рядом враг, который спит в твоей постели, но ненавидит?
– В моей постели? – принц искренне удивился. – С чего ты возомнила, что я буду терпеть тебя рядом? Нет, я подготовил иное место, но, если будешь стараться, разрешу спать на коврике за дверью.
– Жаль, лорд Сатем не слышит, какую участь ты уготовил его дочери.
– Лорду Ярранту будешь рассказывать, что у тебя все прекрасно и какой у тебя хороший муж, если, конечно, тебе хоть чуточку жаль своих любовников.
– Нам не о чем разговаривать, – попыталась уйти, но принц снова меня задержал.
– Не так быстро, киска. Для начала ты поднимешь свои мягкие лапки и сама меня поцелуешь, пока твои никчемные друзья пялятся. Нежно-нежно. Чтобы даже я поверил.
Говоря все это, принц мило улыбался, и по выражению его лица можно было подумать, что мы тут и правда воркуем.
– Не дождешься! Галэн, не думай, что тебе удалось меня запугать. Только тронь, и я превращу твою оставшуюся короткую жизнь в кошмар! – я не говорила, рычала. – И не думай, что мне про тебя ничего не известно, – сделав многозначительное лицо, я развернулась и пошла прочь. Это, конечно, все бравада, но пусть и он помучается.
– Льяра, что ему было нужно? – подскочили девчонки.
– Что он тебе дал? – внимательный взгляд Кэсси уперся в мой сжатый кулак.
– Ничего нового, – обнаружила, что все еще комкаю в кулаке часть своего гардероба, и быстро сунула в карман. – Не думайте пока о Галэне, давайте лучше пойдем на экзамен.
По дороге мы все же свернули в туалет, где шепотом и недомолвками я поделилась с подружками сутью разговора.
– Каков подонок! – возмущению девочек не было предела.
– Знаете, – начала я, озвучивая смутную догадку. – Мне кажется, на деле Галэн не собирается на мне жениться. Весь этот фарс для чего-то ему нужен, но для чего?

Глава 12

Льяра  
Что бы ни происходило, а настало время экзамена. Мы сгрудились у края тренировочного поля, того, что располагалось неподалеку от защитного периметра. Перед нами собралась группа преподавателей факультета друидов, среди них и кураторы всех трех специализаций, в том числе наша Роксана Аркенч.
Меня, как и прочих, охватило волнение, которое я все утро старательно пыталась задавить в зародыше. В голове роились вопросы и мучили сомнения в собственных силах. Стоило чуточку расслабиться, и тут же начинало казаться, что я ничего не помню и не знаю. Я слушала вступительные речи, но никак не могла на них сосредоточиться, то и дело сбиваясь на свои мысли, но все же собралась, когда дело дошло до сути.
– Сейчас мы разобьем вас на группы: один врачеватель, один-два природника и два оборотника – как-то вас в этом году много, – слово снова взял Аматиус Ланмэ, декан нашего факультета.
Со стороны природников, среди которых традиционно было много девушек, раздался коллективный восторженный вздох, адресованный говорящему. Декан, приятный мужчина мужественной наружности, которому едва стукнуло тридцать пять, справедливый и не по годам мудрый, заслуженно пользовался успехом. По нему сохла половина старшекурсниц, и ряды поклонниц все время пополнялись. Но вздыхать приходилось издалека, так как Ланмэ был примерным семьянином, успел обзавестись тремя детьми, а о его верности жене слагали легенды. Сам сильный природник, он вел несколько предметов на последних курсах, а потому мы очень редко имели счастье его лицезреть.
– Экзамен разбит на два этапа и охватывает весь пройденный вами за семестр теоретический и практический материал, – продолжал Ланмэ. – На каждый отводится по двадцать минут. Если заканчиваете раньше, оставшееся время добавляется к следующему этапу. Есть смысл поторопиться и сэкономить лишние минуты.
– Это хорошо, – откомментировал тихонько Кэсси. – Если не тормозить, кубок укротителя Чащи пятой степени будет наш.
– Чей «наш»? – усмехнулась я.
– А, неважно! – махнул он рукой, и мы продолжили слушать декана.
– Задания внутри этапа делятся на две категории: основные и дополнительные. Для успешной сдачи экзамена достаточно выполнить только первые. Но, сами понимаете, победы в соревнованиях за кубок укротителя Чащи вам это не принесет. На деле нет ничего сложного. Первый семестр – самый короткий и простой, а вот на каждом следующем экзамене будут проверяться знания всех предыдущих семестров, вот там-то придется попотеть, а сейчас у вас, по сути, так – разминка.
– Да уж… – уныло протянул Кэсси над ухом. – Прямо раз плюнуть.
– Первый этап – тест по теории. Второй этап – практические задания в Чаще, участок которой отгорожен защитным барьером и заранее подготовлен для испытаний. Больше баллов можно заработать, применяя нестандартные решения, смекалку и уникальные навыки. Все, конечно же, в рамках изученной программы, но знания сверх нее не останутся без поощрения. Подробный инструктаж на месте проведут экзаменационные кураторы, закрепленные за каждой группой. Они же будут следить за выполнением задания, отвечать на ваши вопросы и выставлять баллы. Кроме того, в связи с непростой ситуацией, возникшей из-за нападений культистов, каждую группу будет охранять воин-оборотник из всеми вами любимых, – декан коварно усмехнулся, – волков Верда.
Раздался восторженный гул. Радовались все без исключения. И парни, и девушки, но девушки, пожалуй, все же громче.
У меня защемило сердце. Уж очень захотелось обнять своего любимого воина-оборотника. Внутренний голос гаденько подсказал: «Тут два варианта – или обижаться, или обниматься». Я отодвинула эту мысль подальше, сейчас не время раскисать, впереди испытание. В конце концов, Верд подарил амулет вызова и извинился, теперь мне стоит принять решение, как быть дальше.
Декан продолжал:
– Баллы за каждое задание начисляются индивидуально, а их суммарное количество, заработанное каждым членом группы, будет рассматриваться в борьбе за кубок. Имена победителей будут красоваться в Уголке почета и гордости академии в течение всего семестра.
Все просто, но, похоже, не все всё поняли. Ровный строй превратился в толпу, посыпались вопросы. Толпа загудела и подалась вперед. Преподаватели прикрикнули, призывая к порядку, и наконец принялись формировать группы, как и обещали, намеренно разделяя тех, кто привык все делать вместе.
По мере того как выкрикивались имена, кто-то то и дело протискивался мимо и вставал рядом с указанным оборотником в форме волчьих теней. Бравые парни, источающие особый шарм силы и опасности, в ответ на восторженные прямые или украдкой брошенные взгляды смотрели с легкой усмешкой. Чувствую, немало девичьих сердец сегодня будет разбито.
– Льяра Яррант, Мориа Валкис, Торрен Моссаррэ, Фратем Скай.
Настала и моя очередь. Я, втайне радуясь, что попала в одну с Мориа группу, направилась к нашему «волку», который показался смутно знакомым. Похоже, мы и правда случайно встречались, так как кареглазый воин неожиданно подмигнул. Вид его боевого облачения вернул меня в ту волшебную ночь, когда бабочки напророчили нам с Вердом любовь.
Меня почти сразу нагнала наша ворона, а с противоположного конца приближались два парня – природник и врачеватель. Мы все друг друга знали в лицо по совместным занятиям, но кто есть кто, я толком не помнила.
– Ты их хорошо знаешь? – шепнула Мориа, срывая вопрос с языка.
Я мотнула головой.
– А ты?
– Природник – тот, который повыше. А хорошо, что нас вместе поставили, я рада, – Валкис улыбнулась.
Кивнула, соглашаясь. Хоть мы и не были особо дружны, но с тех пор как Мориа сблизилась с Асланом, с ней стало приятнее общаться. Кроме всего прочего, ворона хорошо училась, и ее необычная ипостась могла дать нашей группе большие преимущества в борьбе за кубок.
Подошедшие парни кивнули, здороваясь:
– Эй, ты же та самая Льяра – дочка Теневого мага? – спросил низенький, коренастый, на удивление подвижный врачеватель. Его длинная каштановая челка, зачесанная набок, смешно дергалась вслед за активными движениями головы.
Вопрос был излишним, все знали, кто я такая, а потому мне не понравился:
– Нет, это какая-то другая Льяра, а что? – ответила, вызвав секундное замешательство. Видимо, он ожидал иной реакции. Наконец парень прыснул:
– Да так. Интересно, чего такого в принце Файбардском, кроме того, что он принц, из-за чего на него все вешаются? Неужели девчонок интересует только состояние?
Решила не отвечать, но за меня вступилась Мориа:
– А ты о династических браках никогда не слышал, нет?
Тут неожиданно, ни в Чащу ни в периметр, выдал природник:
– О! А я видел тебя на вечеринке у Галэна. Ты целовалась с Вердом Аллакири, а потом вы вместе исчезли, – он многозначительно усмехнулся. – Галэн был зол, просто рвал и метал.
Вот это номер! А я уже надеялась, что все забыли об этом инциденте, ведь, как ни странно, обошлось без сплетен. Заслышав имя командира, на нас с интересом покосился воин-оборотник, я не выдержала:
– Слушай, какая тебе разница, с кем я целуюсь? Мы тут вроде экзамен сдавать собрались, а не обсуждать мою личную жизнь. Лучше повтори материал, все пользы будет больше!
Выдав гневную тираду, невольно покосилась на нашего охранника, а тот уже улыбался вовсю, и я смутилась. К счастью, подошел куратор, и настала пора экзамена. В желудке сразу противно засосало от накатившей паники, пришла мысль: «Я ничего не помню!»
– Номер группы – семь. Следуйте за мной, – преподаватель, мужчина средних лет, одетый в традиционный балахон природников, не останавливаясь, махнул, чтобы мы следовали за ним.
У непрозрачной мутной стены, отгораживающей территорию академии, я ощутила мощный магический фон. В землю на приличном расстоянии друг от друга были воткнуты таблички с номерами выходов. Мы добрались до своей.
– Счастливое число, – радостно улыбаясь, констатировал болтливый врачеватель, щелкнув по ней пальцами.
Первым за периметр вышел оборотник. Затем все мы, и замыкал наш маленький отряд преподаватель. Как только оказались в Чаще, куратор раздал планшеты с заданиями. Мы разместились прямо на стволе поваленного дерева, предварительно осмотрев его на предмет опасных флоры и фауны. Одобрительно кивнув, природник скомандовал:
– Время пошло!
Щелкнул таймер, и мы приступили к тесту.
В основной части было тридцать вопросов. За каждый давалось полбалла. Отвечала я быстро, вопреки всем сомнениям, нужные определения и формулы так и прыгали на ум сами. Справившись меньше чем за половину отведенного времени, взялась за дополнительные. Эти были посложнее. Всего двадцать, но сплошной факультатив. Эти задания требовали смекалки или хорошо развитой логики. Вот когда я порадовалась, что не ленилась посещать дополнительные предметы. И все же ответы на семь вопросов из двадцати пришлось поставить наугад.
Итак, по моим подсчетам, если я ответила правильно на основные вопросы – это пятнадцать баллов, – достаточно для четверки. Все, что выше, – уже пятерка за теорию. Вздохнув, подняла глаза. Мориа тут же радостно вскинулась.
– Я – все.
– И я, – отозвался долговязый природник, и мы вопросительно уставились на врачевателя. – Моссаррэ?
Я мысленно сделала для себя отметку, кого как зовут.
– Сейчас, еще немного… – тот сосредоточенно хмурился. – Два вопроса осталось.
– Практика важнее, оставь.
Мы сдали планшеты с результатами, и куратор, объявив, что на следующий этап переходит четыре минуты, повел нас дальше. Впереди была организована полоса препятствий, приближенная к реальным условиям.
– Что это? – Мориа брезгливо указала на бурлящую грязевую лужу.
– Это вы должны сами определить, – усмехнулся куратор. – Слушайте вводную. Все просто. На том конце испытательного полигона находится раненое животное. Повреждения настоящие. Требуется за заданное время совместными усилиями добраться до него и оказать помощь.
– Звучит легко! – снова расплылся в улыбке врачеватель.
– Предупреждая вопросы, оговорим условия и ограничения, – продолжил друид-куратор. – Для достижения цели можно применять все ваши знания и способности по управлению энергией. Нельзя выходить за пределы полосы, она с обеих сторон визуально ограничена зарослями крыжовника, как вы видите. Попросту – в кусты не лезть! Нельзя причинять вред животному. Если поранитесь, можно пользоваться услугами врачевателя, но помните, что ваших сил должно хватить на то, чтобы помочь животному. Все понятно? Время пошло!
Снова щелкнул таймер.
– Что будем делать?
– Для начала разведка, – улыбнулась я. – Мориа, ты как?
Вместо ответа большая черная ворона, громко каркнув, взмыла вверх, и, стараясь не залетать за пределы кустарника, полетела вперед.
– Ух! – восхитился врачеватель. – Хотел бы я поближе познакомиться с этой крошкой!
– Опоздал, тебя опередил очередной принц, – я не сдержала мстительных ноток в голосе.
Скай, рассмеявшись, хлопнул Моссаррэ по спине.
Тем временем, сделав несколько кругов, Мориа вернулась.
– Жижа эта бурлит, подозреваю сюрпризы, лучше просто так не соваться. Дальше полянка какая-то. С виду все мирно, но, уверена, там тоже кроется подвох, инстинкты так и кричат: опасность! Потом обычный лес тянется метров на пятнадцать. Мрачный, но никакой угрозы не почувствовала, а потом на ветках и стволах бурый мох появляется, и его все больше. Насколько помню, к нему лучше не прикасаться, там живут опасные водоросли и бактерии, да и соседство может быть неприятное. Я понизу попробовала пролететь, но дальше настоящий тупик из папоротников и плюща. А садиться и оборачиваться в одиночку не рискнула.
– И правильно сделала, – кивнул природник.
– Нужно приступать, время идет, – поторопила я и первой подошла к бурлящей яме.
Присев на корточки, присмотрелась.
Отвратительная даже на вид серо-коричневая маслянистая грязь то и дело вспенивалась огромными пузырями, каждый из которых лопался с характерным щелчком, выдавая порцию мелких брызг и вони. Запах какой-то странный, но невыносимым его нельзя было назвать.
– А ты тоже так можешь? – беззлобно поинтересовался подошедший врачеватель, указывая на Мориа. – Или в запасе что попроще, типа него? – подвижная голова качнулась в сторону нашего бесстрастного охранника.
– Увидишь, когда придет время.
– Тут, кстати, байки ходят про ирбиса, – Торрен повернулся к упавшему на пузо природнику, – но не поверю, пока не увижу своими глазами. Скай, ты слыхал?
– Ты заткнешься, наконец? – рявкнул тот и принялся тщательно принюхиваться.
Сложность заключалась в том, что вот такая угрожающая на вид гадость могла быть вполне безобидной, а могла служить приютом для болезнетворных бактерий, различных пиявок, червей или еще чего похуже. Причем пойми еще, что хуже? То, что выскакивает и отгрызает тебе ногу, или то, что проникает незаметно в ткани, а последствия ты обнаруживаешь через неделю? Выбор сомнительный. Размышления навели на мысль, а не подарить ли подобный подарочек другу Галэну? Помереть не помрет, но вот весь спектр кошмарных ощущений испытает.
– Отойдите-ка! – подняла с земли увесистую палку и, размахнувшись, кинула на середину мерзкой лывы.
С громким плеском та ударилась о густую субстанцию, и из булькающей жижи вверх тут же взметнулись больше десятка гигантских отростков, похожих на пиявок или червей. Остальные брезгливо отскочили еще дальше. Меня передернуло. Нет, мы, конечно, об этом читали, но видеть подобную дрянь своими глазами…
– Отлично!
Кажется, кто-то сошел с ума? Я проводила взглядом радостного природника, который, оправившись от первого шока, поспешил обратно.
– Это же тонгомерус тирпес! Он так питается.
– М-да, многое объясняет, – буркнула себе под нос Мориа.
Пожалуй, я была с ней согласна. Мы не так подробно изучали всех тварей, как природники, да и когда бы успели за один первый триместр?
– Спокойно, и ног не намочим! – он с энтузиазмом принялся за дело. – А-а! А вот по краю я бы не советовал, – кинул он через плечо Моссаррэ, который к этому самому краю задумчиво присматривался. – Там кой-чего похуже может быть.
Мы с интересом наблюдали, как, повинуясь приказам мага, гибкие тела сближаются, перекручиваясь и сплетаясь в блестящий черный мостик, ведущий на другую сторону.
– Прошу, – довольный собой парень согнулся в шутливом поклоне и приглашающим жестом указал на дело рук своих.
Мориа, сглотнув, помотала головой.
– Нет уж, я своим ходом. Простите, – вспорхнув вороной, она перелетела на другую сторону.
Со вздохом я поставила ногу на край и возмутилась:
– Скользко!
– Ой! Ну все вам не так! – похоже, природника расстроило наше недоверие, и он, отодвинув меня с дороги, первым перебежал на другую сторону. – Советую поторопиться.
Выдохнув, преодолела препятствие и с облегчением ступила на твердую землю. Врачеватель шел куда медленнее, балансируя руками и не забывая на чем свет костерить инициатора этой нездоровой идеи. Как только он сошел с моста, тот снова распался на отдельных особей, каждая около метра длиной, покрытых черной скользкой кожей и увенчанных круглой многозубой пастью. Две из них метнулись следом, едва не куснув будущего целителя за пятую точку.
– Полегче, Повелитель пиявок! А подождать?
– У меня что, ресурс бесконечный? Да и время тикает, – не остался в долгу наш природник.
А я смотрела на милую полянку, усыпанную белыми шарообразными цветочками, и понимала, что-то здесь не так.
– Стой! – дернула я за рукав Ская, потянувшегося было к ближайшему.
Мысли путались, хотелось лечь и полежать. Я с трудом осознала, что уже стою на коленях, а Мориа устраивается рядом, сворачиваясь калачиком. Тряхнула головой, скидывая липкую дурманящую мысль о том, как хорошо забыть обо всем и просто отдохнуть. Как там его? Имя ускользало, но я заставила себя сконцентрироваться.
– Моссаррэ… Торрен! – врачеватель смотрел куда-то сквозь меня и блаженно улыбался. Заставила себя встать на ноги и, от души размахнувшись, влепила ему оплеуху, затем еще одну. И еще. На губе показалась кровь. Упс! Третья, пожалуй, была лишняя.
– Сдурела?!
Я почти повисла на парне, держа его за грудки.
– Чисти нас! Скорее! Мозги промой.
– В смысле?
– Соображай быстрее! Откуда мне знать, как правильно? Сними глюки, а то пауки сожрут раньше, чем куратор подоспеет!
– Что?! – он покосился на полянку. – Бесы дери! Это же яйца!
– Ага, кладка сонников. Не помню, как там их по-научному, мозги пу… путаются.
Развернувшись, посмотрела на природника, впавшего в прострацию. Парень, вперившись в неведомые дали, раскачивался на месте, плотно прижав руки к тощему телу, и у меня возникла стойкая ассоциация с теми тварями, которые обитали в луже. Я дернула его обратно, когда он опасно накренился вперед, а из болотца позади тут же взметнулись несколько этих самых тонго… тьфу! Жутких пиявок. Ого, похоже, мы между двух огней!
– Давай с него начни, а то ни туда ни сюда, а я попробую с хозяйкой кладки договориться, – я не сдержала широкий зевок и, кажется, чуть не потеряла мысль.
Посерьезневший врачеватель понятливо кивнул, покосившись на огромную паучиху с волка размером, сплошь покрытую длинными волосками. Себя он уже, похоже, привел в порядок.
– А ну постой! – меня встряхнули, а затем широкие ладони легли на виски, и мир разом стал ярче.
Открыв рот, шумно вдохнула воздух, даже зубы заломило.
– Не пожалел силушки. Спасибо!
Взбодренная, повернулась к медленно приближающейся паучихе, окруженной свитой разнокалиберных собратьев, и отпустила эмпатию, отдавая мысленный приказ. Усилия не принесли ровно никакого результата, существо из ночного кошмара продолжало перебирать ногами. Я попробовала снова и снова, но без толку.
Вдруг у моих ног завизжала Мориа. Панически засучила ногами, скидывая мелких паучков, подскочила, попятившись, споткнулась и полетела прямо в бурлящую лыву. Мы повернулись к ней, понимая, что не успеваем. Природник только вскинул руки, ускоряя жестом передачу импульса энергии. Видимо, собирался снова подчинить странных обитателей болотца, но это не понадобилось. Раскинутые руки превратились в крылья. Каркнув, черная ворона чиркнула пером по поверхности и, сделав пируэт, увернулась от хищных пастей.
– Повелитель пиявок! Скай, бесы тебя дери! – в голосе Моссаррэ прорезались панические нотки.
Природник обернулся и, на ходу перестроившись, направил заготовленный импульс на пауков. Мы с Торреном скакали на месте, скидывая с себя мелких тварей, добравшихся первыми. Паучиха на миг затормозила, но потом снова двинулась вперед.
Кажется, пора паниковать!
Нет! Нет! Нет! Неужели придется принимать ипостась и драться с ней? Зверь, конечно, не такой брезгливый и менее разборчив, но…
Я не могу! Не желаю к ней прикасаться! Ненавижу пауков!
И все же Фратему удалось.
– Готово! Идемте быстрее, – только дыхание задержите и ментальный щит на уровень плотнее нужен, от наведенных воздействий. Тут кладка, да и сами сонники осенью агрессивнее. Не люблю паукообразных. С ними всегда сложно взаимодействовать, – он невольно поежился.
Мы не заставили себя уговаривать и побежали через поляну, благо та была небольшой. Оставив кладку сонников позади, углубились в полосу леса. Тут и правда было мрачно, но вместе с тем как-то уютно. Наверное, потому, что безопасно. Интересно, это лишь иллюзия или и правда передышка перед последним испытанием? Рядом шумно опустилась Мориа, одновременно принимая нормальное обличье. Она молча обхватила себя руками и буркнула:
– Ненавижу пауков.
– Ты не оригинальна, – я прыснула.
– Детка, иди сюда, я помогу, – похоже, наш врачеватель снова пришел в благостное расположение духа.
– Побереги силы, они тебе еще понадобятся, – огрызнулась оборотница.
– Так, здесь поаккуратнее, ничего такого, просто старайтесь не задевать то, что свисает с веток, – предупредил природник, указывая на шматы мха, покрытого бурой плесенью. – Эта гадость вызывает мгновенные ожоги.
Я перевела взгляд на обильно увешанные этой дрянью ветки, с трудом оторвав глаза от сплошь укутанных ярко-зеленым одеялом стволов деревьев, которыми невольно залюбовалась. Дикая красота. Пусть Чаща и опасная, но в ней вполне можно выжить, обладая нужными знаниями. Из груди вырвался тоскливый вздох. Вспомнилось, как мы с Вердом носились по берегу моря и то манящее видение чудесной поляны, к которой я так стремилась. Вот бы там побывать вместе. Поняла, что скучаю по своему суровому воину и почти простила.
Неожиданно взгляд зацепился за что-то у корней могучего дерева, внимание привлек тусклый чужеродный отблеск. Я подошла ближе и пригляделась.
– Льяра, лучше ничего не трогай! – предупредил природник.
Не знаю зачем, но я все же наклонилась и подняла крупный, с пол-ладони, металлический символ. Кажется, серебряный, с виду напоминающий букву U, но с развернутыми сверху в стороны концами. Сунув находку в карман штанов, вернулась к остальным.
Впереди проход полностью закрывало плотное переплетение ветвей, снизу росли папоротники, а стволы и ветки были сплошь увиты плющом. Похоже, снова придется уповать на природника. Тот уже и сам понял.
– А может, силами поделитесь? Кто знает, что там еще впереди. Если опять пауки, то я не справлюсь.
– Постой, – положила руку на плечо врачевателю. – Давай лучше я.
– Я сделаю не хуже.
– Не в этом дело, – улыбнулась, одновременно оценивая потенциал обоих.
Да я ж легко их заряжу под завязку. Причем двоих сразу и еще для Мориа останется. Взяла Фратема за руку, и парень широко распахнул глаза, одарив удивленным взглядом.
– Себе-то оставила? – Торрен подозрительно сощурился.
– А ты проверь, – протянула и ему руку.
– Великая Мать! Сколько ты зараз можешь в зале медитаций взять, так, чтобы без энергетического отравления?
– Все, но мне кажется, что способна на большее.
– Ого! – в голосе промелькнули уважительные нотки. – Да с тобой опасно связываться. Чистой силой при желании в бараний рог согнешь. Никогда не пробовала в эмпатию загнать побольше и посмотреть, что получится?
– Загнать побольше не поможет, – с видом знатока вмешался природник. – Загонять тоже надо уметь, – он многозначительно поджал губы.
Я была с ним согласна, не сильно-то мне это помогло с паучихой.
– С таким потенциалом можно и ничего не умея действовать, – не унимался врачеватель. – Да ее хоть сейчас сажай на источник вместо ректора.
Я вздрогнула от этого замечания и недоуменно глянула на парня. Этот источник прямо из головы у всех не выходит! Нет, вот сегодня же пойду в библиотеку.
– Давай уже. Время идет, – поторопила я Ская.
– Почти готово, – он указал руками на заросли, которые будто ожили.
Ветки сами по себе расходились в стороны, плющ расплетался, отползал, и вот перед нами образовался проход. Времени осталось немного, стоит быть внимательнее. Я отпустила звериные чувства, ощущая, как мир изменился – теперь я смотрела глазами барса.
Впереди раскинулась еще одна поляна, здесь витал нездоровый дух страданий.
– Ну и где наш больной? – громко провозгласил Торрен.
Приняла ипостась и прыгнула, сбивая с траектории распластавшуюся в воздухе рысь, которая нацелилась на беспечного врачевателя. Мы кубарем покатились по траве. Изловчившись, отскочила в сторону и поднялась на ноги, осторожно отпуская эмпатию, настраиваясь на конкретное существо и отдавая приказ. На все ушло лишь мгновение. Так странно проделывать этот фокус в зверином обличье, совсем иные мысли и ощущения, но животное покорилось.
– Давай сюда! – приняв человеческий облик, махнула Моссаррэ.
Мы осмотрели нашего подопечного – это был самец рыси, – на боку у которого обнаружилась нехорошая рана.
– Срочно принесите мне того зеленого мха, который рос на опушке паучьей поляны леса, а еще я вроде где-то видел бадан. Все знают, как он выглядит?
Без вопросов мы бросились выполнять поручения, но меня остановил окрик:
– Льяра, останься, пожалуйста. Мне нужна твоя помощь. Рана серьезная, потребуется очень много энергии, чтобы с ней на месте разобраться. Боюсь, одному мне его в таких условиях не вытянуть. И еще надо бы найти чем завязать ему пасть. Я не смогу погрузить животное в глубокий сон, а если контроль от боли сорвется, он может нас задеть.
Со вздохом вынула из кармана нижнюю часть своего гардероба. Нет, ну не рвать же на себе форму? А надеяться на испачканные ядовитой плесенью стебли вьюнов не хотелось.
– Скажи хоть слово, и я сама тебя разорву! – предупредила я возможные шуточки.
– Молчу! – поднял руки вверх не ожидавший подобного поворота врачеватель. И все же, не удержавшись, шепнул: – Симпатичные.
Торрен наложил руки на рану, и от его ладоней полился желтоватый свет, невольно напомнив мне другой экзамен из прошлого. Я принялась за дело, одновременно удерживая контроль и осторожно подпитывая врачевателя.
– Вот! – это вернулась Мориа, а за ней и Скай.
– Разотрите в кашицу, – кинул через плечо Торрен, не прерывая своего занятия.
Было непросто. Дважды я теряла контроль над животным, и Мориа с Фратемом помогали по мере сил, успокаивая его эмпатией. А потом и вовсе объединили усилия, взяв на себя эту обязанность.
Мы уложились в указанное время. И даже получили дополнительные баллы за то, что вылечили рысь полностью, за подчинение «пиявок» и за грамотное распределение энергии. По ощущениям – неплохо справились. Теперь осталось дождаться результатов по теории, и думаю, сможем побороться за кубок.
На обратном пути я топала последней, не считая нашего охранника, который держался поодаль. Вытащив из кармана находку, принялась рассматривать. Какой-то символ, маленькие ушки явно предполагали возможность носить его на шее. Интересно, откуда она здесь?
На плечо легла чья-то рука, и я невольно вздрогнула.
– Леди Оэльрио, лучше отдайте это мне.
– С чего вдруг? – решила поспорить я, но брови «волка» приподнялись, говоря, что спорить бесполезно. – Хорошо, – нехотя протянула подвеску оборотнику. – Но хоть скажите, что это такое?
– Символ культистов. Видимо, при нападении обронили. Такие носят их вожди, погонщики всякие и прочие шишки. Чем дороже знак, тем выше место на иерархической лестнице. Мелкая шушера просто себя разрисовывает.
– Понятно. Забирайте, конечно. Теперь это мне точно не нужно.
Я нагнала остальных.
– А ты молодец, дочка советника. – Врачеватель дружески хлопнул меня по плечу. – Я думал, ты другая. Зазнайка и все такое. И ипостась у тебя просто шик, не врал народ.
Улыбнувшись, пожала плечами:
– Спасибо. Только так оно само получилось.
– Да это понятно. Слушай, – Торрен помялся, – ты это, не обижайся на меня за Галэна, ладно?
– Век бы его не видеть, – добавила, заслышав ненавистное имя.
– Неужели и правда ничего нельзя сделать с этой вашей женитьбой?
– Я постараюсь сделать все возможное.
– Эх, тяжело все-таки быть девчонкой, – парень глянул на меня с искренним сочувствием.

Глава 13

Льяра  
До библиотеки я так и не добралась, зато мы с девочками детально проработали план действий на вечер. К Галэну на вечеринку я идти не собиралась, пусть хоть треснет, хоть сожрет свои снимки. Кроме всего прочего, еще нужно было получить разрешение отца на практику, именно поэтому я битые двадцать минут собиралась с духом, гипнотизируя взглядом амулет. После жуткого ужина мы еще не разговаривали. Накануне он пытался, но я не ответила, а лорд Сатем, вопреки обыкновению, оставил меня в покое и не явился выяснять, что со мной такое случилось.
Глубоко вздохнув, загнала обиду поглубже и коснулась амулета. Отец ответил мгновенно:
– Элья, дочка, – в мысленном отклике я уловила искреннюю тревогу пополам с радостью. – Как ты? Все в порядке?
На миг закрыла глаза, борясь с желанием расплакаться.
– Папа, привет! Ты не занят? – и все равно беззаботно не получилось.
– Нет, я весь твой, малышка. Ты вчера не ответила на вызов. Я волновался.
Объяснять ничего не хочется, а потому вру:
– Я, наверное, спала.
– Да, Тилья так и сказала. Потому я не стал тебя беспокоить.
– Интересно, с каких пор вы общаетесь? – Я мельком глянула на подругу.
– Я волновался, почему было не воспользоваться возможностью?
Я вдруг поняла, как надоели мне все эти недомолвки и испорченные в одночасье отношения с человеком, который мне очень дорог. Я хотел вернуть своего прежнего отца.
– Папа, – усталый вздох сам вырвался из груди, – хочешь начистоту? Ты знаешь, что я не люблю Галэна. Более того, он мне неприятен, и я его боюсь.
– Дочка, робеть перед мужчиной нормальное чувство для юной девушки…
– Не перебивай, пожалуйста. Я не робею. Я его боюсь! Принц Файбардский мне отвратителен. Он никого не уважает, и меня в том числе. Он угрожает людям. В его… – помедлила, решая, стоит или не стоит? Стоит. – В его особняке происходит явно что-то незаконное. Я видела, как играют в карты. Уверена, там творятся вещи и похуже.
– Элья, ты была в особняке Галэна?!
– Да, папа. Я была в особняке Галэна. А ты думал, кроме учебы, я буду сиднем сидеть в своей комнате? Так вот, мне это надоело. Я хочу жить нормально! Развлекаться, выбираться в город, ходить на ярмарки и вечеринки, посещать театр или просто гулять с друзьями и ходить по магазинам.
– Оэльрио, мы с тобой тысячу раз это обсуждали. За пределами поместья и академии может быть опасно.
– Папа! По-настоящему опасно для меня находиться рядом с Галэном! Как ты не понимаешь?! Он ужасный человек! Принц Файбардский говорил мне жуткие вещи и запугивал. Неужели ваши службы не в курсе его делишек?
Меня обдало холодом, но отец тут же притушил свою неосознанную реакцию, которую я и уловила-то, только благодаря своей чуткой эмпатии.
– Кое-что нам, конечно, известно, – его тон стал осторожным. – Но это не более чем детские шалости, которые простительны для его положения.
– Детские шалости?! Папа, но Галэн давно не ребенок! – тут меня вдруг осенило, ведь у принца Файбардского много влиятельных друзей в Эрессолде. – Папа, может, принц просто платит кому-то из ваших, чтобы все так считали?
Снова молчание. На этот раз явно задумчивое. Ну а что? Шантаж – разве детская шалость?
– Он заставил меня дать согласие на помолвку, угрожая жизни людей! – Ну вот. Кажется, я и решилась. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, но остановиться уже не было возможности. Тем более что отец меня впервые за последнее время так внимательно слушает. – Папа, Галэн сделал фотографии, на которых я и мои друзья. Очень… странные, но там все не так, как кажется. Моя репутация… И… Они могут пострадать, если… Если ты все не так поймешь, – сумбурно получилось, но я выдохнула и заговорила спокойнее, пытаясь вложить всю силу убеждения, на которую была способна: – Папа, пожалуйста, услышь. Мне кажется, принц просто меня убьет. Неужели после всего, что узнал, ты и дальше будешь настаивать на воле императора? Неужели мое… Да что там счастье? Моя жизнь для тебя так мало значит?!
Все, больше терять нечего. Я почувствовала, как отец хмурится.
– Элья, дочка, я не думал, что все настолько серьезно. Я считал, что ты просто строптивая… Но то, что ты говоришь… Почему, бесы дери, ты не сделала этого сразу?!
– Пыталась! Но с тобой порой сложно. Думала, ты меня снова запрешь.
Слезы одна за другой потекли по щекам и закапали на подушку.
– Что именно я могу увидеть на тех фотографиях?
– Там Вердерион Аллакири и Райд Эллэ без ничего и… я рядом с ними. Так вышло потому, что я случайно заставила их обернуться.
– Заставила? – отец был крайне удивлен, но быстро собрался. – Хорошо, об этом мы поговорим позже. Я лично займусь этим делом, а тебе лучше пока пожить дома. Так безопаснее.
Началось!
– Папа, у меня же практика с завтрашнего дня. Мне бы не хотелось ее пропускать, но нужно твое согласие, – да уж, самый удачный момент, чтобы его попросить. И каковы шансы на успех, спрашивается? Но все же пытаюсь: – Я, между прочим, сегодня сдала экзамен. Результаты завтра, но подозреваю, что отлично. Мы и правда хорошо справились. Там был этот, как его… Тонгомерус тирпес и сонники!
Только бы отец не молчал, я даже затаила дыхание, слушая, как стучит сердце.
– Малышка, будь предельно осторожна и пока никому ничего не говори. С Галэном постарайся не встречаться. Если столкнешься случайно, веди себя как обычно. Ни в коем случае не угрожай, никуда с ним не ходи и, умоляю, держи при себе амулет вызова. Ты навела меня на одну мысль, и теперь кое-что предстало в ином свете.
– Папа, только не действуй в лоб, я боюсь, что кто-то может пострадать. Принц использует артефакты сияющих, о которых мы раньше и не слыхали даже. А еще… Сегодня Галэн снова устраивает вечеринку. Он потребовал, чтобы и я там была, но мне кажется, что может случиться что-то плохое, если я туда отправлюсь.
– Не беспокойся, к нему в гости нагрянет служба имперской безопасности. Я тебе верю, – пояснил лорд Сатем, – но, чтобы действовать официально, нужны доказательства. Кстати, где точно будет проходить вечеринка?
– Не знаю… Обычно есть проводник, который имеет коды доступа для портала.
– Хорошо, разберемся.
– Пап, так что насчет практики?
– Думаю, стажировка в императорском дворце тебя устроит, а ночевать будешь дома. Сегодня, правда, придется остаться в академии, но завтра я тебя заберу после практики.
Я вздохнула, ну хотя бы компромисс.
– Ладно, пап, спасибо, что поверил. – помедлила, прежде чем сказать привычные и важные слова: – Люблю тебя.
– И я тебя, малышка!
После разговора с отцом стало гораздо легче. Может, теперь и нет смысла вламываться в комнату Галэна? Но с другой стороны…
– Я все рассказала, – повернулась к подругам. – Зря я боялась, что отец узнает про те фото.
– Я же говорила, Галэн просчитался, – порадовалась Тилья. – Он просто думал тебя запугать. Решил, что после такого ты станешь бояться собственной тени.
– То есть теперь нам не стоит вламываться в его комнату? – уточнила Кассандра.
Я задумалась, было какое-то предчувствие.
– Думаю, стоит. Если он и правда замешан в темных делишках, то после проверки особняка, скорее всего, постарается избавиться от всех улик. И если в его комнате есть хоть что-то, что может помочь, нам лучше поторопиться. Ему ничего не стоит прыгнуть назад порталом, если он почует неладное.
На том и порешили.
– Пора! – Тилья, расположившись с книгой в холле нашего этажа, некоторое время следила за студентами. – Тусовщики массово сползаются к порталу, думаю, принца уже нет.
Мы с Кэс, напялив платья и немного подкрасившись, создали видимость, будто тоже собрались на вечеринку, это чтобы избежать вопросов, если кто-то увидит нас у принца под дверью. Тилья приготовилась дежурить снаружи, расположившись с книгой на подоконнике. Я не стала сразу надевать ожерелье-блокиратор. Не хотела оказаться беспомощной в случае, если Галэн окажется у себя, а вот амулет вызова надела. Правда, вряд ли смогу его активировать, пока на мне ожерелье, но это не беда. Один рывок, и я снова стану магом.
– Может, не стоит? – Кэс воровато озиралась, но в коридоре старшекурсников было на удивление пусто. Похоже, тут все без исключения празднуют успешное окончание семестра, что нам только на руку. – Страшно так.
Казалось, хрупкая природница прямо сейчас свалится в обморок.
Сердце колотилось, и его стук отдавался в висках, а ладошки вспотели. Я едва не согласилась с подругой. На нас смотрела широко открытыми глазами Тилья, и я могла поклясться, что она думает о том же. Да уж, на уровне планов все казалось проще, но что делать, если сейчас дверь откроется и внутри окажется Галэн? Я морально не готова к встрече с принцем.
Хотя и медлить было попросту опасно, уж лучше вообще тогда отказаться от этой затеи. Собравшись с духом, подняла руку и постучала. Сухой, напористый, неожиданно самоуверенный стук разнесся по всему коридору. Подавив трусоватый порыв убежать, усилием воли пригвоздила себя к месту. Плюнув на все опасения, отпустила эмпатию и проверила комнату. Надеюсь, воздействие такого рода останется незамеченным.
Хм. Действительно, внутри никого нет.
– Давай.
Кэс, глубоко вздохнула и закрыла глаза. В этот раз ей не потребовалось столько усилий. Она разобралась, как открыть магический запор без лишних затрат. Другими словами, она не выбила дверь, а использовала отмычку. В голову пришла картинка, как мы, словно три авантюристки, ловко грабим поместья. Тьфу! Кажется, я перечитала и приключенческих романов тоже.
– Тилья.
Мне на шею неприятной тяжестью опустились камни, и я невольно поморщилась, чувствуя, как разом закружилась голова и накатила дурнота. Возможно, эта предосторожность лишняя, но лучше перестраховаться. С тихим щелчком деревянная дверь открылась, и я, озираясь, вошла внутрь.
Сделав шаг через порог, остановилась. Осмотрела логово принца.
Да. Мало что изменилось с тех пор, как я имела несчастье тут побывать. По-прежнему жуткий бардак. Книги вперемешку с вещами на полу. Остатки пищи, пустые бутылки, расправленная смятая кровать. Все это тускло освещено единственным грибом-светильником, но и за это спасибо. Другого источника света у меня нет.
Вдруг поняла, что не знаю, с чего начать. Еще один шаг, и я, споткнувшись, едва не полетела на кучу какого-то тряпья. Интересно, Галэн вообще не пользуется шкафом? Зажмурилась, ожидая чего угодно, но, похоже, я зря так переживала и никаких ловушек тут нет. Вот только что искать?
Подошла к столу, перетрясла лежащие на нем книги в надежде, что между страницами могут быть спрятаны какие-то письма или снимки. И правда, обнаружила парочку записок. Пробежав глазами по содержимому, покраснела, пообещав себе при случае обязательно попробовать когда-нибудь подобное с Вердом, если вся эта история благополучно закончится.
Ну а что? Уж больно заманчиво описано.
Коробочку с артефактами трогать не стала – все равно не понимаю, есть ли там что-то незаконное, да и вообще не разбираюсь в них настолько, чтобы понять, что здесь и для чего. Пересмотрела книги на полу, порылась в грязном белье. В прямом смысле. Заглянула в шкаф. Там висели несколько комплектов формы – ну хоть где-то порядок. Проверила карманы и нашла какую-то металлическую коробочку.
Оно?
Я обрадовалась и помучилась, открывая тугой замок, но, к моему разочарованию, она оказалась пустой. Что там хранил Галэн, я так и не поняла, а потому засунула ее обратно в карман. Накатил новый приступ дурноты. Проклятое ожерелье делало меня больной. Даже мысли путались. Ощущение, что я плохо соображаю, будто семена тополя вместо мозгов. Рискнуть или нет? Я медлила, положив руки на застежку. Была не была. В конце концов, не думаю, что тут что-то может меня убить. Да и защитный браслет, который дал отец, поможет отразить удар.
И снова мне повезло, ничего вокруг ровным счетом не изменилось, когда сняла тяжелые камни с шеи и положила на кровать. А вот внутри сразу стало легче.
Кровать!
Может, как раз здесь принц Файбардский хранит свои секреты?
Я принялась перетрясать постель. Вряд ли принц заметит разницу в таком бардаке. Секреты я обнаружила сразу. Целая стопка листков с нарисованными на них неприличными картинками вспорхнули и разлетелись бабочками по комнате, когда я отшвырнула в сторону очередную подушку. Ой нет! Я бросилась их собирать. Каждый следующий приковывал мой взгляд, и я прямо физически чувствовала кончиками пылающих ушей, как расширяется мой кругозор. Это, конечно, непристойно, но не то, что я искала, и вряд ли сможет послужить для моих целей.
Несколько залетели за резное изголовье кровати, и я залезла на постель, силясь заглянуть в промежуток между ним и стеной. На глаза попалась цепочка, перекинутая через лепесток деревянного цветка. Интересно, что это может быть? Я осторожно потянула ее, и когда увидела свою находку целиком, меня даже жаром обдало.
– Спасибо тебе, Великая Мать!
А следом накатил холодный, липкий ужас. Пожалуй, я нашла даже больше, чем хотела. Трясущимися пальцами аккуратно вернула на место дорогущий, выполненный из голубого золота и инкрустированный дымчатыми бриллиантами U-образный символ, точно такой же, как тот, что я нашла в лесу. В голове так и крутились слова, сказанные воином Верда: чем дороже подвеска, тем выше шишка.
Если Галэн и правда как-то связан с культистами, то все серьезнее, чем я могла предположить, а значит, нужно скорее убираться отсюда и обо всем сообщить отцу. Отворила дверь дрожащими пальцами, в любой момент готовая столкнуться со злой ухмылкой, портящей холодную красоту принца Файбардского, но, к счастью, в коридоре меня ждали лишь напряженные до предела девчонки.
– Наконец-то! Мы уже хотели тебя поторопить, – Тилья буквально бегом потащила нас прочь из ветви. – Я некоторое время сидела в фойе – слыхала, что Галэн отменил вечеринку.
Примерно этого я и ожидала. Но теперь понимаю, отцу нужно было действовать незаметнее.
– Нашла что-нибудь? – шепотом спросила Кэс.
Я кивнула.
– Фотографии?
– Забудьте о них, там кое-что похуже. Давайте уйдем отсюда поскорей.
По пути снова вызвала отца, но он не ответил.
Заперев дверь в комнату, я без предисловий выпалила:
– Мне кажется, Галэн – культист! Один из главных культистов.
Кассандра, охнув, села на кровать, зажав рот руками.
– Ты точно не ошибаешься? Это весьма серьезное обвинение.
– Хотелось бы, но во время экзамена я случайно нашла их символ. Я и не знала раньше ни о каких символах, а сегодня вижу подобный уже во второй раз. И, судя по исполнению, его обладатель стоит высоко на иерархической лестнице.
– Тогда непонятно, зачем создавать проблемы на границе с Файбардом? – задумалась Тилья. – И зачем фанатикам нападать на академию? – она с растерянным видом присела на стул. – Принц же и сам из Файбарда…
Я пожала плечами.
– Кроме того, что там нейтральный источник, мне больше ничего не приходит в голову. Возможно, он не ладит с отцом и хочет заполучить собственный? Правда, использовать для этого фанатиков… Как по мне, глупо и опасно. И похоже, ему для этого и нужна я.
– Сообщи о находке отцу, – отозвалась Кассандра. – Он должен обо всем узнать как можно скорее.
– Ох, представляю, что скажет грозный Теневой маг, после того как я обещала сидеть тише мыши, а сама тут же полезла к Галэну в логово. – Девчонки смотрели умоляющими глазами. – Да ладно вам! Я уже пыталась, но он почему-то не отвечает. – Я постаралась задавить в зародыше даже отголосок мысли о том, что с папой могло случиться что-то плохое. – Нужно бы узнать о нейтральном источнике все возможное. Жаль, в библиотеку идти поздновато, а завтра практика.
– Отец тебя отпустил?
– Да, – я счастливо улыбнулась. – Он посчитал, что в императорском дворце мне ничего не будет угрожать.
– Да уж, с одной стороны, не так весело и придется ходить по струнке, зато безопасно и престижно, – улыбнулась Кэс. – И точно пойдет на благо в будущем. Не удивлюсь, если мы окажемся там вместе.
– Это было бы здорово! – я обняла природницу, заметив легкую грустинку в глазах у Тилирио. Да уж, у нее нет таких родственников. Я поспешила ее ободрить: – Не печалься, Тил, я замолвлю и за тебя словечко.
– Я… Мне так неловко… – Тилья искренне смутилась.
– Брось! Из-за меня теперь все вы можете оказаться под ударом, – я вдруг ощутила укол тревоги. Протащить во дворец еще и ребят у меня вряд ли получится.
Отец так и не ответил ни на второй, ни на третий вызов. И я легла в кровать, раздумывая, не поговорить ли еще и с Вердом, но накатила какая-то робость. Показалось, что мы почти чужие, ведь на деле это так и есть, несмотря на все моменты удивительной близости, произошедшие между нами. Нет, пожалуй, к еще одному серьезному разговору я сегодня не готова. Экзамены, беседа с отцом и обыск, учиненный мной в комнате Галэна, отняли последние крохи энергии. Попробую найти для этого силы завтра, как говорила Скарлио Охаррэ, героиня горячо любимого мной романа «Заблудившиеся в Чаще».
Проваливаясь в сон, я почувствовала вызов.
– Элья, дочка, уже спишь?
– Да, папа. Что-то случилось? Я не смогла тебя дозваться. Все в порядке?
– Я был занят, учинил проверку некоторым должностным лицам, и должен признать, ты была права. Стоило чуточку поднажать, и я получил не только признание, но и суммы, уплаченные принцем Файбардским. А в его особняке и правда обнаружился настоящий притон, так что вечеринка не состоялась, а сам Галэн ушел. Подозреваю, что в Файбард. Также он может скрыться и на территории академии. Там несколько иные законы, и просто так его будет не достать.
– Папа, есть еще кое-что. Я узнала, что Галэн имеет отношение к культистам. У него их символ. Очень дорогой и настоящий.
– Боюсь даже спрашивать, как тебе это удалось, – устало вздохнул отец. – Видать, мне придется тебя хоть разок выпороть.
Не выпорет. Я даже улыбнулась. Всю жизнь только и слышу эту угрозу, что бы ни натворила.
– Поздно, папа. Я уже выросла, – и тут же иду на уступку: – Домой собираться, да?
– Элья, тебе лучше остаться в академии. – Ответ ошарашил. – Там сейчас безопаснее. То, что я сейчас скажу, – тайна. Готовился государственный переворот, и один из заговорщиков – принц Даториан.
– Ого! – кажется, сон с меня как рукой сняло.
– Да. В кабинете императора обнаружились прослушка и еще какие-то неизвестные артефакты, их уже изучают наши световики. Я проверил и наш дом. Не поверишь, но и в моем кабинете нашлось нечто подобное. Пока выясняю, кто это сделал – кто-то из гостей или слуг, тебе опасно возвращаться. Я попрошу Эллэ кого-нибудь прислать для твоей безопасности.
– Папа, но это будет странно выглядеть, привлечет излишнее внимание и вызовет кучу вопросов. Думаю, в стенах академии я и сама смогу за себя постоять. Галэн не решится здесь напасть в открытую, и я не одна, у меня есть друзья. На практике же я буду под надежной охраной императорской гвардии.
Отец задумался.
– В твоих словах есть резон. Элья, будь предельно осторожна и не лезь больше на рожон, позволь мне спокойно исполнить долг перед империей.
– Обещаю, пап! И вообще уже сплю.

Глава 14

Верд  
Я ни днем ни ночью не снимал амулета вызова, порой дергаясь оттого, что мне почудилась едва заметная вибрация. Но звенящая пустота вместо мысленного отклика каждый раз напоминала, что я выдаю желаемое за действительное. Он оставался безнадежно безмолвным, Льяра не желала со мной разговаривать…
Я ненавидел неприятные, граничащие с тянущей болью ощущения в районе солнечного сплетения, от которых едва могла отвлечь работа. Хвала Великой Матери, ее было предостаточно. Я организовал охрану источника настолько надежно, насколько это было возможно сделать за несколько дней, что командовал гарнизоном. Вместо патрулей назначил постоянное дежурство. О каждом мало-мальски подозрительном происшествии мне докладывали. Свободные воины день и ночь прочесывали окрестности Сатор-Юти и источника, пытаясь обнаружить спрятанные точки привязок для порталов.
Усилия принесли плоды. Мы нашли два места с многочисленными незарегистрированными привязками. Кто и когда их сделал, оставалось только гадать. Причем находка была случайной, а потому я дал задания искать заново уже на проверенных территориях. Фанатикам не занимать изобретательности. С минуты на минуту прибудут сияющие для установки защитного барьера вокруг самого источника. Надеюсь, нам повезет и все получится. Помимо этого, как временную меру, приказал соорудить обычную стену. И пусть рядовые, таская и вкапывая огромные бревна, смотрели на меня как на умалишенного, я-то знал – один хороший природник, и в выращенной живой стене появятся вполне комфортные ворота.
Маясь ожиданием у городского портала вот уже пятнадцать минут, я то и дело возвращался мыслями к ужину у принца. Я слишком перевозбудился и был выбит из колеи беседой со зверем, а потому совершенно не обратил внимания на время. Кажется, я ухватил догадку за хвост.
– Лорд Сатем? – я даже сжал амулет вызова в ладони.
– Вердерион? Что-то срочное? – в голосе советника слышалось раздражение.
– Да, это по поводу вашей дочери.
Тяжелый, гнетущий миг молчания.
– Что с Льярой?!
– А что с ней? – тут уже пришла моя очередь удивляться.
– О чем ты хотел поговорить? – советник будто застеснялся своей реакции, вернувшись к обычному деловому тону.
– Я хотел кое-что уточнить по поводу того ужина. Вы можете меня выслушать? Пожалуйста.
– Верд, только быстро, у меня тут… Я очень занят.
Тревога, усталость, даже отголоски страха.
– Лорд Сатем, мне кажется, я не справился с вашим заданием, – признавать ошибку было горько и стыдно. – Сколько времени мы с Оэльрио отсутствовали?
– Около пятнадцати минут, а что?
– Бесы! Я идиот!
– Вердерион, ты меня пугаешь.
– С ней… С ней что-то случилось в том кабинете. Я хотел пойти следом, но Амелия остановила, а через минуту Льяра уже вышла обратно, но… Прошла не минута!
Тут все встало на свои места. Амелия стоит передо мной, загораживая собой проход. Кладет руку мне на грудь: «А вам придется остаться здесь».
Она!
Но когда Льяра вышла, эта тварь была уже у меня за спиной. Вот что не давало покоя! Я на четверть часа выпал из жизни и не заметил!
– Ты прав, Вердерион. Там был Галэн, и он шантажировал мою дочь. Элья вчера все рассказала, – голос советника источал укор.
Что ж, я это заслужил.
– Лорд Яррант, прошу вас, не допустите помолвку! – мелькнула мысль попросить руки Льяры прямо сейчас, но что-то меня снова остановило. То ли наша размолвка, то ли какой-то глупый мальчишеский страх.
– Теперь уж точно не допущу. Принц Файбардский слишком опасен. Элья нашла в его комнате знак культа Кровавой Луны.
– Она обыскивала комнату Галэна Берди?! – меня обдало жаром. – Сумасшедшая девчонка, давно не получавшая по заднице!
– Вердерион?!
– Это ваше упущение, между прочим! Кхм… Простите. – Кажется, я забыл, с кем разговариваю. Страх за любимую затопил с головой, когда невольно вспомнил увиденное у источника. Даже на секунду опасаясь представить Льяру на месте тех девушек, отогнал от себя зловещие домыслы, чтобы не накликать беду: – Так что там насчет принца и фанатиков?
– Судя по символу, если твоя теория правдива, он далеко не последняя фигура. Скорее из первых.
– Но… Если так, ваша дочь в большой опасности! Она нужна Галэну, чтобы активировать источник. Я уверен. Где Льяра сейчас? Надеюсь, вы забрали ее в поместье?
– Она на практике. А почему…
– Советник, вы с ума сошли?!
Повисла пауза, а затем лорд Сатем зло прорычал:
– Попридержи язык!
– Простите, лорд Яррант, но неужели вы не понимаете?
– Я все прекрасно понимаю! У меня в поместье завелась крыса! Я лично всю ночь искал спрятанные точки привязки, подслушивающие устройства и прочую дрянь! Привычные методы защиты не сработали, – отголоски негодования и вины в мыслях Теневого мага ощущались отчетливо, и я посочувствовал как мужчина мужчине. Лорд Сатем продолжил спокойнее: – Галэн не рискнет напасть в академии, я оповестил Эллэ. И к тому же Элья будет проходить практику в императорском дворце. После того как раскрыли Даториана, там стало безопасно. С минуты на минуту я с ней увижусь.
– Лорд Яррант, могу я как-то помочь?
– Да, Вердерион. Следите во всю эмпатию за нейтральным источником. Я верю своей дочери, но нам нужны более весомые доказательства причастности Галэна к культистам. Такие, которые я смогу предъявить его отцу.
– Служу империи! – я прервал разговор.
А беса с два!
– Гардем! – рявкнул так, что с портальной площади шумно вспорхнула стая косматых голубей.
Да уж, пожалуй, и Данмэ с его луженой глоткой сейчас позавидовал бы. Рыжий расторопный адъютант тут же вытянулся передо мной.
– Встретьте сияющих и сопроводите к источнику, пусть городят свой треклятый барьер, а мне нужно отлучиться.
Я видел, как в глазах еще юного воина промелькнула паника. Ну конечно, это же не фанатиков по Чаще гонять, административная работа всегда страшнее. Не смог сдержать усмешку и бросил:
– Привыкайте.
Не останавливаясь, шагнул на ближайшую портальную площадку и ввел коды доступа в императорский дворец. Долгую минуту ничего не происходило.
Бесы!
Скорее всего, коды сменили, и это правильно, но мне придется перенестись в столицу, а там уже пробираться во дворец иными путями.

Глава 15

Льяра  
– Яррант! – Роксана Аркенч выкрикнула мое родовое имя, и я вышла из изрядно поредевшего строя, чтобы присоединиться к своей группе.
Группе счастливчиков, облагодетельствованных высшей наградой «тех-кто-проходит-практику-во-дворце».
Завистливые взоры исподтишка, перешептывания, неискренние улыбки, от которых на душе стало гадко.
Поймала ободряющий взгляд Тильи:
– Не обращай ты на них внимания! Завистники и придурки.
Я только устало вздохнула.
Это началось чуть раньше, когда утром все первокурсники собрались в Уголке почета и гордости и нам объявили результаты экзамена.
Оказалось, мы единственная группа, которая умудрилась вылечить свое животное полностью. А благодаря набранным дополнительным баллам и тому, что Мориа была единственной из всего потока, кто правильно ответил на все вопросы без исключения, мы неожиданно выиграли кубок укротителя Чащи.
Ко мне подлетели Моссаррэ и Скай, подхватили на руки, усадили на плечи, скандируя: «Льяр-ра, Льяр-ра!» – и сделали круг почета. Парами с Кэсси не отстали и, выхватив сопротивляющуюся Морию из медвежьих лап Аслана, повторили их подвиг. На некоторое время я позволила захватить себя эйфории. Нам хлопали, нас поздравляли, но оказалось, далеко не все голоса звучали радостно, а потом и вовсе кто-то выкрикнул: «Конечно, она же дочка советника!» – будто только от меня зависела победа.
Добряк и болтун Моссаррэ вместе с моими друзьями призывал не обращать на идиотов внимания, Аслан, Кэсси с Парами предложили крикуну подойти ближе и повторить сказанное в глаза. А затем преподаватели навели порядок.
Сделав посильнее громкость на «Мелодии», я попыталась отгородиться музыкой, но не смогла перестать думать. И почему меня это так задело?
Мы маялись ожиданием у портальных площадок, кивая в ответ на поздравления и пожелания, а мне никак не удавалось избавиться от гнетущих мыслей. Даже страх встретить Галэна как-то притупился. Ходили слухи, что после неудавшейся вечеринки он так и не появился в академии, но по другой версии – все же забежал ненадолго в комнату и снова исчез. Выяснять, какая верная, мне не особо хотелось. Побыстрее бы оказаться во дворце и немного расслабиться.
– Льяра, я рад, что мы в одной группе, – рядом не переставал крутиться Торрен, вызывая придирчивые взгляды ребят, и мне все же пришлось снять обод проигрывателя и повесить на шею, чтобы слышать его многочисленные вопросы.
– Жаль, что я вчера оказался не в вашей команде, – посетовал Сандр, ревниво поглядывая на нового знакомого. – Правда, тогда я бы испортил вам все результаты, – он рассмеялся.
Шутливо двинула его в плечо, и мы проводили глазами очередную группу, пропавшую в зеленоватой вспышке портала.
– Похоже, нас отправят последними, – протянул недовольно Кэсси и повернулся, будто невзначай приобняв Кассандру.
– Прекрати! – та опасливо покосилась на шестерых дюжих оборотников в полной выкладке, охраняющих портальный комплекс. – Все брату расскажут, прибьет же!
Тяжелый вздох вырвался из груди парня.
– Что-то случилось, наверное, раз они здесь? – предположила Тилья.
– Не нравится мне это, – Парами наморщился. – Что-то явно происходит.
Мы с девочками переглянулись. Скрывать от друзей правду неприятно, но не рассказывать же прямо тут, когда вокруг столько лишних ушей. Хоть наша группа и была самой малочисленной, но у Галэна много прихвостней. Никогда не знаешь, где на них наткнешься.
Подошел наш сопровождающий. Им оказался вчерашний экзаменационный куратор, я не запомнила его имя. Сегодня на нем вместо балахона природников был надет официальный наряд представителя академии, который составляли темные брюки и зеленая куртка с трискелем на рукаве.
– Инструктор Борнэ! – окликнула его женщина, судя по всему, работница администрации.
Размахивая какой-то бумажкой, она подбежала к природнику и отвела его в сторону. Они оживленно заговорили, но до нас долетали лишь обрывки фраз, мы как один усилили эмпатию, чтобы получше слышать:
– Они там с ума посходили? – возмущался Борнэ.
– Я лишь передала распоряжение. Все вопросы к проректору.
– И как, по-вашему, я теперь должен изменить состав группы, когда все уже разбежались? Мало утром было перестановок? Утвердишь план, подготовишь все документы, а потом какому-нибудь богатенькому сумасброду бесы нашепчут: что его-то чадушко непременно должно проходить практику во дворце, и начинается!
– Могу вас понять и посочувствовать, но это не я придумала. Моя задача – лишь передать сведения, – она сунула листок в руки раздраженному мужчине и, круто развернувшись, направилась обратно.
Что-то проворчав и потеребив тоненькие усики, природник пристально глянул на нас и, тяжело вздохнув, выдал:
– Сейчас вернусь.
Он появился вновь только минут через пятнадцать, когда наша группа осталась у портального комплекса последней.
– Ладно, ребята. У нас и правда изменения, ситуация сейчас непростая. Это ради вашей же безопасности. Надеюсь, все захватили теплые вещи?
Мы переглянулись.
Среди нас не было никого, кто бы собрал загодя сумку. Да и зачем нам личные вещи во дворце? Ночевать нас никто не оставит, и вечером мы должны вернуться домой или в общежитие.
– Ну и ладно, – махнул инструктор рукой. – На месте о нас должны позаботиться, раз отправляют так далеко на север.
– А как же императорский дворец? – кто-то опередил меня, задав правильный вопрос.
– Никакого дворца!
– А я рад, – шепнул Кэсси. – Во дворце по-любому скучища. Хотя с чего вообще меня в эту группу направили?
Я в ответ честно пожала плечами.
Тем временем инструктор Борнэ махнул рукой, и мы потопали следом, компактно размещаясь на большой портальной площадке. Привычно ощутила ребристую поверхность под подошвой ботинок, наблюдая, как начинают светиться зеленоватым светом вырезанные в камне, расходящиеся в стороны лучи. А потом мы на долгие минуты провалились в ничто, где был только шум ветра. Это чем-то напомнило путешествие в замок Галэна. Почти так же далеко, хорошо хоть, при переходе порталом жизни так не мутит, как при перемещении тенями.
– Ройман Гардем, к вашим услугам! – нас встретил рыжий парень в военной форме. – Приветствую в Сатор-Юти! Вы опоздали, наш командир только что отлучился, но он скоро вернется, а пока я в вашем полном распоряжении.
– Небольшая заминка перед переходом, прошу прощения, – инструктор Борнэ осмотрелся, и мы последовали его примеру. – Нам в последний момент изменили место прохождения практики. Проводите нас, так сказать, к месту дислокации? И лучше поскорее, здесь довольно прохладно.
– Конечно, следуйте за мной.
Ройман Гардем пошел впереди, показывая дорогу.
– А разве вы не должны были привезти с собой оборудование? Или будете собирать на месте? И еще, ваши подопечные, – он покосился на нас через плечо, – не слишком ли они молоды?
Я, не стесняясь, использовала эмпатию, чтобы слушать разговор. Похоже, и ребята делали то же самое, судя по недоумевающим взглядам, которыми мы обменялись.
– Какое оборудование? – природник даже остановился.
– Для барьера, – похоже, рыжий ройман уже и сам понял, что принимает нас за кого-то другого. – А документы покажете?
– Конечно, – Борнэ протянул направление.
Пробежав глазами документ, воин расплылся в улыбке.
– А я-то и думаю, не похожи вы совсем на световиков. Значит, практика. Странно, но мне про это никто и словом не обмолвился. Знаете, вы, пожалуй, идите в штаб, это все время прямо по дороге до самой городской ратуши. Штаб внутри. Там спросите эрсмана Данмэ, он вас устроит и обеспечит всем необходимым, а мне нужно вернуться к порталам. Задание.
Козырнув, парень бегом отправился назад.
– Ну, – инструктор обвел нас взглядом. – Ходу, ребята, пока совсем не застыли. До Файбарда рукой подать, – он ковырнул ботинком заиндевевшую землю, а мы поежились, несмотря на куртки.
От этого замечания я вздрогнула, но тут же успокоилась.
Сатор-Юти. Мы в Сатор-Юти! Здесь же гарнизон Верда!
Ай да отец! Всех вокруг пальца обвел. Поменять в последний момент место практики и отправить туда, где я по-настоящему буду в безопасности. Невольно я стала озираться в поисках знакомой фигуры, с надеждой всматриваясь в каждого попавшегося на глаза воина. Не он. Не он. Снова не он…
Как я могла закрыть перед Вердом дверь? Сейчас я вспомнила, как он шел за мной, словно побитая собака, в тот вечер. Теперь, когда груз спал с плеч и я, поговорив с отцом, больше не боялась шантажа Галэна, мое поведение представилось в несколько ином свете.
Нет. Я не чувствовала себя виноватой, просто стоило успокоиться и нормально поговорить. Пожалуй, прямо сейчас вполне удобно, заодно и Верд узнает, что мы уже здесь. Я потянулась за амулетом.
Бесы!
На шее был только один – для связи с лордом Сатемом. Тот, который передал Вердерион, так и остался в шкафчике в общежитии. Да и где ему еще быть? Я ведь думала, что после практики заглянем с отцом в академию и заберем необходимые вещи, прежде чем отправимся в поместье.
– А тут здорово! – прервал мои размышления Кэсси.
– Только холодно очень, – поежилась Кассандра.
– Иди сюда, – Сандр притянул ее к себе, обнимая. – Что? – возмутился он на попытку отстраниться. – Тут же нет твоего брата и его людей?
Я усмехнулась, наблюдая, как порозовевшая не то от порывов ледяного ветра, не то от смущения Кэс уже сама обвивает талию парня рукой и прячет нос где-то у теплого бока. Мимо прошествовал отряд оборотников в запыленных сапогах, за ними следовали четверо теневиков, я без труда отличила одних от других по облегченной, предназначенной для быстрого перемещения и дальнего боя форме, на которой отсутствовали хитиновые накладки. Им навстречу шел остроносый нелман, и другой – тот, который шел вместе с отрядом, – задержался, чтобы перекинуться парой слов со знакомцем. До меня донесся лишь обрывок фразы:
– Как там у источника?
Источник! Нейтральный источник здесь, рядом! Внезапно меня одолело желание на него взглянуть. Обязательно попрошу Верда показать мне, если это только возможно.
Тем временем мы подошли к городской ратуше. Она, как это часто бывает на окраинах, представляла собой большое дерево. Не такое, конечно, как Древо академии, а всего лишь на три этажа и один ярус ветвей с кабинетами на последнем.
Внутри было тепло, приятно пахло древесной смолой, кожей, оружейной смазкой и чем-то терпким. За старомодной конторкой, выращенной прямо из пола, восседал пожилой мужчина в белой рубашке и канцелярских нарукавниках. Он и прочие снующие туда-сюда обитатели встретили нас удивленными взглядами. Перекинувшись с ним парой слов, инструктор Борнэ отправился искать того самого эрсмана, который должен нам помочь устроиться. Мы же снова остались ждать в холле, привлекая своим видом, а главным образом слишком легкой одеждой, внимание.
Ожидание несколько затянулось, а может, это так просто казалось. Нас изрядно вымотало торчать у порталов еще в академии, и вот все по новой. Вдобавок захотелось есть. От волнения за завтраком я, борясь с тошнотой, еле заставила себя проглотить пару кусочков яичницы.
– Оэльрио Яррант? – меня окликнули.
Парень. Теневик, судя по форме. Бледноватая наружность, короткие взлохмаченные волосы, торчащие из-под форменной кепки-кадетки. Излишняя худоба, придающая изможденный вид, и внимательный, будто колющий булавками взгляд темных глаз. Вместо ордена всего лишь белая треугольная нашивка на рукаве, свидетельствующая о невысоком звании – нелман. Он вглядывался в наши лица, будто пытаясь понять, кто из нас ему нужен.
– Это я, – шагнула вперед.
Резкие черты смягчились, теплая улыбка, адресованная мне, сделала его в разы приятнее.
– Вас хочет видеть эрсман Вердерион Аллакири. Идемте, я провожу.
Я повернулась к ребятам, не в силах сдержать радость. Сердце счастливо затрепетало. К бесам все обиды, я сейчас увижу Верда!
– Ты уверена? – Тилья была настороже, подозрительно осматривая ожидающего меня нелмана, но я же не успела поделиться догадками.
– Вердерион командует гарнизоном Сатор-Юти, – пояснила я друзьям, а заодно и остальным, кто от вынужденного безделья или природного любопытства с интересом прислушивался к разговору. Повернувшись, спросила у терпеливо ожидающего теневика: – А почему он сам не пришел?
Тот неожиданно рассмеялся:
– Леди, так эрсман Аллакири никогда не сидит на месте. Здесь же полно работы. Но как только ему доложили о прибытии практикантов, так он сразу и послал за вами. Так как? Пойдете, или передать, что вы сейчас заняты?
Зная Верда, скорее всего, так оно и было. И, что бы ни нашептывал здравый смысл, желание увидеть любимого стало непреодолимым.
– Скоро вернусь, – махнула рукой на прощанье и первой вышла на холод.
– Что-то вы слишком легко одеты. Снега еще нет, но скоро уже ляжет. Файбард…
– Нас не предупредили.
– Хм… – Нелман удивленно посмотрел на меня сверху вниз. – Понятно.
Мы споро потопали обратно через площадь, в ту же сторону, откуда пришли. На всякий случай я попыталась прощупать воина и осторожно отпустила эмпатию. Особых результатов мне это не принесло. Он хорошо закрывался, потому я лишь и уловила легкий отголосок доброжелательности.
– Не могу смотреть, как вы мерзнете, – посетовал теневик. – Давайте я вам хоть куртку свою одолжу?
– Не стоит. Я в порядке.
Вот увидит Верд меня всю такую заледеневшую, сразу согреть захочет. Я невольно улыбнулась, представив, как меня обнимут и перенесут тенями куда-нибудь, где будет тепло и уютно.
– Тогда у меня предложение получше. Надеюсь, вы ничего не имеете против теневого перехода?
Он что, читает мои мысли? Хотя он же теневик, для него это вполне логичное предложение. Подумав, отвечаю:
– Не имею, если это приведет нас к эрсману Аллакири быстрее.
– Конечно! – новая улыбка. – Мне придется вас коснуться.
– Я в курсе.
Протянула теневику руку.
Короткий миг темноты и головокружения, и мы очутились среди стволов могучих деревьев. Осмотревшись, поняла, здесь как-то особенно мрачно. Уходящие вверх темно-серые стволы кедров северной породы. Между ними кое-где полуоблетевшие, приготовившиеся к зиме лиственницы. Толстый слой хвои под ногами отлично скрадывал шаги. Такой Чащи я еще не видела. Спущенная с поводка эмпатия оглушила пойманным отголоском ликования, едва не сбив меня с ног. Ощущение не из приятных, будто в «Мелодии» резко увеличилась громкость звучания.
Одолело нехорошее предчувствие, и я задала вопрос, ответ на который был вполне очевиден:
– Мы в Чаще?
– Конечно. Ваш сердечный друг ждет у источника, но, к сожалению, прыгнуть ближе у меня не получится, придется немного пройтись, – нелман потянул меня в сторону.
Вот ты, дурочка, и попалась! Сердечный друг? Ну-ну!
Остановилась, выдергивая руку, которую так и не соизволили выпустить.
– Откуда вы знаете о наших отношениях?
Не ожидая ответа и не задумываясь об отсутствии спецформы для оборотников, пытаюсь принять ипостась, но теневик меня опережает.
Мгновение, и он исчезает из видимости, а следом резкая боль между лопаток вырывает у меня крик, пробегая горячей волной по позвоночнику. Стремительно приближающаяся земля бережно поймала меня, подстелив мягкую хвойную подстилку. В нос с удвоенной силой ударил запах сырости. И последнее, на чем застыл взгляд, прежде чем смениться непроглядной тьмой, это покрытый изморозью жухлый лист какого-то чахлого кустика. Его контур за закрытыми веками преследовал меня показавшееся бесконечным мгновение.

Глава 16

Верд  
Едва ступив на дорожку с серых плит ближайшего к императорскому дворцу портального комплекса, я тут же перешел тенями сразу ко входу на территорию. Давненько я не пользовался центральными воротами.
Настороженная было моим внезапным появлением охрана расслабилась, узнав в лицо. Но подтянутый, седовласый нелман для порядка все же отсканировал приколотый к повседневному форменному кителю орден эрсмана и только тогда отступил в сторону, пропуская внутрь. Когда я шагнул сквозь арку безопасности, зашевелившиеся на теле волоски и легкое приятное покалывание засвидетельствовали огромное количество потраченной источником энергии и чистоту моих помыслов. Даже странно, что при подобных мерах недоброжелатели сумели проникнуть в святая святых отца.
Стремглав взбежав по ступеням, вошел внутрь и, преодолев пространство огромного, выполненного в черно-серебряных тонах холла, оказался у ряда просторных информационных стоек. Сейчас работала лишь одна из них, остальные пустовали, да и вокруг было безлюдно – все еще действовали повышенные меры безопасности. Никаких традиционных экскурсий и прочих повседневных мероприятий, привлекающих толпы народа.
– Леди, подскажите, пожалуйста, где мне найти группу студентов из Академии Великой Матери, проходящих практику?
Несколько удивленная моим вопросом блондинка с гладко уложенными волосами, профессионально улыбнувшись, заскользила глазами по каким-то спискам, затем повернулась к висящему прямо в воздухе за ее спиной объемному плану дворца и, сделав пасс рукой, оставила видимым только нужное место и план пути к нему.
– Студенты Академии Великой Матери, третьекурсники. Западное крыло, третий этаж…
– Нет-нет! Мне нужны первокурсники! – не совсем вежливо я перебил девушку. Только вот почему вместо радости и предвкушения скорой встречи с любимой так тревожно сжимается сердце?
– Секунду, – внимательный взгляд вновь прошелся по спискам. – Больше никого нет, простите.
– У вас есть общий список допущенных во дворец студентов? Мне нужна Оэльрио Яррант по заданию советника Ярранта, – думаю, лорд Сатем не будет против, если я воспользуюсь его именем.
– Секунду, – те же интонации, сияющая проводит рукой над большим планшетом, посылая мысленный запрос, и практически сразу выдает ответ: – Простите, но студентки с таким именем сейчас нет во дворце, если только она не попала сюда инкогнито по личному распоряжению императора.
– Спасибо, – волнение едва не переросло в панику. Моя уверенность в том, что Льяре грозит опасность, крепла. – Немедленно доложите об этом лорду Ярранту. Немедленно! – я повторил на всякий случай и бегом бросился к внутреннему портальному комплексу, раскинувшемуся по обе стороны холла. Коды на выход, к счастью, сработали.
Оказавшись в академии, тенями прыгнул в деканат факультета друидов.
– Мне нужны списки практикантов-первокурсников!
Две перепуганные друидки, взвизгнув, прянули в разные стороны. Пожилая, опершись на край стола, картинно схватилась за сердце, а молоденькая, выронив стопку бумаг, всплеснула руками от досады. Первая, секретарь деканата леди Франтоцца, была мне знакома еще со времен моего ученичества, а вторую я если и видел когда-то, то только случайно. Мои занятия у оборотников начнутся только в третьем семестре.
– Вердерион, – Франтоцца поправила очки в тонюсенькой позолоченной оправе, которые носила в основном как дань моде, – как можно так пугать леди?
– Простите, – я был хорошо знаком с этой ее манерой поведения, а потому осторожно взял подавшуюся навстречу женщину за плечи, удерживая на расстоянии и убеждая одновременно: – Пожалуйста, вопрос жизни и смерти, мне нуж…
– И все равно, вы слишком напористы, милорд Аллакири, – секретарь деканата кокетливо хлопнула еще пышными ресничками. Кажется, общение со мной ее только раззадоривает, но у меня нет времени развлекать скучающих старушек. – Хорошие манеры еще никому…
– А кто вам нужен, милорд? – перебила, в свою очередь, старшую коллегу молоденькая гибкая друидка, собирающая документы с пола прямо у моих ног. Она задрала голову и зарделась, когда наши взгляды встретились. Я выпустил из рук плечи старушки и, подавив вздох, инстинктивно шагнул назад, чтобы не смущать девушку, прежде чем наконец задать главный вопрос:
– Группа Оэльрио Яррант, куда их направили?
– А, это та самая, из-за которой сегодня приходил ругаться Борнэ? – пожилая леди сдвинула явно мешающие ей очки на кончик носа и теперь смотрела на меня поверх их.
– Да, она. Сейчас скажу точно. – Молодая поднялась, оправив коротенькую юбку, и взяла с рабочего стола лист. – В последний момент им изменили место прохождения практики на… – она вчиталась в строки, – Сатор-Юти. Нам теперь еще и документы переделывать.
– Сатор-Юти?! Спасибо!
Это что выходит? Пока я тут по всему Эрессолду скачу как сумасшедший, Льяра уже в моем гарнизоне?
Новый прыжок к порталам академии, а оттуда в Сатор-Юти, и снова тенями – уже к источнику на ближайший блокпост.
Сидящие расслабленно воины тут же подобрались, почувствовав возмущение пространства за мгновение до моего появления.
– Кто старший? Доложить обстановку!
Подчиненные, уже привыкшие к моим внезапным проверкам, реагируют спокойно. За эти дни сполна прониклись серьезностью ситуации.
– Нелман Сторки, милорд! – сделал шаг вперед рыжеватый оборотник, в котором я без труда угадал рысью ипостась. – У источника все спокойно. Двадцать минут назад прибыла группа сияющих для установки барьера. Они сейчас на втором рубеже вместе с ройманом Гардемом.
– Патруль?
– Четко по новому графику, – он стрельнул глазом на наручные часы, – десять минут назад очередной обход был.
Я кивнул. График разработали мы с эрсманом Данмэ на несколько недель вперед. Расписание патрулей изо дня в день не повторялось. Разнарядка выдавалась по утрам, а до тех пор хранилась в секрете. Все спокойно? Это даже странно. Меня одолела легкая растерянность. Может, я зря нагнетаю, видя происки врагов везде и повсюду? – Вольно, – бросил, прежде чем перейти тенями сразу к ратуше.
Едва успел шагнуть внутрь, как увидел слева от входа разместившихся с горем пополам на двух маленьких диванчиках студентов в легких куртках с трискелем академии на рукавах. Среди них была и подруга Льяры – Тилья, и ее брат-оборотник, с риском для жизни ухлестывающий за сестренкой Эллэ. А вот моей девочки я не наблюдал, и этот факт отозвался новым приступом тревоги в сердце.
Моя персона сразу приковала к себе все взгляды.
– Привет! – поздоровался я со всеми сразу. – А где Льяра? – это уже обращаясь к Тилье.
– Она… Она отправилась к вам, милорд, – в голосе девушки явно слышится растерянность. – Ушла с провожатым, которого вы прислали.
Тревога против воли переросла в панику.
– Я никого не посылал!
– Эрсман Аллакири? – ко мне подошел высокий, худощавый мужчина, немногим старше меня, одетый в куртку с трискелем академии. Тонкие усики грозно топорщились, выдавая раздражение. – Убедительно прошу, милорд, впредь согласовывать со мной отлучки студентов или студенток, – он голосом выделил последнее слово. – Все же именно я несу за них ответственность.
– Простите, а кто вы? – остановил я незнакомого мне преподавателя, похоже, из новых.
– Инструктор Борнэ, кафедра друидов-природников, к вашим услугам. – Преподаватель коротко поклонился, дернув зачесанной набок темной челкой, и протянул мне документ. – Мало с нас того, что вместо императорского дворца отправили в эту дыру без предупреждения, не дав даже времени на сбор вещей. И это кроме того, что тут, оказывается, принять нас совсем не готовы. А теперь я еще и потерявшихся должен разыскивать!
Я вполуха слушал раздраженную тираду инструктора, знакомясь с путевкой на практику. Типовая преамбула, список студентов с подписями, магическая печать, переливающаяся всеми цветами радуги на свету, и размашистая виза ректора академии Ханимуса Каррэ.
– Так вот, инструктор Борнэ, нас тоже никто почему-то не предупредил о том, что прибудут практиканты. Да и странно отправлять зеленых новичков в такое место, как Сатор-Юти, не находите? Особенно учитывая близость нейтрального источника и непростую ситуацию с культом Кровавой Луны, отчего-то всегда нападающим без предупреждения. И это не считая ненормального пристрастия фанатиков к юным друидкам-оборотницам. А еще я весьма удивлен, что вы так легко отпустили дочь советника неизвестно с кем и даже не потребовали никаких подтверждений, что провожатого послал именно я. Сейчас, я почти уверен, жизни Оэльрио угрожает опасность!
Может, я и был несправедлив к этому человеку, но во мне говорила злость. В том числе и на самого себя. Останься я на месте, не поддайся импульсу и уже бы обнимал мою девочку, вместо того чтобы с выпученными глазами искать ее по всей империи.
Природник побледнел, но не опустился до оправданий:
– Вы правы, это моя вина, милорд. Нельзя было оставлять ребят одних. Я забыл, что они все равно еще только дети… Ребята, кто видел, с кем она ушла?
– Милорд Вердерион, – вмешалась в разговор испуганная Кассандра Эллэ, от волнения напрочь забывшая про обнимающие ее руки хулиганского вида парня. – Это был теневик. В форме с нашивкой нелмана. Молодой, худой и очень бледный. Он сказал, что вы его за ней отправили.
Я совсем похолодел. Большинство фанатиков, особенно невысокого ранга, и правда отличались какой-то болезненной худобой и лихорадочным взглядом, напоминая пристрастившихся к разного рода дурманам. Собственно, таковыми мы их и считали. Оно и логично, к культу Кровавой Луны нормальный человек не примкнет.
В этот момент раздался сигнал тревоги, и мне показалось, что внутри распрямилась туго сжатая пружина. Я так и не понял, зверь одолел меня исподтишка, или же мы действовали сообща, но завершил оборот уже в тенях, а в следующий миг в ипостаси раал’гара очутился на северной стороне нейтрального источника. Как раз за возведенной секцией стены, на втором рубеже.
Там, где должны были работать сияющие, экспериментируя с установкой барьера, но вместо этого почему-то лежали изломанными куклами рядом со своим оборудованием.
Там, куда я не должен был попасть, ибо это невозможно.
Там, где валялись трупы моих людей и особо яркими на фоне серой, свободной от хвои земли казались короткие рыжие волосы Гардема.
Там, где на странном алтаре, явно чуждом этому месту, белела распятая обнаженная фигурка, а над ней заносил кривой ритуальный клинок разряженный в кости и шкуры шаман.
Не думая о невозможном, я снова стал тенью, а еще через неполный удар сердца, словно застывшего в груди, мои челюсти сомкнулись, хрустко перекусив тщедушную шею. Обезглавленное тело, все еще сжимающее ритуальный клинок, завалилось вперед и едва не упало на Льяру. Ударом лапы сбил его в сторону, и лишь алые капли осквернили нежную кожу. Бирюзовые глаза, расширенные от ужаса, смотрели не мигая. Кажется, она хотела закричать, но крик так и застрял в горле.

Глава 17

Льяра  
Темноту разорвала жгучая боль.
– Хватит! – заорала я, зажмурившись и пытаясь увернуться от третьей пощечины.
Закрыться руками не удалось, так же, как и ноги, они были раскинуты в стороны. Голова стукнулась обо что-то твердое, а надо мной склонился лесной бес или ночной кошмар.
Или культист, судя по знакомому кулону, отчего стало только страшнее.
Лошадиный череп вместо головного убора. Алчный блеск в глазах и странное пение вроде речитатива, сменяющегося горловыми звуками. Плечи, укрытые волчьей шкурой, широкая плоская грудь, расписанная незнакомыми символами, – все это я рассмотрела позднее, сразу после того, как в панике отвела взгляд от мужского достоинства, пребывающего в боеготовности. Не знаю, что меня больше напугало – оно или кривой клинок в руке фанатика. По сравнению с остальным холодный твердый камень под спиной и отсутствие всякой одежды, кроме нижнего белья, казалось мелочью. Мной целиком и полностью завладела паника.
– Мамочки! А-а-а-а! Помогите!
Рукоять клинка со стуком опустилась на камень в миллиметрах от моего виска. Вздрогнула и застыла, не в силах совладать с ненормально участившимся дыханием, голова кружилась. Не прерывая жуткого пения, фанатик культа Кровавой Луны многозначительно приложил к губам палец.
Заткнуться? Я так и думала. Конечно!
Выдав новую порцию визга, захлебнулась, когда лезвие кривого, чем-то напоминающего серп клинка коснулось кожи у самого паха. Подцепив тонкую ткань трусиков, без труда разрезало. Фанатик помог себе рукой, сделав второй надрез, а затем резко выдернул превратившиеся в обычный клочок ткани трусики. За ними последовал и бюстгальтер, оставив меня даже без иллюзии защиты.
Да что же это такое?! Впрочем, стеснение – не самое главное чувство, которое я сейчас испытывала. Собрав остатки разума, попыталась обернуться, и снова у меня ничего не получилось. Не вышло и ударить чистой энергией, несмотря на отсутствие каких-либо амулетов. Совсем ничего!
Такого всеобъемлющего страха, от которого немеет язык, сохнет во рту и отказываются шевелиться конечности, я еще никогда не испытывала. Воображение рисовало картинки ближайшего будущего, одна страшнее другой. Культист допел и выпрямился надо мной в полный рост.
Попрощалась с жизнью, беззвучно роняя слезы. Мысли и воспоминания понеслись с бешеной скоростью, отчего-то было обидно за все то хорошее, чего со мной так и не случилось. Лишь бы только не мучил…
Внезапно что-то произошло. Культист не то спрыгнул, не то отлетел в сторону, одновременно брызнуло теплым, а на его месте сплелась огромная фигура.
Это был волк, если волком можно назвать отдаленно напоминающее очертаниями существо, сплетенное из шевелящихся, ни на миг не замирающих угольно-черных теней, на фоне которых продолговатые алые глаза без зрачков показались двумя раскаленными углями. Глухое рычание за гранью слышимости заставило зашевелиться волосы. Я думала, что страшнее, чем несколько секунд назад, мне не бывало? Кажется, ошиблась.
Чудовище не двигалось, а я не могла понять, куда оно смотрит. Вдруг огромная голова медленно приблизилась, обнюхав меня с ног до головы. Я вжалась в ледяной камень, желая с ним слиться, стать незаметной, и этот мой порыв не остался незамеченным. Существо отстранилось, не то почувствовав мои эмоции, не то по собственным соображениям.
Раздался щелчок, и одна моя рука стала свободной. Проводила взглядом мощные челюсти с зубами, больше напоминающими теневые клинки моего отца. Еще щелчок, и вторая рука освобождена, теперь я могу сесть. Негнущимися пальцами попыталась расстегнуть широкие кожаные наручи, обхватившие запястья, но из-за тугих застежек это не удалось. Мешал и крупный озноб, накатывающий волнами.
Тем временем теневая зверюга освободила мне ноги. Похоже, чудовище не желает мне зла? И тут меня осенило: теневой волк – раал’гар!
– Верд? Вердер-рион? – у меня не попадал зуб на зуб, а голос прозвучал сипло и едва слышно.
Протянутая рука попыталась коснуться вмиг насторожившегося зверя, но замерла в нерешительности. Спустя долгое мгновение раал’гар медленно улегся подле меня, словно признавая. Он был огромный, даже теперь возвышался надо мной сидящей. Я сначала осторожно, затем смелее прикоснулась к шерсти на груди, запуская пальцы глубже, и с удивлением обнаружила, что под эфемерными прядями скрывается настоящая горячая плоть. Это ощущение словно вернуло меня к жизни. Застонав, забыв о наготе, я прильнула всем телом к спасительному теплу, зарываясь лицом куда-то прямо под страшную челюсть и не обращая внимания на густой запах и забившиеся в ноздри шерстинки, поверив наконец в спасение. Но и этого было мало. Пусть и теплый, но безмолвный раал’гар меня пугал. Он мало напоминал разумного оборотника.
– Верд, обернись, любимый, – зашептала, гладя и лаская. Перебирая густую на ощупь и странную, как папины волосы, шерсть. Пытаясь притиснуться ближе. Чувствуя, как беспрерывно текут горячие слезы, и обреченно понимая, что магия мне по-прежнему неподвластна: – Обернись, обернись, обернись…
Горячие, чуть шершавые ладони огладили спину, поднялись выше, обласкав плечи, шею, осторожно приподняв голову. Исполненный нежности и тревоги голос пробился сквозь пелену вязкого тумана, сотканного из пережитого кошмара, радости и неверия.
– Льяра, детка, я здесь. Я здесь. Я рядом. Я с тобой. Все кончилось. Все хорошо. Теперь все будет хорошо.
Взгляд синих, как предрассветное море глаз, проник в самую душу, обещая, что и правда все в порядке, но тут же настороженно обежал пространство. Черты любимого лица ожесточились. Дрогнули уголки губ, повинуясь сжавшимся челюстям, темные прямые брови сдвинулись к переносице, и я почувствовала, как под ладонями напряглись мышцы. Верд был обнажен до пояса, но форменные брюки из спецткани присутствовали. Попытка осмотреться была тут же пресечена. Вердерион заключил мое лицо в ладони, удерживая голову на месте, не позволяя повернуться или отвести от него взгляд:
– Не надо! Не смотри, пожалуйста. Закрой глаза, детка, тебе не стоит это видеть, – он погладил мне волосы и легонько прикоснулся к губам, поцеловал нос, лоб, щеки, прижал к себе, старательно не давая ничего вокруг разглядеть. Поднялся вместе со мной на ноги: – Нужно немного отойти от источника, и я смогу забрать тебя отсю…
Я не дала договорить, со всхлипом завладев его обветренными губами, обвила руками и ногами. Повисла, будто кошка на дереве, и, беспрекословно следуя просьбе, закрыла глаза. Осторожный и неловкий, а потом все более страстный поцелуй стал подтверждением, что я все еще жива. Кажется, Верд, удерживая меня на руках, мягко спрыгнул на землю, умудряясь не прервать поцелуя. О! Как же я желала оказаться подальше отсюда. Там, в его уютном поместье у моря, вдвоем, и чтобы никаких культистов!

Глава 18

Верд  
От привычного мне раал’гара мало что осталось, было странно осознавать себя теневым существом. Теперь я истинный Теневой волк. Совсем иной. С иными чувствами, ощущениями и инстинктами. Наверное, я бы даже сам себя испугался, если б мог.
После того как убил шамана, прервав ритуал, пропали и странные мечущиеся вокруг алтаря тени, и купол защиты, накрывший полусферой это место, исчез тоже. Подоспевшие воины в два счета разделались с оставшимися немногочисленными культистами, хотя те яростно сопротивлялись. Вокруг же, вопреки обычаю, не было видно ни одного реликта, да и обычных подчиненных животных.
Моя помощь не требовалась, хотя зверь жаждал битвы и крови. Я опустил голову и посмотрел на Льяру, и он возликовал, жадно пожирая взглядом обнаженное тело.
– Наша! Моя!
Странная смесь противоречивых эмоций поглотила все существо. Предвкушение, острое желание, всеобъемлющее чувство собственничества, будто я хозяин мира и всего сущего, и легкий стыд за то, что это мои мысли. Присутствовал и отголосок чего-то еще, что трудно было понять, но отчего под кожей приятно свербило.
– Что ты задумал?! – я едва совладал собой, когда головокружительно-приятный аромат тела Льяры, смешанный с металлическим привкусом страха, ворвался в ноздри и осел дивным деликатесом где-то у корня языка, пробуждая что-то темное, первобытное в самых глубинах моей души.
– Она боится, значит – жертва!
Кажется, в этой мысли заключалось что-то важное, но я не смог уловить, что именно чудовище имеет в виду.
Великая Мать! Кажется, я схожу с ума…
Я словно впал в ступор, не понимая, что в действительности хочу сделать. То ли спасти, то ли сожрать, то ли овладеть? Это напугало и отрезвило, возвращая к реальности меня настоящего.
Сотканные из энергии теней клыки легко расправились с цепями. Не в состоянии загнать зверя в клетку, я все же смог заставить себя лечь и не шевелиться, чтобы больше не пугать любимую. Я вернулся к забытой было мысли о том, что представляю угрозу для окружающих. Мой зверь – чудовище, он становится все страшнее, сильнее и опаснее. Что, если однажды я не смогу с ним совладать?
Испугавшись этой мысли, я поспешил прогнать ее – не время показывать слабость, особенно когда и так еле держу поводья.
– Слышишь, ты, я здесь главный! И так всегда будет, что бы ты ни думал.
Но второе мое я, видоизменившееся и темное, уловив мою неуверенность, вкрадчиво заговорило вновь:
– Такой ты ей точно не нужен. Льяра не будет с тобой, и ее нельзя за это винить. Мы вместе сойдем с ума от мысли, что никогда уже не сможем быть рядом. Сделай сейчас все что хочешь, пока есть такая возможность. Я помогу… Она даже не поймет, что это ты… Никогда не узнает…
В этот момент я чуть не взвился вверх от неожиданного прикосновения маленькой ледяной ладошки. Не поверил и едва смог принять тот факт, что она меня такого обнимает. Обнимает чудовище, которое и меня-то пугает до дрожи, если вдуматься. Может, и она не в себе, раз решилась на это?
Но нет!
Льяра, не иначе, чудом поняла, что жуткая теневая тварь – это я. Назвала по имени. Зашептала горячо и часто, щекоча дыханием кожу. Без стеснения прильнув всем телом, стараясь оказаться ближе. Холодные пальчики, словно лапки котенка, мяли мою шею, порождая волны мурашек и отрезвляя едва не сорвавшийся в пучину безумия разум. Возвращая с каждым сказанным словом настоящего, прежнего Верда Аллакири. Она повторяла, просила, и я, учуяв соль ее слез, не мог отказать.
Нет, это были просто слова. Никакого приказа или ментального давления, но все получилось.
Да, Верд, похоже, сегодня день невозможного.
Я неожиданно легко обернулся.
Не ломая себя.
Без борьбы и боли.
Видно, ее искренний непредсказуемый порыв удивил зверя настолько, что он беспрекословно уступил мне полную власть над телом. До меня донеслись отголоски довольного, одобрительного ворчания, точно он забыл обо всех своих страшных предложениях. А я был счастлив, прижимая к себе самого любимого человечка во всем мире.
Несмотря на затопившее сердце счастье, привычка ожидать подвоха не давала расслабиться, и я огляделся вокруг. Инстинкты и опыт подсказывали, что все и правда в порядке, вряд ли случится новое нападение. Было привычно жалко погибших. С десяток моих ребят, да и сияющие, похоже, полегли полным составом. Не бойцы – больше ученые. Я зло сжал зубы, в который раз мысленно поклявшись найти и уничтожить того, кто все это затеял.
Пока не сделаю, не смогу спокойно жить.
Не смогу знать, что чьи-то любимые, жены, дочери подвергаются подобной опасности.
Что мои жена и дети…
Я заглянул в бирюзовые, наполненные слезами глаза Льяры – заглянул в наше будущее. Больше никто не сможет встать на моем пути, даже отец. Я вдруг ощутил внутри небывалую силу и понял, что теперь смогу контролировать даже теневой источник под дворцом.
Откуда пришла такая уверенность?
Не знаю.
Похоже, со мной что-то произошло во время перехода, ведь я единственный, кто смог переместиться так близко к нейтральному источнику. Теперь я знал и то, что прежний друид-оборотник Вердерион никогда не смог бы стать императором, а Вердерион Теневой волк – сможет.
Что это, проклятье источника или дар Великой Матери? Ведь кроме меня и Даториана у отца нет наследников…
Льяра что-то почувствовала и попыталась повернуть голову, не понимая, что я смотрю в никуда, погруженный в собственные мысли. Нет, детка, я тебе не позволю увидеть все эти смерти. Хватит с тебя, моя хорошая. Я попросил не смотреть, подкрепляя слова поцелуями, пряча от всего мира в объятьях. Нужно срочно ее унести, показать лекарям. С моего появления прошло всего минут пять, но сколько до того она пробыла без одежды? Вся ледяная, и даже не чувствует.
Попробовал прыгнуть тенями прямо с места, но те не отозвались, как это и раньше бывало у источника. Ну что ж, лимит чудес на сегодня исчерпан. Нужно скорей отойти подальше.
И тут Льяра неожиданно меня поцеловала, а я ответил со всей страстью. Не мог не ответить. Подавленное волей желание вернулось с утроенной силой. На краю сознания мелькнула мысль: еще мгновение, и я возьму ее прямо здесь, на чужом алтаре, а это вряд ли хорошая идея.
Прижав стройное тело к себе крепче, спрыгнул на землю, как вдруг раздался исполненный возмущения голос лорда Ярранта.
– Что здесь происходит?! Вердерион, что вы себе позволяете?!
Советник тут же оказался рядом, буквально выдернув свою дочь у меня из рук, Оэльрио слабо пискнула от неожиданности, но, увидев отца, лишь залилась краской. Завернув дочь в свой форменный пиджак, лорд Сатем смерил меня неодобрительным взглядом и направился прочь, унося драгоценнейшее из сокровищ. Я не сдержал мрачную ухмылку. Пусть так, но больше никто не сможет мне помешать. Никто не заберет у меня Льяру.
– Дружище, с тобой все в порядке?
Голос Райда вырвал из тягучей патоки мыслей, и я развернулся, неосознанно ероша отросшие волосы на затылке.
– Эллэ, ты-то какими судьбами? – я искренне рад был видеть старого друга.
– По распоряжению советника, – он посмотрел на серое, исписанное древними рунами сооружение, невесть откуда здесь взявшееся. Перевел взгляд на спину советника, которая в тот же миг и исчезла. – Верд, ты как умудрился так попасться? Я-то думал, ты у нас идейный и вообще праведник, а ты, оказывается, самый злостный фанатик, насилующий девственниц. Хоть бы с алтаря для приличия слез!
Райд молол языком и не понимал, насколько близок к истине. Мой дружеский, но увесистый удар в плечо он проигнорировал. И мы молча направились туда, где воины носили трупы, складывая их в ряд. Я шел вдоль этого мертвого строя, мрачнея с каждым новым шагом и новым погибшим.
– Как это случилось? – поймал за рукав ближайшего воина в звании нелмана.
– Среди сияющих, что пришли ставить барьер, один оказался культистом. Он активировал какой-то странный артефакт. Нелман Гардем заподозрил неладное и был убит первым. Затем при помощи второго магического устройства – нам тоже неизвестного – фанатик разом убил тех, кто имел несчастье оказаться в радиусе десяти метров. Это все, кто с ним пришел, и пятеро наших, подоспевших на помощь. Яркая вспышка, и люди не успели ничего сделать, не спасли и защитные артефакты, но и никаких ран не осталось. Мы такого еще не видели. А потом это место накрыло куполом, внутри которого стали открываться порталы. Немного. Всего четыре. Из двух первых вышла охрана, видно, боялись, что мы сможем пробить их защиту. Культисты притащили даже алтарь, а из последнего появился их главный, с дочкой советника. Это ведь она была? – парень испуганно покосился в ту сторону, куда ушел лорд Сатем. – Эрсман, а как вам удалось оказаться внутри? – Я приподнял бровь. – Простите, вопрос неуместен – нелман поклонился.
Я кивнул, жестом показав, что парень свободен, и невольно уставился на прикрытую какой-то тряпицей развороченную грудь моего расторопного рыжего адъютанта, взгляд скользнул дальше по лицам и остановился на совсем молоденькой девчонке. Сияющая. Приятные мягкие черты, пухлые губы, светлые прямые волосы, собранные в гладкий хвост, выбившаяся прядка кокетливо упала на щеку. Можно подумать, что девочка просто уснула. Кулаки сжались помимо воли.
Тяжело терять людей.
– Она похожа на мою сестру. Пойдем отсюда, – по плечу хлопнул Эллэ, – тут без нас разберутся. Не хочу больше на это смотреть.
Жизнерадостный облик друга словно накрыла темная маска печали, даже могучие плечи опустились. Эмоциональный и живой Райд всегда тяжело переживал потери.
Я кивнул и жестом подозвал заправляющего наведением порядка здесь роймана, пока стояли, успел понять:
– Имя, ройман?
– Доран Варами, эрсман Аллакири!
– Ройман Варами, назначаю вас ответственным. Как только закончите здесь, отчет о происшествии мне на стол. Сообщите родственникам погибших и не пропустите ни одного артефакта. Если понадобится, вызовите новую группу сияющих в помощь. Смело ссылайтесь на меня. И смотрите в оба глаза!
– Эрсман! – щелкнул каблуками офицер и бросился выполнять распоряжение.
По пути мне кто-то сунул в руки форменный китель, и я с благодарностью его надел. Все же в ноябре у границ Файбарда не так уж тепло, чтобы щеголять с голым торсом. Поодаль был развернут мобильный портал, который перенес нас в Сатор-Юти. И мы направились к штабу пешком.
– Странно это все, Райд, один шаман, минимум бойцов и ни одного погонщика. Как-то выбивается из общей схемы. Будто все только ради Льяры и затевалось, – заметил я.
– И как они сумели открыть порталы к источнику? Я все больше и больше уверяюсь, что с Файбардом стоит держать ухо востро, – задумчиво ответил Райд.
– Так оно и есть, Эллэ. Уверен, отпрыск Берди прогнил до мозга костей. После учиненного лордом Сатемом обыска в поместье обнаружилось много интересного. Мне пока еще некогда было вникать, но и того, о чем рассказали, хватило.
– Нам поступил приказ задержать его, если он явится в академию.
Через час, покончив с делами, мы с другом пили крепчайший ликер «Темный огонь», развалившись на подушках в отдельном кабинете на втором ярусе «Пещеры» лучшего трактира в этом месте. «Пещера» располагалась в западной части городка и, как ни странно, представляла собой дом-дерево.
Райд слизнул сок, текущий по запястью, и впился зубами в тушку рябчика. Я расслабленно цедил по глотку прямо из горла большой квадратной бутылки черного стекла. Чуть раньше мы помянули погибших, выпили за чудесное спасение Льяры, потом по ходу разговора рождались новые тосты, вместе с которыми мысли потекли неспешнее, а в конечностях образовалась приятная слабость.
– Я усилил патрули вокруг академии и на территории, – продолжал разговор Эллэ. – Поставил по человеку в каждой ветви.
Я криво усмехнулся:
– Жалко парней.
– Чего их-то жалеть? – недоуменно уставился на меня Райд.
– Ну как же? Столько внимания с непривычки, – я хохотнул, представив, как толпы хорошеньких студенток будут сновать мимо, строя глазки. Это как минимум. – Ты их там меняй почаще, ну и пусть ведут себя осторожнее. Сам знаешь, какая ответственность с оборотников.
– Ой! Это только ты у нас такой правильный, хотя после сегодняшнего я уже в этом не столь уверен.
Эллэ легко увернулся от брошенной подушки.
– Я точно могу доверить тебе отряд? Превратишь его в «Развратников Райда», пока меня нет.
– А что? Так даже лучше звучит. «Волки Верда» как-то банально.
– Пора бы тебе остепениться. Я не мог тебя дозваться через амулет, когда это было важно. А снимаешь ты его, только когда в постели.
– Я бы и там не снимал, но ты слишком легко чувствуешь все мои мысли, командир. Время, проведенное вместе в нашей маленькой стае, немного нас изменило, – Эллэ сделал долгий глоток и слегка скривился. Я последовал его примеру, чувствуя терпкий вкус, перебивающий градус, и приятное тепло разливающееся по телу.
– Это точно, – я припомнил случай, когда это произошло впервые. – Уж очень бурный был у тебя секс, не ожидал, что ненароком приму участие, пусть и ментально.
– Да уж! Ты все мне тогда обломал, да еще я и остался виноват. Я той девчонке на глаза показаться не мог.
Я хохотнул:
– Ты хоть помнишь ее имя?
– Нет, мы вообще не были представлены.
И в этом весь Райд! Я протянул бутылку, и Райд коснулся ее своей. Снова выпили.
– Не пора ли тебе остепениться?
– Чего? – Эллэ вылупил глаза. – Не, ну я ж не ты, командир. Мне нравится то, как обстоят дела сейчас.
Я вспомнил свой инцидент с Оэльрио, хотя, конечно, его применить к другу нельзя. У него гармония со своим зверем.
– Неужели совсем никого на примете нет?
– Матушка периодически пытается меня сосватать… Да не в этом дело, Верд. Я просто еще не готов. Мне нравится все как есть.
Я улыбнулся и допил последний глоток, Эллэ тут же откупорил и протянул мне новую бутылку. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь приятным треском огня в камине. Райд что-то сосредоточенно жевал, а я обвел сытым взглядом наполненные мясом и овощами блюда. Готовили здесь и правда отменно, хоть и без изысков.
– А ты, я смотрю, определился? Думаешь, Яррант отдаст дочь за тебя? Да и у твоего отца могут быть на тебя планы.
Райд поперхнулся, когда я послал обоих сильных мира сего витиеватой фразой, позаимствованной у эрсмана Данмэ.
– Это надо записать, а то забуду, – Эллэ с уважением вылупился, и я хохотнул. – Тебя портит это место, дружище, но тебе к лицу, – он подмигнул. – Расскажи, как оно на алтаре? Хочу удивить новую подружку.
На этот раз я не стал кидаться подушками, а просто перешел тенями за спину другу и скрутил его раньше, чем он успел оказать сопротивление. Впрочем, от смеха Райд был что котенок, наверное, поэтому мне это удалось так легко.
– Женишься на ней? – спросил друг некоторое время спустя, и я кивнул. – Это будет непросто. Мне кажется, лорд Яррант убежден, что ты не лучшая партия.
– Похоже на то. Амелия после разрыва попыталась пустить слух о том, что я ее изнасиловал. Даже накатала в прессу статью, да ты помнишь. Разразился бы нешуточный скандал, если бы ее не прижали люди Сатема. А то, что я оборотник, лишь все усугубило. Вроде как остался безнаказанным, потому что принц. Мы-то знаем, что это не так, но… Отец, зная все обстоятельства, приказал выдворить ее из страны. Вероятно, она кого-то да смогла убедить. У Амелии отлично получалось изображать невинность. Неизвестно, какого рода слухи дошли до Ярранта, но видеть меня рядом с дочерью он явно не горит желанием. Впрочем, я слишком долго не обращал внимания на свои.
– Может, просто поговорите за бутылкой доброго «Темного», или чего там предпочитает Яррант? – Эллэ протянул свою, и мы чокнулись.
Я сделал глоток и поставил бутылку на стол. С хрустом потянулся, понимая, что пьян. За окном давно стемнело. Эрсман Данмэ не тревожил, а значит, все шло своим чередом. Надо отправиться к себе и выспаться. Неизвестно, когда и что фанатикам взбредет в голову, я должен быть в норме.
– Тебе пора, возвращайся в академию, Райд.
– Да, пожалуй. Проводишь до порталов?
Возвращаясь к себе, я шел пешком, с наслаждением вдыхая морозный воздух, который прояснил затуманенные алкоголем мозги. Я любовался звездами и просто был счастлив. Главное, Льяра жива, здорова и ее не оттолкнул мой зверь. Да и хорошо, что теперь она в безопасности, с отцом. Лорд Сатем не спустит с нее глаз, особенно пока Галэн на свободе. Отсиживается в Файбарде, трус. Я посмотрел на север, туда, где за горной грядой раскинулись скованные зимой земли королевства.

Глава 19

Льяра  
Я была рада, что папа пришел на помощь, хотя он и появился не вовремя. Завернув в свой форменный пиджак, отец взял меня на руки, будто ребенка. Выглянув из-за его плеча, я успела поймать улыбку Вердериона, немного злую, а еще пробирающий до мурашек взгляд, уверивший, что он не отступится. Верд Аллакири изменился или же всегда был таким?
Мимо пробежала группа оборотников, закрыв от меня любимого, и я толком не успела осознать, что творится вокруг, как отец перенес нас тенями прямо к порталам. А затем, прежде чем зеваки успели обратить на нас внимание, домой. Не спуская с рук, отнес в мою комнату и осторожно усадил на кровать. Отчего-то было неуютно. То ли потому, что на мне один пиджак, или просто эти стены стали чужими за время, пока меня здесь не было. Какие-то рюшечки и бантики, повсюду цветы и мягкие игрушки, полка с книгами. Казалось, здесь должна обитать маленькая девочка. Я никогда не придавала этому значения, проводя больше времени с лошадьми и собаками, оставив заниматься обстановкой Ханиссию. Надо бы все здесь переделать…
– Льяра, как себя чувствуешь? – поинтересовался отец, с тревогой вглядываясь мне в лицо, в этой короткой фразе скрывались все вопросы сразу.
– Так, будто меня чуть не убили на алтаре, – я нервно хихикнула. Похоже, моя психика защищается при помощи мрачного юмора. – А еще я дико замерзла – Файбард, – я воспроизвела «всеобъясняющую» интонацию Гардема, рыжего воина, который встретил нас у порталов. В подтверждение моих слов по телу пробежала очередная волна дрожи, заставив закутаться плотнее и поджать ноги.
Отец скрылся в ванной, и оттуда тотчас раздалось журчание воды. Я попыталась подняться, чтобы последовать за ним, но ничего не вышло. Замерзшие стопы отозвались болью, а еще одолела страшная слабость. Снова подхватив на руки, отец усадил меня в ванной на маленький диванчик, обитый кремовой кожей.
– Давай помогу, – он попытался снять с меня пиджак.
– Папа! Я справлюсь, вроде не маленькая! – еще не хватало снова предстать голышом перед грозным лордом Яррантом.
– Кхм, не подумал, – кажется, отец смутился. – Сейчас пришлю Ханиссию. И не спорь!
Согласно кивнула. Дождавшись, пока дверь за ним закроется, сбросила пиджак и осторожно спустилась на пол, поместив ноги в большую, вмонтированную в пол чашу, наполовину наполненную горячей водой.
Отходя, заболели пальцы, но тепло так манило, что я буквально на попе сползла вниз по трем широким, выложенным бирюзовой мозаикой ступенькам. Блаженное тепло быстро разливалось по телу, укрощая противную дрожь, которая уже утомила. Я оперлась на локти, откинувшись назад, так, чтобы вода накрыла тело. От навалившейся усталости немного закружилась голова, и я зажмурилась. Мысли ворочались медленно, я невольно разом прокрутила в голове последний момент: наш поцелуй с Вердом и появление отца. Его возмущение и холодные слова. Все, что было раньше, словно ускользало, наверное, я просто до конца осознала случившееся. Размышления прервал резкий приступ тошноты. Наверное, дурно мне от голода, я ведь так до сих пор и не съела ни крошки.
Ханиссия подоспела вовремя, выхватив меня из воды, когда я едва не потеряла сознание.
– Элья, дочка, что с тобой? Что произошло? Милорд ничего не объяснил, – пожилая няня помогла мне выбраться, поддержала одной рукой, набросив на плечи белоснежное махровое полотенце.
– Все в порядке, Нисси, просто нужно прилечь, – едва успела сказать, как меня скрутил новый приступ тошноты.
Вырвало воздухом и водой – видимо, успела хлебнуть в ванне. В голове опять зашумело и будто что-то потянуло назад.
Очнулась я на своей кровати, одетая в голубую пижаму. Рядом обнаружился перепуганный и напряженный отец, няня и мэтр Райдус.
Мне показалось, или все хором выдохнули, когда я открыла глаза? Чувствовала я себя гораздо лучше.
– Мэтр Райдус, здравствуйте! – поздоровалась я слабым голосом.
– Здравствуйте, леди Оэльрио! Ох и напугали же вы нас.
– Как долго я была без сознания?
– Не больше десяти минут, но отчего-то приходить в себя не желали.
Мне стало страшно, вдруг тот шаман на алтаре что-то со мной сделал? На оборот не было сил, а потому я просто попробовала отпустить эмпатию и… ничего не почувствовала, прямо как тогда, когда на мне было ожерелье Галэна.
– Магия. Я не чувствую энергию!
Тем временем отец и доктор переглянулись, и тот принялся водить надо мной руками.
– Ничего не понимаю, повернитесь спиной, – доктор перекинул мои волосы вперед и принялся обследовать шею.
– Простите, что вы ищете? – осторожно вмешалась Ханиссия.
– Блокирующую татуировку, как у оборотников. Иного объяснения у меня нет.
– Наверное, она чуть выше. – Ханиссия подошла и осторожно приподняла копну моих волос.
Сухие пальцы доктора коснулись основания черепа.
– Вы правы, причина именно в этом. Примитивно, но надежно. Хотя тут есть что-то еще.
– Мэтр Райдус, что со мной? – Я вновь почувствовала дурноту и слабость, перед глазами все поплыло.
– В целом вы здоровы, Оэльрио. Последствия переохлаждения я устранил в зародыше. Лорд Сатем позвал меня своевременно. Но эта штука, – его пальцы снова коснулись точки на шее, – она словно высасывает из вас магическую энергию, и от этого ухудшается самочувствие. Я подпитал вас немного, но не сразу смог понять, почему затраты так велики. У вас слишком высокий потенциал, это и сбило меня с толку. Решил, что вам пришлось его использовать по полной. Но, к сожалению, моих скромных возможностей недостаточно, чтобы сделать это снова.
Отец осторожно положил мне руку на голову, заставив продемонстрировать и ему:
– Похоже на символ культа Кровавой Луны. Точнее, он самый и есть. Мэтр Райдус, вы можете это убрать?
– Здесь нужно большее, чем способности скромного друида-врачевателя. Пожалуй, я знаю, кто справится, но вам придется отвести дочь в академию.
– Халабрия Хрост? – уточнил отец.
– О нет! Только не этот доктор! – чую, он снова выкачает из меня всю кровь.
– Оэльрио, доктор Хрост сильный маг и специалист высочайшего уровня.
Обреченно кивнула. Кажется, впервые мне не хочется возвращаться в академию.

Глава 20

Льяра  
Идти самостоятельно я не смогла. Сил не было, несмотря на подпитку доктора, а потому отец снова взял меня на руки и снес по лестнице вниз. Правда, на этот раз я настояла на том, чтобы обуться, хотя походные ботинки на толстой подошве несколько странно смотрелись с голубой шелковой пижамой, но отчего-то мой выбор пал именно на них.
Портал. Головокружение. Прыжок тенями в лазарет.
– Скорее, Хрост, помогите моей дочери! – отец, не спрашивая, водрузил меня на уже знакомую койку в смотровом кабинете.
Врачеватель, перебиравший какие-то инструменты на столике, обернулся, окинув нас пристальным, цепким взглядом.
– Лорд Яррант, что-то случилось?
Мне кажется или он совсем не удивлен?
– Вы знаете, что это, Хрост? – отец усадил меня на высокую кровать для осмотра, и я послушно наклонила голову, демонстрируя татуировку.
– М-да, ранее мне ни с чем подобным сталкиваться не доводилось, но я понял, что это. Откуда она взялась у вашей дочери?
– Культисты. Оэльрио едва не принесли в жертву, лишив возможности защититься при помощи магии.
– Это просто ужасно. – голос доктора прозвучал буднично, словно речь шла о занозе в пальце. – Но как такое могло произойти с дочерью самого императорского советника?
– Вот и мне интересно, что за бардак у вас здесь творится? То культисты нападают на абитуриентов. То первокурсников отправляют практиковаться на границу! – отец был зол, у его ног заклубились, заворочались тени.
– Лорд Яррант, пожалуйста, успокойтесь, – опасливо и чуть брезгливо покосился на них доктор. – Мы толком не знаем, с чем имеем дело, потому любое излишнее возмущение энергий поблизости нежелательно. Держите себя в руках, если не хотите осложнений, прошу вас.
Халабрия Хрост споро зашагал по кабинету, заглядывая в шкафы и подготавливая инструменты и препараты.
– Что вы собираетесь делать? – мне стало не по себе от вида парочки предметов смутного назначения.
– Оэльрио, вы действительно желаете знать подробности?
Я кивнула, больше назло врачевателю, чем из настоящего любопытства, и невольно сглотнула слюну, чувствуя, как сохнут губы от страха.
Хрост усмехнулся:
– Сначала удалю эпидермис вместе с татуировкой. Но если она проникла глубже, в чем я почти не сомневаюсь, придется изъять также и часть тканей. Здесь не просто рисунок, скорее «магическая вышивка». Хорошо, если артефакт не вмонтирован в кости черепа и позвоночник.
– Чего?! – наши с отцом возгласы слились воедино.
– Хватит! Не продолжайте. Мне больше неинтересно, – буркнула я отстраненно, а на деле хотелось завизжать.
Врачеватель усмехнулся.
– Чтобы это убрать, нужно неплохо разбираться в артефактах сияющих. Я, к счастью, поднаторел. Минуту…
Он вышел из комнаты, оставив нас вдвоем.
– Пап, – позвала я, как в детстве. – Что-то мне не по себе…
– Элья, малышка, я рядом, я с тобой.
Отец взял мою ладонь, и я притянула его к себе. Обняла, чувствуя, как родная теплая рука успокаивающе гладит спину. От такой заботы и участия я расслабилась и решилась:
– Пап, ты же можешь связаться с Вердерионом? Можно мне поговорить с ним? У тебя наверняка есть амулет вызова? Или принеси, пожалуйста, мой собственный. Он здесь, в общежитии, – в белой коробочке, что в моем шкафчике.
– Льяра… Я бы не хотел, чтобы вы с милордом Аллакири продолжали общение.
Тяжелый вздох не удалось сдержать. Началось!
– Папа, Верд спас меня, – постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно. – Не появись он в последний момент, ты вряд ли бы успел, – может, и жестоко по отношению к отцу, но правда.
– И я благодарен ему за это всей душой, о чем сообщу позже. Лично. Но вот то, что сегодня он воспользовался твоей дезориентацией, беззащитным положением и влюбленностью, навеянной его героическим образом, не поддается логике! А ничем иным я не могу объяснить увиденную картину.
– Бред! Верд меня любит, и я его тоже! – от всплеска эмоций резко закружилась голова, и я, зажмурившись, прилегла на бок.
– Элья, даже если все так, как ты говоришь, осознаешь ли ты, что он за человек? На что способен? Вердерион очень сильный оборотник, но плохо контролирует зверя, и это усугубляется со временем. До сих пор удавалось избежать беды, но никто не знает, когда произойдет очередной срыв. Милорд Аллакири искусный воин и прекрасный офицер, и за это я его уважаю, но он не партия для тебя, дочка, – отец старался говорить мягко, осторожно поглаживая мое плечо.
– Ага, конечно, – я демонстративно перевернулась на спину, отнимая руку у отца. – Для меня, похоже, только Галэн отличная партия. Просто прекрасная! Содержатель притонов, шантажист, извращенец, каких свет не видывал, да вдобавок еще и культист! Нет, папа, как по мне, так лучше уж сумасшедший оборотник. Он, по крайней мере, ценит мою жизнь.
– Извращенец?! – похоже, из всей тирады отец ухватил именно этот эпитет.
Осмелев вконец, я, не глядя на отца, ровно произнесла в потолок:
– Тебя хоть раз шантажировали на женском кресле? Принуждали к чему-либо? Угрожали насилием в будущей семейной жизни?
– Кхм… – похоже, отец не нашелся с ответом, но я чувствовала его тяжелый взгляд, который не сулил Галэну ничего хорошего, попадись ему принц, и понимала, что только предупреждение доктора заставляет его тени вести себя смирно.
– Я попрошу вас перевернуться на живот, – это вернулся Халабрия Хрост, уверенным шагом ворвавшись в кабинет и прервав наш разговор своим появлением.
– Вас долго не было, – буркнула я, переворачиваясь.
– Я консультировался с нашим специалистом-артефактором, он подтвердил мою теорию. Лорд Яррант, мне придется усыпить вашу дочь.
– Хорошо.

Резкий запах ворвался в ноздри, заставив сознание проясниться. Я открыла глаза и перехватила руку чуть раньше, чем та ударила меня по щеке. Отчего-то это поползновение так разозлило, что второй я тут же от души залепила пощечину, не разбираясь, кто именно надо мной склонился.
– Ай! За что? – раздался возмущенный возглас.
Окружающее постепенно обрело четкие очертания, и я осторожно села на койке, уставившись на конопатого парнишку-врачевателя, с которым мы вместе поступали.
– Севиндж? Ты что здесь делаешь?
– Он самый. Рад, что ты запомнила мое имя, – парень потер налившуюся краснотой щеку.
– Только имя, – я улыбнулась. – С родовым именем сложнее.
Будущий врачеватель с усмешкой кивнул, привыкший. И тут же снова посерьезнел:
– Льяра, в лазарете что-то происходит, думаю, нам стоит уйти поскорей.
Растерянный вид, взгляд, то и дело перескакивающий с моей персоны на дверь кабинета, подтверждали его слова, хотя мысль о подвохе первой пришла мне в голову. Сегодня я уже бездумно пошла за случайным провожатым и в результате оказалась на алтаре. Осторожность не будет лишней. Я спокойно спросила:
– А что случилось? – я вдруг поняла, здесь нет отца, а он бы меня оставил после случившегося только в надежных руках. – И где мой отец?
– Когда Хрост закончил с тобой, лорд Яррант куда-то вышел. Сказал, что скоро вернется, и просил доктора присмотреть.
Я невольно вскинула руку, чтобы потрогать место чуть пониже затылка, где была блокирующая татуировка, но сдержалась. Севиндж мой порыв заметил:
– Не бойся, все не так страшно. Там больше ничего нет. И никаких шрамов.
Я высвободила эмпатию и легонько прощупала парня, а он улыбнулся в ответ, послав мне мысленно воздушный поцелуй.
– И правда работает! Я снова маг! – моей радости не было предела.
– Давай руку, – врачеватель помог мне спуститься. – Голова не кружится? Не тошнит?
Я прислушалась к своим ощущениям – вроде порядок.
– Честно? Намного лучше, чем последние несколько часов. – А что случилось-то?
Парень снова покосился на дверь, будто куда-то спешил, и мне невольно стала передаваться его нервозность.
– Да ничего хорошего, – он быстро подошел к приоткрытой двери и осторожно выглянул в коридор сквозь зазор со стороны петель.
– Хрост идет, скорей! – схватив за руку, Севиндж потянул меня в примыкающее к смотровому кабинету помещение. Туда, где у доктора располагались письменный стол и шкафы с аккуратно сложенными бумагами. – Залезай! – он распахнул дверцу маленького чулана, в котором стояло пустое ведро и висели какие-то халаты не первой свежести. – Только тихо.
– Ай!
– Тсс! Подвинься.
Втиснувшись в слишком маленький для двоих закуток, мы оказались плотно прижатыми друг к другу. Чтобы скрасить неловкость, шепнула:
– Я ботинки забыла.
– Тсс! – зашипел Севиндж.
В этот момент в кабинет вошел Хрост. Мне хорошо было видно место рядом с рабочим столом, где он остановился, затем немало меня удивив, движением руки открыл потайной шкафчик в стене, который, как оказалось, прятался за видавшим виды плакатом о венерических заболеваниях. В таком месте и искать не станешь, уж больно картинки отвратные. Да и если заглянешь, то ничего не увидишь, кроме светлой древесной отделки. Внезапно до нас донеслось грязное ругательство, и доктор Халабрия, что арбалетный болт, метнулся в сторону. Что-то загремело, потом в стену аккурат под плакатом врезался мой ботинок, а следом вернулся и доктор.
Он второпях вынул из шкафа в стене штатив с закупоренными пробирками и принялся перекладывать их в металлические коробочки. Одна выпала на пол и разбилась, последовало новое ругательство. Закончив, доктор отправил все коробочки в свой портфель. И, не заботясь более о секретности хранилища, исчез из зоны видимости. Почти сразу же до нас донесся его сухой голос:
– Она исчезла! – я вздрогнула, ожидая услышать ответ, но последовала долгая пауза, и снова заговорил Хрост: – Я постараюсь, да, милорд. Конечно. Мы ее непременно поймаем. Есть запас.
Похоже, он с кем-то говорил при помощи амулета. То, что ему пришлось делать это вслух, лишь доказывало, Хрост слишком сильно взволнован и спешит, чтобы вести беседу мысленно. Выждав несколько мучительных минут, мы вывалились наружу, шумно глотая воздух. В чулане он почти закончился.
– Думал, задохнусь. Хотя был и приятный момент, – невозмутимо произнес Севиндж, который стоял, опершись руками на колени. – Я впервые за всю свою жизнь оказался настолько близко к леди.
Он выпрямился и, хмыкнув, уставился на красное пятно на полу.
Я подошла и стала рядом:
– Это кровь?
– Ага. Твоя кровь.
– Что?!
Я уставилась на Севинджа, а тот только развел руками в очередной раз:
– Я тут уже давно подрабатываю. Так. Подай-принеси. Доктор Хрост отметил мои способности, когда я не дал умереть инструктору Шардо, покоя его душе в чертогах Великой Матери. Тогда он и проникся, устроил в лазарет, а мне очень нужны деньги, Льяра. Я из небогатой семьи. Кстати, Халабрия ведь и сам из простых, ты знала? – он махнул рукой. Теперь это и правда не имело значения. – Я еще в прошлый раз заметил, что он берет у тебя слишком много крови. Пять-шесть пробирок сразу, но анализ и не думает делать. Мне показалось это странным, но я не придал значения. Мало ли как тут все заведено? А сегодня случилось что-то из ряда вон. Утром пришел один из волков Верда. Похоже, парень банально отравился. Халабрия его сразу вылечил, и тот ушел. Но, после того как принесли тебя, доктор с кем-то связался. Я в это время наводил порядок поблизости, но не услышал ни слова, разговор был мысленный – не то что сейчас. Потом в коридоре доктор Халабрия, провожая твоего отца, сказал, что тебе нужен покой и что он будет наблюдать за твоим состоянием в течение ближайших пяти часов. А сразу после его ухода Хрост снова взял у тебя кровь. И снова пять пробирок!
– Но какой в этом смысл? Зачем это ему нужно?
– Откуда мне знать? Я никогда не видел, что он с ней делает, – Севиндж пожал плечами. – Потом Халабрия отправил меня в штаб Теневых Волков с посланием для командира. Я не удержался и прочел записку. Там было сказано, что боец, тот самый, что был у нас раньше, заражен личинкой волосяного червя и что остальным следует срочно явиться и выпить снадобье для профилактики. Минут через десять все свободные оборотники прибежали едва ли не разом. Сама знаешь, если червь успеет развиться – это гарантированная смерть. Халабрия быстро всех осмотрел, и у некоторых даже обнаружил симптомы. Короче, как по мне, так просто припугнул их как следует и всучил снадобье. Все приговаривал про безответственного командира, который не то что милорд Аллакири. Сетовал на его отсутствие.
Через пятнадцать минут все уснули. А я случайно увидел в пустой мусорной корзине справку того самого воина, который приходил первым, и там было написано: «Здоров!»
– То есть доктор Халабрия, по сути, оставил академию без охраны? – мне стало не по себе. – Но Севиндж! Почему ты не пошел к ректору?!
Будущий врачеватель горько рассмеялся.
– Как думаешь, мне бы поверили? И потом, я попросту не успел. После всего что я видел, на глаза попадаться не хотелось, и я спрятался от Хроста в этом же чулане, – парень указал рукой на наше эфемерное укрытие. – Подождал, пока он уйдет, а затем привел тебя в чувство, – он снова потер щедро усыпанную веснушками щеку.
– Нужно срочно связаться с моим отцом, он нам точно поверит, – я инстинктивно похлопала по априори отсутствующим на пижаме карманам.
– Амулет ищешь? Твой отец положил его под подушку.
– А ты всегда все замечаешь?
Парень пожал плечами.
– Нет, конечно. Но сегодня старался быть особенно внимательным, – он улыбнулся.
Я проверила под подушкой, но ожидаемо ничего там не обнаружила. Потом мы вместе осмотрели стол и оба шкафа, и тоже никаких амулетов.
– Наверное, Хрост его забрал с собой, – я почему-то не удивилась. – Ладно, есть и другой, – а кроме него запасной вариант – амулет Верда в моей комнате. – Идем в общежитие.
Причин не доверять Севинджу у меня больше не было, и, осторожничая, мы выбрались из лазарета. Обуваться я не стала, если Хрост вернется в кабинет, то догадается, что я где-то рядом. Пусть лучше считает, что я уже далеко.
Готовая обернуться в любой момент, я вовсю пользовалась эмпатией, проверяя, нет ли кого за углом. Можно было, конечно, сделать это сразу, но на мне не спецформа, а обычная пижама. Если придется координировать с Севинджем действия, то я окажусь нагишом, приняв естественный облик, но что-то сегодня демонстрировать тело больше не хочется.
По пути так никто и не встретился, но в предпоследней от выхода из ветви палате явно были люди, о чем я и уведомила конопатого врачевателя.
– Это оборотники из отряда Аллакири, – пояснил он, мрачнея.
Не выдержав, я заглянула внутрь. Там вповалку прямо на полу лежали воины. Кто-то в полном боевом облачении – видать, только что из патруля, другие одеты по-домашнему. К счастью, все дышали, да и эмпатия подсказывала, что мертвецов среди них нет. Но открывшаяся картина нагоняла ужас, и я непроизвольно обхватила себя руками.
– Просто спят… – произнесла вслух, чтобы как-то развеять сковавшее оцепенение, граничащее с паникой. Ведь ясно, дело серьезное, раз дошло до такого. Это не шутки! С кем Хрост разговаривал, обещая меня найти? Могу поклясться, что это был Галэн.
Севиндж тем временем вошел внутрь. Осмотрев ближайшего воина, повернулся:
– Усыплены и вдобавок отравлены. Вряд ли доза смертельная, но неприятные ощущения обеспечены.
– Ты можешь помочь?
– Разбудить точно получится, но не уверен, что справлюсь с последствиями. Не хватит потенциала и знаний. Прежний план лучше.
Я была с ним согласна. Важнее поскорей связаться с отцом и запереться в комнате. А он уже пускай и разбирается.
– Ты прав. Нельзя, чтобы Хрост нас нашел. – Гнетущее предчувствие не отпускало, противно сжимая желудок. – Не будем терять времени!
Мы осторожно прикрыли дверь в палату и двинулись вперед. Преодолев два яруса в полной тишине, добрались до четвертого. Следующим шел мой, «земляничный», ярус, и здесь поджидал неприятный сюрприз.
В момент, когда мы преодолели половину витка, раздался истошный девичий визг, и мгновенно общежитие взорвалось шумом и криками. Несмотря на то что сегодня был первый день практики, многие студенты возвращались ночевать в академию.
Бегом преодолев оставшееся расстояние, я очутилась в нашем холле и остановилась, словно налетев на защитный периметр. Спиной ко мне, напротив первой ветви, стояли два культиста. Накидки из шкур укрывали торчащие в стороны заостренные кости. На головах – рогатые черепа, множество зловещих амулетов украшают предплечья. При этом оба в обычных штанах, как у воинов, хоть и сверкают голыми торсами, исписанными руническими знаками. Никто больше не кричал поблизости, но со стороны диванчика доносились сдавленные всхлипы, там еще трое подобных насиловали какую-то девушку. Холл делила пополам кровавая полоса, словно здесь кого-то тащили.
Я быстро сдала назад, молясь Великой Матери, чтобы меня не заметили. Зажала себе накрепко двумя руками рот, боясь даже пискнуть. Глазами показала Севинджу, чтобы тот молчал и вел себя тихо. Мы поднялись на полвитка вверх, скрываясь из виду, укрепляя ментальные щиты, чтобы никто не смог почувствовать наше присутствие, и намереваясь спрятаться у ребят. Но и выше идти было опасно. С шестого яруса отчетливо доносились звуки сражения. А снизу раздалось рычание и отдаленный истошный крик. Сердце забилось как бешеное, меня охватила паника. Что же делать?
– Великая Мать, помоги! – На глаза навернулись слезы.
Обидно! Спастись несколько часов назад, чтобы снова угодить в ту же ловушку? Как же так?!
– Это… Это… – парень в ужасе показывал пальцем в круглое окно.
Происходящее снаружи не прибавило оптимизма. Тут и там мелькали рогатые черепа, а темные пятна на траве было видно даже с такой высоты.
– Культисты Кровавой Луны, – прошептала, бессильно опускаясь на узкий подоконник.
Слезы уже готовы были пролиться, но я изо всех сил постаралась взять себя в руки. Если распущу нюни, вряд ли это поможет. Мы напряженно наблюдали, как группа преподавателей пытается организовать оборону, но их явно теснят. Чуть поодаль, окруженный со всех сторон, бился инструктор Тагрэ, безжалостно укладывая фанатиков одного за другим. Каждое его движение заканчивалось чьей-то гибелью. А двое фанатиков уже целились в него из арбалетов.
– О нет! Берегитесь! – предупреждение было излишним, Тагрэ бы все равно меня не услышал.
На лестнице раздались быстрые шаги – кто-то спускался не таясь. Мы переглянулись.
– Бежим! – шепнул Севиндж и потянул меня за руку.

– За мной! – перехватив инициативу, зашлепала босыми ступнями через холл пятого яруса.
Раздалось радостное улюлюканье. Я увернулась от чьих-то рук и, поскользнувшись, едва удержалась, чтобы не растянуться. Удержав равновесие, прыгнула вперед, принимая ипостась на лету. Навстречу бросился с распростертыми руками культист. Но вместо беззащитной девчонки в пижаме получил в объятья ирбиса. Ударом когтистых лап располосовала обнаженную грудь и, не останавливаясь, рванула дальше. Об отставшем Севиндже сейчас не думала, важнее добраться до комнаты и позвать на помощь отца.
Все двери, мимо которых пробегала, были распахнуты, и внутри некоторых комнат творилось злодейство. На пороге одной лежала знакомая девчонка-природница с перерезанным горлом, она проводила меня остекленевшим взглядом. Великая Мать, хоть бы Тилья и Кэс сейчас были в Сатор-Юти или дома – в безопасности!
Озираться вокруг стало некогда. Когда до комнаты осталось всего ничего, мне перегородили дорогу двое. И эти были не в пример осторожнее. Крупные, вооруженные кривыми ножами мужчины лишь ухмыльнулись в ответ на мою попытку их прогнать яростным шипением и демонстрацией внушительного, я надеюсь, оскала. Нервно хлестнув хвостом по бокам и оттолкнувшись посильней, перелетела через рогатые головы.
Самонадеянно.
Крепкая рука ухватила за заднюю лапу и дернула вниз. Я неловко шмякнулась о пол, и меня тут же ловко скрутили, запрокидывая голову, не позволяя пустить в ход клыки. Яростно сопротивляясь, ударом задних лап смогла располосовать одному живот. Извернувшись, впилась второму в плечо, чувствуя, как горячая кровь хлынула в рот. Хорошо, что зверь мыслит проще и не брезглив. Истошный крик показался музыкой, но я поспешила праздновать победу. Подоспевшие помощники навалились скопом, набросив на меня какую-то полупрозрачную ткань. Судя по пыльному запаху – шторы. К горлу поднесли кривой клинок, предупреждая, и я замерла, кося глазом на надвигающуюся мощную фигуру.
Это был огромный мужчина с гигантским черепом барана-реликта на башке, с нечесаными патлами, переходящими в косматую бороду. Ощетинившаяся оленьими рогами накидка спускалась по его спине до самого пола. На шее болтался символ культа Кровавой Луны. Такой же, как у Галэна. В руках он держал короткий посох, украшенный перьями и обмотанный цветными лоскутами. Темные глаза смотрели на меня не мигая, пристально, никак не давая разорвать зрительный контакт. Инстинкты вопили об опасности, и в тот же миг я закричала от боли, почувствовав, как мой ментальный щит корежит и ломает, вытаскивая наружу сокровенное.
Внезапно культист бросил одно короткое слово на незнакомом языке, и я тут же обрела истинный вид. Двое вздернули меня с пола, поставив на колени, но больше не держали. Я обхватила себя руками, скрывая наготу. В голове билась одна мысль: «Но как же так?! Он что, проделал со мной мой же фокус?»
– Льяра, нет! – голос Тильи заставил вздрогнуть, и я наконец смогла отвести глаза от странного, пугающего до жути гиганта. Тот обернулся, чтобы узнать, кто ему помешал, и один из фанатиков ударил подругу по лицу. На разбитых губах заалела кровь, и подруга вскрикнула, вскинув руки ко рту. Трясущимися пальцами прикоснулась к ушибленному месту. Встрепанные волосы, оторванный рукав на форменной блузке рассказали мне о том, что она лишь недавно вернулась с практики и даже не успела толком переодеться. Ее обступили трое, намерения которых были ясны как день. Небрежный, позволяющий жест рукой, и Тилирио на моих глазах бросили на пол, кривыми клинками вспарывая одежду. В этот момент рядом шмякнулось что-то тяжелое. Вздрогнув от неожиданности, я перевела взгляд на залитое кровью простодушное конопатое лицо.
– Севиндж!
Тилья, Севиндж, девочки, которые попались по пути. Скольким еще придется пострадать?
Не обращая внимания на наготу, бросилась вперед, чудом умудрившись вывернуться из рук не ожидавших от меня такой прыти пленителей. Главное, попасть в комнату, там я и мысленно активирую амулет, только бы сократить расстояние, прорваться.
Оборот. Прыжок.
Твердая рука ловит за шкирку в последний момент, когда лапы уже почти пересекли черту порога. Тут же отбрасывает назад к противоположной стене, словно котенка. Ловко извернувшись, умудряюсь приземлиться на четыре лапы, невольно проверяя теорию в действии, и снова рвусь вперед. Уже не в комнату, а к Тилье, не в силах смотреть, как жадные жестокие руки терзают ее тело. К тонкой изящной шее приставлен клинок, Тилирио больше не кричит, а из-под крепко зажмуренных век, не переставая, текут слезы.
Нет!
Время будто замедлилось, а восприятие обострилось. Звериное обоняние донесло целую гамму запахов, но все прочие перекрыли вожделение, пот и кровь. Эмпатия, будто молотом, давит виски чужим страхом и темным, тяжелым, как дурман, весельем. Фанатики не боятся погибнуть, и их цель – принести как можно больше страданий. Раздавшийся рядом гортанный, похожий на резкий кашель выкрик режет уши, и меня скручивает новый приступ боли, снова принуждая к обороту.
Беса тебе в зад!
Пускаю все силы на сопротивление и наношу ментальный удар. Я никогда не делала подобного в ипостаси, но неожиданно получилось. Удивленный взгляд, и предводитель отступил на шаг. Но, резко выбросив руку с посохом в мою сторону, снова что-то кричит, хотя я вижу, что ему нехорошо. Да и мне теперь не лучше. Воздуха тут же перестало хватать, я беспомощно заскребла лапами по полу, оставляя когтями глубокие отметины на полированном дереве. Перед глазами все мутнеет, а я так и не могу сделать ни единого вдоха.
Нет! Нет! Нет! Нет!
Так быстро я еще ни разу не концентрировалась. По коридору просвистел ветер, взметнув занавеси на окнах, а я не знала, куда деть столько энергии. С ужасом осознавая, что взяла гораздо больше чем нужно. Больше, чем смогу переварить. Тело словно в кипяток окунули, но зато вернулась способность дышать. Судорожно втянув ноздрями воздух, как спасенный утопающий, закричала что есть мочи. Почему-то вместо крика по коридору разнеслось громовое рычание, а сам он будто уменьшился, да и могучий культист вдруг показался мелковатым.
– Арр’тхэллэ! Арр’тхэллэ! – наперебой заорали фанатики, а я смутно понимала, что это значит.
Походя отшвырнула обидчика в сторону, тот, ударившись о стену, сполз на пол и больше не поднялся. Двое культистов, державших Тилью за руки, бросились прочь. Третий, самозабвенно вбивающий себя в ее тело, так ничего и не понял, когда я откусила ему голову. Удалось убить еще четверых, прежде чем нападавшие наконец сообразили, что делать. Собрались в группы, ощетинившись короткими мечами, пришедшими на смену кривым, похожим на серпы клинкам. Стали наступать, ловко уворачиваясь от моих когтей и парируя удары лап.
Получив порез, я стала осторожнее. Попятилась. Все же нас еще не учили сражаться в ипостаси, да и никакой брони на мне нет. Развернувшись, прыгнула к Тилье, отмечая, что со стороны холла бегут новые фанатики. Зарычав, принялась раздавать ментальные удары, но те выходили с каждым разом слабее. Похоже, энергия слишком рассеялась.
Тилирио лежала на боку, сжавшись в комочек и обхватив себя руками, пыталась прикрыться обрывками блузки.
Я лизнула оцепеневшую подругу в лицо, аккуратно подталкивая мягкой лапой в сторону комнаты: «Потерпи, милая. Попробуй нас спасти, пожалуйста». Тилирио не двигалась, явно не слыша моей мысленной мольбы. Заметив слишком смелого фанатика, я прянула в сторону, полоснув когтями. Нужно торопиться! Метнулась сама в комнату в поисках амулета, пробуя вызвать отца на расстоянии. Но то ли новая ипостась, то ли растерянность не позволили мне активировать связь. Не вышло ничего и с амулетом Верда. Назад едва успела вовремя, чтобы снова отбить подругу у культистов. Сопроводив ментальные удары безжалостными росчерками когтей, добилась успеха, и еще двое расписанных рунами фанатиков упали, корчась в агонии.
Давай, Тилья! Пожалуйста!
Подруга будто очнулась, наткнувшись рассеянным взглядом на меня, перевела глаза на трупы и неловко, на четвереньках, бросилась в комнату. Я попятилась, закрывая своим телом ее и проход. Тилирио зашарила по постели, потом по коврику на полу и наконец выудила амулет из-под кровати.
– Лорд Сатем! Лорд Сатем! Лорд Сатем! – кричала она не переставая, и я почувствовала, как что-то вокруг меняется.
Позади стремительно сгустились тени, и в их сердце возник разъяренный отец. Обвел взглядом разгромленную комнату и рыдающую Тилью с разбитым лицом и в разорванной одежде и остановился на мне.
На всякий случай выскочила в коридор, раскидывая новой серией ментальных ударов, сгрудившихся поблизости и явно что-то замышляющих культистов. Там народу только прибавилось, и в меня тут же полетела световая сеть. Она развернулась в полете, похожая на гигантскую паутину, сверкающую золотыми нитями. Но прежде чем я ощутила ее обжигающее прикосновение, меня накрыла густая тень. Ловушка с тихим шипением растворилась, осев золотистой пыльцой на пол. Стало заметно прохладнее.
Из комнаты шагнул отец. Грозный Теневой маг материализовал в обеих руках по тонкому клинку-катане. Короткое движение кисти, и один из них, превратившись в хлыст, выстрелил вперед, словно кобра в броске. Ближайший фанатик схватился за горло и, еще не понимая, что его голова рассталась с телом, осел на пол, а советник уже возник за спиной у второго. Исписанную рунами грудь мечи пронзили насквозь, но лорда Сатема больше не было на прежнем месте, он сеял смерть в рядах врагов, стремительно сокращая их число. Аура страха, которая его окружала, заставляла культистов цепенеть, а непредсказуемые перемещения создавали ощущение, что он повсюду. Те, у кого защита оказалась покрепче, бежали, полагаясь на кричащие о смертельной опасности инстинкты.
В душе поднялась волна ликования.
Это мой отец! Грозный лорд Яррант! Теневой маг! Вам конец!
Испустив победный рык, от которого вздрогнуло Древо, принялась гонять запаниковавших культистов, не давая сбежать от возмездия. Вдруг недалеко от входа в ветвь мелькнуло знакомое лицо.
Доктор Хрост! Мерзкий предатель!
Халабрия Хрост, увидев, что здесь творится, попятился и дал деру. Нельзя позволить ему уйти, он должен ответить, кому и зачем нужна моя кровь! Я бросилась следом, но путь заступили двое. Эти не казались столь перепуганными, как те в коридоре. Из-под огромных черепов сверкали мрачной решимостью глаза с расширенными, как у кошки в темноте, зрачками. Эти культисты отличались от своих собратьев, они были такие же, как тот страшный, который заставил меня обернуться.
Прижав уши, я зашипела, яростно хлестнув длинным тяжелым хвостом по бокам.
Команда раздалась хором, но, вопреки ожиданию, наизнанку не вывернуло, лишь неприятное ощущение заставило встать дыбом шерсть и разозлило еще больше, заставив невольно уступить бразды правления зверю.
Видимо, фанатики слишком понадеялись на свои способности, а потому не дали толкового отпора. Одного я убила сразу, вряд ли он успел понять, в чем дело. Второй умудрился распороть мне бедро похожим на серп клинком, который больше подходил для того, чтобы резать горло беззащитным пленникам, но не для защиты от зверя-реликта. Он последовал за первым. Арр’тхэллэ не испытывал сомнений и действовал на инстинктах, а те подсказывали, что добыча уходит.
Доктор-предатель зачем-то остановился, и мне потребовалось ровно два прыжка, чтобы настичь и ударить в спину. Хрустнули под клыками позвонки, заглушив тихий шелест светового портала. Меня ослепило сияние, заставив сузиться в щелки зрачки, а следом я ощутила, как под лапами пропала опора.

Глава 21

Тилья  
Полное, всепоглощающее безразличие – это все, что я сейчас ощущала. Казалось, это не я лежу на полу, съежившись, посреди коридора, оскверненная и растоптанная. Чувствуя, как правит боль в каждой клеточке. Может, если закрою глаза покрепче, будет легче представить, что это все лишь страшный сон и ничего не было?
Иллюзия. Все только иллюзия.
Вряд ли я когда-либо смогу забыть этот ужас. Да и наступит ли это «когда»? Не превратится ли в «никогда» сразу за резким движением кривого ножа?
Горячий шершавый язык наждаком обжег разбитые губы, заставив вернуться в кошмар, который так и не закончился. Огромная кошка, куда больше и мощнее привычного ирбиса, скаля гигантские клыки, металась вокруг, не подпуская ко мне адептов культа Кровавой Луны. А это именно они, нет сомнений.
Как и в том, что кошка – это Льяра.
Отголосок облегчения омыл прохладой душу, ведь я видела, как ее тоже схватили. Хорошо, что подругу не постигла моя судьба. Страх затопил с новой силой, когда арр’тхэллэ снова метнулся в сторону, а я увидела сколько вокруг фанатиков.
Лучше смерть, я не вынесу, если они снова до меня доберутся!
Села и попыталась прикрыть саднящую грудь обрывками блузки, каждое движение головы отдавалось болью в порезанной шее, в животе полыхал костер, а губы опухли. Соображалось плохо, я не понимала, что делать дальше. Путь к бегству отрезан. Хаотично перескакивающий по перекошенным лицам взгляд неожиданно наткнулся на моего одногруппника Севинджа. Самый толковый парень среди первокурсников страшно гордился тем, что его пригласили подрабатывать в лазарет. Теперь он лежал у стены и не двигался, безвольно сложив по швам умелые руки, а его светло-рыжие волосы, слипшиеся от крови, закрыли лицо.
Ком в горле стал безразмерным, грозя меня задушить сдерживаемыми рыданиями. Я отвернулась и увидела, как Льяра, оставив меня одну, заскочила в комнату. Ко мне тут же со всех сторон ринулись фанатики. Мой визг слился с разочарованным, полным отчаянья рыком, и я в ужасе прижала руки к ушам.
Льяра успела вовремя, заставив нападавших отпустить. Всплеск адреналина принудил мозг к работе. Я вдруг поняла, что могу кое-что сделать.
Не думая о разошедшихся обрывках блузки, не обращая внимания на боль, пульсирующую внутри и резкую в растянутых связках, я на четвереньках поползла в комнату. Нужно добраться до амулета лорда Сатема и вызвать помощь. Я же собиралась это сделать, даже почти успела, но выронила его от неожиданности, когда портал открылся прямо посреди комнаты и трое ухмыляющихся культистов схватили меня. Испугавшись, я не сумела воспользоваться им на расстоянии. Он где-то здесь, на кровати. Я судорожно шарила по смятому покрывалу трясущимися руками, то и дело оглядываясь.
– Бесы! Да где же?! – слова смешались с рыданием.
Краем глаза я наблюдала, как Льяра, стоя в дверях, огрызается, но что мешает фанатикам проделать прежний фокус с порталом и появиться у нее за спиной? Вздрагивая и каждую секунду ожидая, что вот-вот посреди комнаты кто-нибудь появится, я залезла на кровать и просунула руку между ней и стеной. Вон он! Амулет вызова завалился в самый угол, черный плоский камень почти не было видно, а узкий зазор не позволил достать, пришлось спуститься на пол и лечь на живот. Наконец пальцы нашарили цепочку, и я, вытянув амулет советника наружу, сжала его в руке.
– Лорд Сатем! – я снова и снова, заливаясь слезами, кричала вслух имя, вложив в него всю надежду, страх и пережитое горе.
Теневой маг пришел.
Длинные черные волосы, непокорные простому, перехватившему их в хвост шнурку, развевались сами по себе, безо всякого ветра. В руках тут же возникли два тонких теневых клинка-катаны, а следом невесомым плащом во все стороны потянулись тени. От разлитой в воздухе энергии побежали мурашки. На одно долгое мгновение мы встретились взглядами, и суровые резкие черты еще больше ожесточились.
– Арр’тхэллэ? – кажется, советник не на шутку удивился, провожая взглядом, мелькнувший в дверном проеме пятнистый хвост.
– Это Льяра, – предупредила я на всякий случай.
Лорд Сатем исчез и тут же возник в коридоре, а меня мягкой прохладой коснулись тени, будто успокаивая, унимая боль, обещая спасение. Снаружи разразилась битва, враги завопили от ужаса. Мне не хотелось на это смотреть, но и сидеть здесь одной было невыносимо. Я задышала глубже и медленнее, успокаивая себя несложным приемом, приправленным толикой энергии. Затем сосредоточилась, посылая еще порцию туда, где было особенно нехорошо, залечивая повреждения, сращивая поврежденные ткани. Меня хватило только на то, чтобы подняться, не морщась от боли, да убрать синяки с лица.
Выглянув в коридор, увидела, как арр’тхэллэ выбегает из ветви.
– Куда это она?
Я вернулась в комнату, раздумывая, не запереться ли на всякий случай? Но, вспомнив, что это не помогло и все двери почему-то оказались открыты, не стала. Поблизости все равно не было больше ни одного живого культиста. Похоже, и во всей ветви тоже. Лорд Сатем со всеми разделался и теперь сражался у самого выхода в холл. Я наблюдала за его стремительными движениями с ужасом и толикой восторга, какой-то новой частицей себя радуясь каждой новой смерти.
Но вдруг что-то случилось. Воздух замерцал, пространство исказилось, как это бывает при переходе порталами света, оттуда появилась целая толпа новых фанатиков. На советника обрушился град магических ударов. Цепные молнии, шары, плети – это только то, что я могла распознать. От них не отставали обычные клинки, норовя пробить брешь в теневой защите.
Что-то грохнуло, и я от неожиданности свалилась на пол, едва не ослепнув и зажав уши руками. Когда решилась посмотреть, увидела, как вокруг открываются все новые порталы, рассыпаясь реликтами и погонщиками, о них недавно рассказывал Кэсси, и я их узнала. Жив ли еще брат? Об этом даже страшно было думать, я вознесла молитву богине, прося ее о защите. Советник вертелся волчком, то и дело исчезал и появлялся за спинами врагов, разя их безжалостно, будто походя, но число их не сокращалось. На одного убитого приходилось двое новоприбывших, а из холла бежали новые. Сатем задрал вверх голову и заорал что есть мочи:
– Ханимус, скотина, где ты?!
Похоже, что-то случилось, и Теневой маг не мог больше перемещаться. Я прижалась к стене, сжимая побелевшими пальцами амулет вызова, который хоть и надела на шею, но так и не выпустила из рук. Мои губы сами шептала: «Держитесь, лорд Сатем, только держитесь, пожалуйста!»
Почувствовав движение сзади, обернулась. Ничего страшного, просто девушка из соседней комнаты, растрепанная и избитая, а чуть поодаль – еще одна. Радуясь, что есть выжившие, продолжила наблюдать за битвой. Пока на нас не обращали внимания, но идея спрятаться не так уж и плоха.
Махнула девушкам, чтобы прятались, вернулась в комнату и уже почти заперла за собой дверь, как вдруг взгляд наткнулся на Севинджа. Парень так и лежал вдоль стены, и я поняла, что не могу его тут бросить. Тихонько вышла наружу, пригибаясь, пересекла коридор, двинулась к нему вдоль стенки, замирая и вздрагивая. Шаг. Другой. Оказавшись рядом, опустилась на пол, накладывая ладони ему на голову.
Жив!
Я всхлипнула от облегчения. Севинджа хорошенько огрели, но других повреждений я не заметила, да и не место проводить осмотр, лучше продолжить в комнате, пока нами кто-нибудь не заинтересовался. Энергия жизни, так щедро потраченная Льярой, немного восстановилась, и я смогла наскрести капельку, чтобы залечить рану и привести одногруппника в сознание. Доктор, застонав, открыл глаза. Пару раз моргнул, фокусируясь, и произнес хрипло:
– Нэпингтон, у тебя потрясающая грудь!
– Придурок! – Я стукнула его по лбу и тут же испугалась: – Ой, прости! Можешь встать? Нам нужно в комнату!
Севиндж завозился, пытаясь вытащить ноги, придавленные телом убитого Льярой культиста. В этот момент послышалось утробное рычание. Вскинув голову, я уперлась взглядом в огромного медведя. Он шел к нам не спеша, а рядом вразвалочку топал ухмыляющийся погонщик, мощный и косматый, похожий на своего подопечного. Я не могла определить, кто из них меня пугает больше.
– Давай ударим чистой! Подпитай, насколько сможешь, Тил!
Севиндж уже вскочил на ноги, готовясь к атаке, и по команде я отдала все, что смогла предложить, напрочь забыв про какую-то там разницу в потенциалах и технику безопасности. Медведь мотнул головой, взвиваясь на задние лапы. Это конец! Нам нечего больше им противопоставить. Я попятилась и упала, меня пытался поднять Доктор. Медведь, заревев, бросился вперед.
– Ханимус, твою мать! – из-за спины погонщиков раздался рык Ярранта. – Дети гибнут!
Внезапно я захлебнулась от хлынувшей отовсюду чистой силы. Глаза Севинджа округлились.
– Блок! Ставь блок! Это источник! – кажется, он орал мне в ухо, но я словно оглохла.
Медведь заснул, его туша грохнулась мне под ноги. Я судорожно вцепилась в руку одногруппника, не в силах двинуться с места, наблюдая широко распахнутыми глазами, как оседают на пол культисты один за другим. Были и такие, кто пытался сопротивляться, но недолго. Внезапно передо мной возник лорд Сатем в окровавленной белой рубашке со старомодными рюшами на рукавах, отчего-то мой взгляд так и зацепился за эти дурацкие рюши.
– Где Элья, Тилирио?
Его руки осторожно сжали мои плечи, почему-то от этого прикосновения головокружение усилилось. Образ советника расплылся от навернувшихся слез. Заваливаясь навзничь, я судорожно вцепилась в рубашку лорда Сатема, а он подхватил меня на руки, не давая упасть. Сморгнув слезы, наткнулась на исполненный тревоги взгляд светло-серых глаз.
– Не знаю, – наконец смогла ответить на заданный вопрос. – Она выскочила из ветви чуть раньше.
Подскочивший к нам крупный волк заставил вздрогнуть, но тут же превратился в Райда Эллэ, с ним прибыла и группа мрачных преподавателей, несколько воинов, из-за их спин появились целые и почти невредимые ребята. Аслан, Парами и Кэсси.
– Как ты? – брат забрал меня из рук советника. – Спасибо за сестру, милорд!
Голос Сандра звучал с надломом, а поклон скрыл блеснувшие в уголках глаз слезинки. Было страшно за его челюсть, так крепко Сандр стиснул зубы.
– Не стоит благодарностей, я их не заслужил, – ответ советника отдался эхом в моей голове.
У Кэсси из рук меня выхватил Парами, поставил на ноги, что-то бормоча, принялся гладить, заставив застыть, точно статуя. Оцепенение спало, когда он попытался меня поцеловать. Слишком свежи были воспоминания о случившемся, чтобы подобные ласки воспринимались нормально.
– Не тронь меня!
Толкнула его в грудь и, шатаясь, забежала в комнату. Кое-как удерживаясь на ногах, добралась до кровати, забилась в уголок, зажмурилась, закрыв лицо руками.
– Они это сделали с тобой, Тили-ли? – раздался рядом тихий голос Кэсси, кровать прогнулась под весом брата. – Джентор, уйди! – рявкнул он так, что стены затряслись. Заботливая рука погладила по плечу, легонько сжала. – Все кончилось, сестренка. Я здесь. Прости, что не мог прийти раньше, их было слишком много…
Всхлип. Второй. Не в силах больше держаться, я расплакалась.
– Поплачь, поплачь, милая, – брат продолжал осторожно гладить, и я, вскочив, заключила его в объятья. – У тебя что-то болит? Эй, лекарь, тащи сюда свою задницу!
Моей головы осторожно коснулись чьи-то руки, унимая истерику, погружая в тягучее безразличие. Затем осторожно прошлись по телу, хорошему врачевателю не обязательно видеть повреждения, достаточно их почувствовать.
– Спасибо, Севиндж. Кэсси, я хочу вымыться, – голос прозвучал ровно.
Не задавая вопросов, брат аккуратно взял меня на руки и отнес в ванную. Усадив на маленький пуфик, открыл воду, щедро добавив ароматной пены из первого попавшегося пузырька.
– Я буду здесь рядом, прямо под дверью, сама справишься?
Молча кивнув, дождалась, пока та закроется.
Вода быстро наполнила глубокую чашу, накрывая тело теплым одеялом, а я никак не могла поверить, что все закончилось, и то и дело поглядывала на дверь, убеждаясь, что она закрыта. Что на пороге не стоит исписанное рунами одуревшее страшилище. От синяков, оставленных грубыми руками и зубами, почти ничего не осталось, спасибо Севинджу, но для меня они все еще здесь. Перед глазами сама по себе возникла картина того, о чем я не хотела помнить.
Я не хочу это помнить! Не хочу жить с этим! Не хочу…
Странное безразличие и наведенное спокойствие позволили сделать то, на что я почти решилась. Вода сомкнулась над головой, а я, очистившись от мыслей, просто слушала биение собственного сердца.
– Ты что творишь?! – меня выхватили чьи-то руки, закутали в белое пушистое полотенце. – Эй, парень!
– Да, милорд, – раздался голос Кэсси.
– Следи за ней лучше! – прямые брови сурово насупились. – Больше не смей! – это уже мне.
Советник передал меня брату из рук в руки, а я смотрела и не могла оторвать взгляда от светло-серых, с неестественной темной обводкой зрачков, расширенных в гневе.
Внезапно мне стало стыдно за столь малодушный поступок.
– Лорд Сатем, простите! – прошептала уже в удаляющуюся спину.
Советник достиг порога, но услышал и вернулся, а я, высвободившись из рук Кэсси, шагнула навстречу.
Лорд осторожно отвел мокрую прядь моих волос и посмотрел в глаза. Долго, пытливо. Брови нахмурились, дернулись и застыли желваки, напряглись мускулы, превращая постаревшее разом лицо в непроницаемую маску:
– Сможешь ли ты  простить меня, девочка? – голос звучал почти ровно, но я все равно уловила всю гамму горечи и вины, которую не в силах был скрыть мужчина.
Без труда поняла, в моем лице он извинился перед всеми, кто уже не станет прежним после пережитого. Советник снова попытался покинуть комнату, но я схватила его за руку раньше, чем он успел сделать шаг, и, прежде чем поняла смысл своего дерзкого поступка, провела рукой по его груди. Щедрый поток энергии жизни, льющийся от моей ладони, такой мощный, какого я и не ожидала, не оставил от глубокой раны и следа. Лорд Сатем взял мою руку и, коснувшись губами подушечек пальцев, сжал, благодарно кивнув:
– Спасибо, – осторожно выпустив мою ладошку, оставил нас наедине с Кэсси.
– Тили-ли, хочешь чаю? – брат протянул мне кружку.
Поставив ее на стол, отошла к кровати и, отбросив полотенце, надела халат. Вернувшись к столу, сделала большой глоток травяного настоя.
– Что у вас там случилось? – указала глазами вверх, имея в виду ветвь Кэсси.
– Если вкратце, в нашу ветвь ворвались культисты. – Я нахмурилась, и брат поспешно продолжил: – Мы, как могли, организовали оборону, но, похоже, напавших мы особо не интересовали. Они просто перекрыли выход из ветви и, укокошив парочку храбрецов, весьма однозначно дали понять, что не нужно и пытаться выбраться. Из этого напрашивался вывод, что где-то что-то происходит. Теперь я понимаю – здесь. Им нужны были девушки-друидки. Парни, у кого имелись амулеты, стали связываться с родными, но просто так на территорию академии не попасть, а портальный комплекс они заблокировали.
– Но фанатикам удалось использовать порталы! Они появились прямо здесь – посреди комнаты! Как это случилось и как им удалось отпереть все двери?
– Они хорошо подготовились. Райд Эллэ весьма удивился, когда не смог вернуться порталом. Он использовал один из стационарных за защитным периметром и открыл проход, чтобы проникнуть внутрь. А здесь его ждал новый сюрприз. На территории академии уже шло сражение, но ни одного бойца своего отряда он не увидел, зато обнаружил обороняющих подступы к Древу преподавателей. Уверенные, что внутри безопасно, они стояли не на жизнь, а насмерть, не ожидая удара в спину, и никак не могли понять, отчего ректор не вступает в битву. Пробившись к ним, Райд сунулся внутрь и, мгновенно оценив обстановку, понял, как они ошиблись. Организовав магов в отряды, он пробился наверх. Один из таких отрядов добрался до административного яруса, где и обнаружили полумертвого Ханимуса Каррэ.
– Кто-то чуть не убил ректора?! – от удивления я едва не подавилась чаем.
– Это сделал проректор Пай, – ответил Кэсси, старательно хлопая меня между лопатками. – Еще до того, как здесь началось светопреставление. Оно и верно, ведь иначе Каррэ смог бы почувствовать сигналы Древа и задействовать силу источника для защиты академии. Оглушенного Ханимуса обнаружил лорд Сатем, когда пришел разбираться насчет нашей практики в Сатор-Юти, и ректор попросил найти предателя как можно скорее, пообещав, что сам справится и защитит всех, но он поздно понял, что не может подключиться к источнику. Тем временем люди советника перехватили проректора в одном из приграничных городков, когда тот стремился попасть в Файбард. Странно, что у него не было при себе ключа от мобильного портала, и добирался он таким дурацким способом. Отец Льяры его допросил, трус быстро раскололся и сдал нанимателя – это Галэн, принц Файбардский.
– Почему я не удивлена? – мне стало страшно, в чьи руки могла попасть Льяра. И страшнее вдвойне от того, что неизвестно, где подруга сейчас.
– Доктор Хрост был его сообщником, – продолжил Кэсси. В любом случае Пай на допросе поехал. То плакал, то радовался, что все равно слишком поздно, и что академию уже не спасти, а источник сменит хозяина и окрасится в красный, что бы это ни означало.
– Звучит как бред, но, похоже, культисты в это верят… – я припомнила обрывки фраз, которые бормотали фанатики, словно исполняя какой-то ритуал.
– Яррант вернулся, когда Эллэ и преподаватели находились вместе с Ханимусом, он же и обнаружил блокировку на шее. Осерчал очень, даже врезал Ханимусу разок, хоть тому и так недолго осталось. Но, по сути, ректор едва не пролюбил источник. Оставшийся без хозяина, тот стал бы легкой добычей для кого-то достаточно сильного. Следовало срочно что-то предпринять. Советник сказал, что у Каррэ блокировка, как у Льяры, что бы это ни значило, и что удалить ее может Хрост, но он предатель. Добавил, если Оэльрио погибнет, то он самолично сровняет Древо с землей вместе с преподавателями. Среди тех, кто остался в академии, не было ни одного друида, и близко равного ректору по мощи, а потому придумали выход – слияние. Для этого Каррэ поместили внутрь сердца Древа, предварительно грубо удалив блокировку. Надо отдать ему должное, он справился с непростой задачей. Смог не раствориться в источнике, принять и использовать его энергию. Ректор усыпил культистов и животных по всему Древу и вокруг него. Хотя некоторым все равно удалось активировать порталы и уйти. Пока все это происходило, мы смогли прорваться наружу и наткнулись на отряд во главе с Эллэ, вместе с которым отбили портальный комплекс, чтобы императорские войска смогли попасть на территорию академии. А потом оказались здесь.
– Откуда ты все это знаешь? – я так увлеклась рассказом, что не заметила, как допила вторую кружку чая.
– Из обрывков разговоров, случайно брошенных преподавателями фраз, да и Райд по пути кое-что рассказал, как парню своей сестры, – Кэсси подлил мне еще ароматной заварки, плеснул кипятка. – Хорошо хоть, Кассандра решила провести эту ночь дома…
Я передернулась, понимая, что и природницу ждала бы моя участь.
В незапертую дверь осторожно постучали, а потом она приоткрылась.
– Можно?
Это был Джентор, и я кивнула, доставая с полки чистую кружку.
Парами молча сел рядом, извлек из-под куртки бутылку имперского и, открутив крышку, налил до самого края.
– И мне, – брат допил остатки одним глотком и грохнул своей рядом.
– Посплю, пожалуй. Вы только не уходите, – внезапно почувствовав жуткую усталость, я встала.

Глава 22

Льяра  
Ночь. Снег. Темно-синяя горная гряда на горизонте, перед которой простирается равнина, укутанная снежным, серо-голубым в темноте покрывалом. Приходит мысль, что воспринимаю цвета без искажений, как если бы была человеком. За спиной стеной встают деревья, густо пахнет смолой и хвоей. Морозный свежий воздух, очищая, приятно обжигает легкие, вырывается облачком пара и оседает на усах. Я где-то на севере, скорей всего, в Файбарде, только здесь уже царит зима в это время года.
Рядом, словно грязная куча, валяется тело Хроста, пятная снег темной кровью и портя своим видом умиротворяющую картину. Звериная ипостась мешает нормально думать, но инстинкты кричат, что опасно оставаться на месте. Ведь не просто так предатель переместился именно сюда? Наверняка его должны встретить.
В теле происходят ощутимые изменения, я больше не арр’тхэллэ, а обычный ирбис – чувство такое, что сменила парадный наряд на старую, разношенную, но жутко удобную одежду. Кстати, насчет одежды – нельзя становиться собой, голышом я быстро замерзну, а вот в образе зверя довольно комфортно, густой мех защищает и греет получше иной шубы, я совсем не чувствую холода. К тому же в ипостаси смогу передвигаться быстрее.
Бегу прочь, но уже спустя несколько метров понимаю, мои лапы не слишком приспособлены для передвижения по рыхлому снегу. Останавливаюсь в раздумьях и осматриваюсь. Если пойти на юг, то рано или поздно попаду в Эрессолд, да только вот насколько поздно?
Из уроков географии помню, Файбард имеет вытянутую форму, но как далеко я нахожусь от его южной границы? Много ли дней пути выдержу, не выходя из ипостаси? В памяти всплыли строки учебника, повествующие о том, как легко застрять в зверином обличье навечно. Для расчета примерного времени даже особая формула существует. Брр! Значит, во время пути придется регулярно становиться человеком. Да оно бы и ничего, если б не мороз. Об опасностях Чащи сейчас постаралась даже не думать.
Размышляя, потрусила вдоль кромки леса – по естественному углублению между двумя заносами. Вскоре деревья отодвинулись влево, а передо мной раскинулось огромное пространство, которое я определила, как скованное льдом озеро. За озером виднелись шпили и башенки настоящего замка, совершенно непохожего на наши имперские поместья. Замок располагался на возвышении, прямо на каменистых подступах горной гряды, выдающейся далеко в сторону от основного массива на севере. И даже с такого расстояния было понятно, что он огромен.
Опасаясь, что меня оттуда заметят, юркнула под сень деревьев. Нет, до него, конечно, очень далеко, но уж слишком много я сегодня увидела, чтобы не понимать, какие магические разработки могут невзначай оказаться у местных. Вздохнув, прокляла свою беспечность. Что стоило спрятаться за отцовскую спину? Обернуться собой и вызвать Верда? Пусть бы с Хростом разбирались мужчины, зачем мне-то это было надо? И главное, теперь что делать?
Зверь не умеет распускать нюни, как человек. Зверь действует, повинуясь инстинктам. Новая идея показалась рискованной, но в то же время вполне реальной.
Нужно подобраться к замку поближе и порыскать в окрестностях. Уверена, неподалеку обязательно обнаружится городок или деревенька, где есть портальный комплекс для общего пользования, не требующий особых ключей. Стоит попробовать им воспользоваться и перенестись если не в империю, так в Сатор-Юти, что, по сути, располагается на территории Файбарда, а там – Верд. Если повезет, то утром я его увижу. Этот план показался надежным. Все лучше, чем бездумно плестись куда глаза глядят и неизвестно на что надеяться.
Стараясь не терять замок из виду, я продолжила двигаться вдоль кромки леса, следуя всем поворотам и изгибам. Месяц стремительно перемещался по небосводу, свидетельствуя о том, как бежит время. Несмотря на все мои старания, я умудрилась обо что-то порезаться, кроме того, саднили раны от клинков на лапах, но залечить их самостоятельно я не сумела. От голода желудок скрутило в узел, напоминая о важности плотного завтрака, а также своевременных обеда и ужина. Признаться, я дико устала. Все же кошки больше спринтеры, а длительные переходы не для них.
Когда обогнула озеро, местность пошла в гору, но замок ни на йоту не приблизился. Так и маячил на прежнем месте, правда, теперь далеко справа, почти за спиной. Нет, не успеть мне к рассвету. Придется сделать передышку. Я поискала подходящее место и забралась в нору, образованную осыпавшейся из-под корней почвой нависшего над оврагом дерева, свернувшись калачиком, прикрыла лапой нос. Сон пришел мгновенно.

Меня разбудили легкие поцелуи в висок.
Не открывая глаз, сладко потянулась, ощущая уют мягкой постели, приятную тяжесть одеяла и тепло согревающего тела за спиной. Не осознавая, где я, спросонья решила, что я попала в Сатор-Юти. А может, мне вообще все приснилось?
– Верд, – я радостно повернулась.
– Не угадала, – на меня с довольной улыбкой взирали фиолетовые глаза принца Файбардского.
Я стремглав слетела с кровати и, не удержав равновесия, расстелилась на огромной белоснежной шкуре реликта-медведя. Перевернулась и отползла подальше, пока не уперлась спиной в ножку кресла. Попытка принять ипостась провалилась, как и попытка воззвать к эмпатии, а принц, одетый в одни лишь тонкие клетчатые домашние штаны, неспешно слез и направился следом.
– А-а! – он покачал пальцем. – Не выйдет, я не настолько глуп, чтобы позволить тебе использовать магию.
Я вскинула руки и обнаружила широкий ошейник. В душе мутной лужицей разливалось отчаянье, когда же этот кошмар закончится?
– Галэн,  пусти!
– Нет, – он хмыкнул. – Ты и здесь, на коврике, отлично смотришься, киска.
Я только сейчас сообразила, что на мне нечто соблазнительно-прозрачное и белое, едва оставляющее простор для фантазии.
– Чего тебе надо? Неужели стоило нападать на академию, только ради того, чтобы меня похитить?
– Не только. Но не пытайся выведать мои секреты, – он вдруг задумчиво посмотрел в потолок. – А впрочем, почему бы и нет? – на красивом лице расцвела обворожительная улыбка. – Пожалуй, я расскажу, пусть хоть кто-то оценит всю гениальность моего плана. Ты ведь никому меня не выдашь?
Судорожно пытаюсь придумать, что же делать. Может, стоит его задобрить? Не спорить, не сопротивляться? Улучить момент, оглушить и попробовать сбежать? Найти какое-нибудь оружие, освободиться от ошейника, что запирает магию?
– Обдумываешь план побега? – Вздрогнула. – У тебя на лице все написано, – пояснил принц свою догадку. – Попробуй, конечно, но, если я раскрою твой план, будешь наказана. Договорились?
Галэн отошел к окну и отодвинул занавеску.
– Насколько я помню, ты даже в ипостаси не умеешь летать, – он с милейшей улыбкой изобразил рукой падение с высоты, сопроводив характерным свистом.
И из его протяженности я сделала вывод, что она немалая.
– Вообще, пора бы нам обсудить условия твоего проживания. Будешь вести себя как следует, выполнять все мои приказы, и твоя жизнь может оказаться вполне сносной. Этот чудесный коврик перейдет в твое полное распоряжение. Я сам его убил, – Галэн указал рукой на шкуру. – Иногда ты сможешь спать и на кровати. А если нет… – три быстрых шага, и принц рядом. – Пойдем-ка, покажу кое-что. – Рывком он поднял меня на ноги, прижался виском к моему виску, больно притиснув за талию. Куснул щеку, заставив шарахнуться. – Сладкая! – Тут же резко отстранил, молча осматривая. – Но сейчас важнее расставить приоритеты. – Все это выглядело странно, Галэн будто договаривал вслух мысленную фразу. – Видишь ли, мои планы чуточку нарушили. Я тебе по пути расскажу.
Он потащил меня за собой, и я едва поспевала переставлять ноги, стараясь на всякий случай запомнить дорогу, насколько позволяло рассеянное и подавленное паникой сознание. Из-за идиотской болтливости мне показалось, что принц одурманен. Что-то подсказывало, что договориться не получится.
– А! – он будто опомнился. – Ты же спросила про культистов? – охотно начал рассказ. – Отчасти это и мое детище. Я оказал разрозненным и загнивающим в своем невежестве кланам финансовую поддержку, местами выступил идейным вдохновителем, – Галэн потряс у меня перед носом висящим на шее символом культа Кровавой Луны. Тем самым, который я обнаружила в его комнате или точно таким же. – Симпатичный? – не дождавшись ответа, продолжил: – Нашел союзников не из повернутых. Ты думаешь, я только и делал, что развлекался? Нет, я работал! Не все курицы, которых я трахал, мне были интересны. Нет, но у многих, помимо куриных мозгов и толики никчемных способностей, имелись отцы, братья, дядюшки, которые могли быть мне полезны. Киска, – он приложил к груди ладонь и остановился, – ты не поверишь, на что готовы люди, если намекнуть им, что именно их дочурка имеет все шансы стать королевой. – Принц криво усмехнулся. – Вот чего я не учел, так это излишнего рвения отдельных фанатиков.
Галэн досадливо тряхнул волосами и замолчал, подняв глаза к потолку. Я могла поклясться, что он борется со слезами. Проморгавшись, заглянул мне в лицо и проникновенно прошептал:
– Я ведь чуть не потерял тебя у источника! Хорошо, этот твой Вердерион подоспел вовремя. Я его не выношу, но за это благодарен. Честно. Я и не знал об этой самодеятельности одного из вождей. Пай, это который проректор в академии – ну ты в курсе, наверное? Так вот, он по моему приказу подделал документы на практику, но замешкался, тупая скотина. В группе должны были оказаться сплошь друидки вместе с тобой. Хороший шанс умыкнуть одну незаметно. Все решили бы, что тебя бросили в источник, как и прочих, никто не догадался бы искать…
Галэн снова замолчал, словно утратив нить разговора.
– Но ты представляешь? – Мы снова двинулись вперед по длинному коридору. Доверительно заглядывая мне в глаза, принц продолжил: – Эти идиоты ведь и правда верят, что, насилуя и убивая носительниц энергии жизни, приносят угодную богине жертву? И что за это она подарит им особенный «красный» источник, из которого смогут черпать энергию все без исключения! – Он удивленно поднял брови. – Нет, только представь!
На всякий случай я даже кивнула, соглашаясь. С психами лучше не спорить, а Галэн точно того. Теперь я в этом не сомневаюсь.
– Как думаешь, зачем ты мне? Ну кроме того, что я хочу с тобой позабавиться? – он внезапно остановился, прижав меня к стене, и я зажмурилась, чувствуя, как он нюхает мою шею. – А ведь меня не отпускает с того самого дня, когда ты побывала здесь на ужине. Да-да, ты уже была здесь вместе с отцом и своим ручным волком.
Вздрогнув, открыла глаза. Это что же, мы в замке принца Файбардского?! Великая Мать, хоть бы Верд догадался или папа.
Принц не улыбался, а его лицо было совсем близко, и я затаила дыхание, стараясь не моргать и не шевелиться. Не встречаться взглядом. К счастью, он не стал меня целовать, лишь провел большим пальцем по нижней губе. Затем встряхнулся.
– Продолжим после. Там, в кабинете, – снова дернул и потянул меня за собой. – Кстати, твоя кровь – это нечто!
– Что это значит? – подобравшись так близко к разгадке, я не удержалась от вопроса.
– Увидишь.
Мы спустились по крутым ступеням, прошли еще одним коридором и очутились в каких-то казематах. Здесь не было прежней роскоши и удобства. Только покрытые изморозью каменные стены, такой же пол и сводчатый потолок. Изо рта вырвалось облачко пара. Босые ноги закоченели, да и в полупрозрачной накидке впору нежиться под теплым одеялом, но не разгуливать по подвалам древнего замка.
– О! Замерзла? – спросил Галэн участливо. – Хочешь обниму? – Я снова попробовала отодвинуться подальше. – Ну и ладно, все равно сделаю это позже, если захочу. Смотри, – он указал пальцем.
В огромном зале с высоким потолком, куда мы попали, стояли ряды клеток. Отсюда я даже не видела, где они заканчиваются. Некоторые пустовали, но чаще в них кто-то обитал. И еще я заметила странную закономерность – здесь были сплошь кошки. Рыси, реже пантеры, обычные домашние вроде Аркенч, камышовые, леопарды, даже львицы – это только те, которых я охватила взглядом. При нашем появлении животные забеспокоились. Кто-то протяжно завыл – именно на вой было похоже обреченное мяуканье, кто-то ощетинился и зашипел.
– Я тоже рад вас видеть, девочки! Вот, встречайте, привел пополнение, – он указал рукой на меня, а я вдруг поняла, что у всех животных на шее ошейники. Страшная догадка заставила застыть в жилах кровь – это оборотники. И снова Галэн без труда понял, о чем я думаю: – Ага, друидки. Все без исключения. Кошек я забираю в зверинец, остальных культистам, для ритуалов. Все при своих.
– Зачем? – едва прошептала дрожащими губами. – Что они тебе сделали?
– Сейчас покажу, – мы свернули налево и подошли к какому-то устройству, напоминающему уставленный пробирками стол. Он взял одну и протянул мне. – Догадываешься, что это такое?
– Кровь? – сомнений не было, да и обоняние подсказывало то же самое.
– Ага, – легко согласился сумасшедший. – После несложной обработки она позволяет любому человеку, даже немагу, некоторое время управлять животными. Думаю, ты знаешь о погонщиках? Это Хрост придумал. Светлая голова. Жаль, что ты его прикончила. Фанатики не в курсе, как я это делаю, но я убедил их, что это воля богини. Кровавая Луна наделяет кровь друидок силой. Представляешь, верят ведь, дурачье! Но твоя кровь гораздо интересней. Она позволяет управлять оборотниками, – Галэн счастливо улыбнулся. Будешь плохо себя вести, подберем тебе здесь уютную клетку.
Мы двинулись обратно, но когда уже почти добрались до выхода, сидящая в ближайшей клетке львица бросилась вперед, протиснув лапу через прутья, и попыталась полоснуть принца. Тот не растерялся и перехватил ее, потянув сильнее, заставил оборотницу заплакать.
– Смотри сюда! – его голос прозвучал жестко. – Смотри! – я послушно приблизилась, обхватив руками плечи. – Будешь царапаться, вырву тебе коготки, киска! Предпочитаю мягкие лапки.
Я в ужасе не могла оторвать взгляда от изуродованной лапы, на которой отсутствовали первые фаланги пальцев вместе с когтями. Омерзительно! Жестоко! Бесчеловечно! Наконец Галэн выпустил львицу, и та, неуклюже прихрамывая, проковыляла в дальний угол, вмиг растеряв боевой настрой. Я видела наполненные влагой глаза и мокрые дорожки, и не смогла сама сдержать слез.
– Ты чудовище! Монстр! Чтоб ты сдох! Чтобы тебя лесные бесы драли без остановки! – забыв об осторожности, набросилась на принца с кулаками, пытаясь применить все свои навыки.
– Ох, ты меня так легко заводишь. Пожалуй, хватит экскурсий. Я и так слишком долго откладывал.
Я визжала и отбивалась, пока он волок меня по коридорам. Орала, звала Верда и папу, молилась, сыпала проклятья на голову принца. Потом ему это надоело, и он, перекинув меня через плечо, зашагал быстрее. Удары кулаками в широкую тренированную спину не приносили ему никакого вреда, но я била снова и снова, лишь бы больше не плакать.
– Галэн, ты почему ее в зверинце не оставил? – холодный мелодичный голос заставил меня замереть. Я изогнулась и выглянула из-за спины принца.
Амелия! Я так и знала.
– Приве-ет! – безупречная блондинка, картинно наклонившись вперед, помахала, словно ребенку.
– Сука! – я попыталась плюнуть ей в лицо.
– Никаких манер! В зверинце ей самое место. Куда ты, вообще, ее тащишь?
– Куда надо! Ты все сделала?
Мне кажется или Галэн недоволен?
– Да, можешь не беспокоиться, – Амелия очаровательно улыбнулась. – А вот твои фанатики снова опростоволосились. Древо так и не захватили, зато потеряли Хроста и Пая. Пай, впрочем, никчемность, жадная до денег. Расходный материал, давно пора было от него избавиться, а вот Хрост…
Она развернулась и, картинно виляя бедрами, направилась дальше.
– Зато она здесь! Этого достаточно! – принц встряхнул меня, доказывая правоту своих слов.
А я переваривала услышанное. Амелия в этом тоже замешана, и у них не все гладко.
– Пришли, – Галэн отворил дверь уже знакомого мне кабинета, и я в ужасе уставилась на кресло.
Собрав в кулак всю волю, развернулась, заставив себя положить ему руки на грудь.
– Галэн, пожалуйста, пойдем лучше в спальню. Я все поняла, я буду послушной. Только не здесь в первый раз. Я прошу!
Хоть бы он согласился! По пути я обязана что-то придумать. Попробую притвориться, что сломалась, и огрею его чем-нибудь, как планировала. Должно же мне повезти, наконец? Мой взгляд лихорадочно шарил по обстановке.
Мне показалось или принц задумался? Потом сморщился.
– Старая шлюха! Весь настрой сбила, гадина! Садись, – он присел и похлопал рядом по кушетке. Я сделала, как он просил. – Представляешь, эта дрянь думает, что сможет подчинить источник. Могу поклясться, она туда и направилась. Решила, что я окончательно сбрендил и не подозреваю о ее планах, но у меня есть козырь – это ты. Слыхала легенду про нейтральный источник и девушку королевской крови? Только Амелия ошиблась. Она бастард одного из тандоронских корольков, хоть и кичится происхождением. Источник ее не примет.
– Ты хочешь, чтобы я подчинила для тебя источник? – у меня забрезжила мысль о спасении. – Поспешим, мы должны ее опередить! – вскочила, хватая Галэна за руку. Главное, отсюда выбраться. – Ну что же ты? Скорее!
Принц хитро рассмеялся.
– Во-первых, Амелия не выйдет из замка, но пока об этом не знает. Нужно же мне кого-то обвинить в убийстве своего отца. Думаю, так и не ставшая женой любовница на эту роль вполне подходит. А во-вторых, ты же не думаешь, что я и правда сумасшедший? Завладей ты нейтральным источником, и он примет окраску энергии жизни. И что будет первым, что ты сделаешь? – я молчала, признавая справедливость догадки. – Убьешь меня. Я бы поступил на твоем месте так же, – уважительно кивнул принц. – И все же ты меня заводишь!
Хмурое выражение красивого лица снова сменила счастливая улыбка, я напряглась, готовая драться не на жизнь, а на смерть, не задумываясь о шансах.
– А хочешь еще секрет? В конце концов, мы уже достаточно близки, чтобы ты это знала. Когда я впервые попробовал твою кровь, то ненароком очутился у источника. А что? Иногда я лично принимаю участие в ритуалах, надо же показать последователям, что я одной с ними веры. Так вот, в тот раз источник заговорил со мной. Я понял, что мы сможем поладить, только нужно больше крови. Сейчас мы немного расслабимся, а потом мне сделают переливание, и я ненадолго стану девушкой королевской крови.
Я попробовала зацепиться за эту мысль.
– Но если мы развлечемся, ты не станешь девушкой!
Принц хохотнул:
– Как видишь, Амелию это не слишком волнует. Да и хороший друид сможет легко все исправить, но как мне кажется, это вообще все домыслы, – он снова алчно на меня посмотрел, – но кровь на всякий случай возьмем заранее.

Глава 23

Верд  
Благостное настроение внезапно сошло на нет, сменяясь тревогой. Я лежал в постели и никак не мог уснуть, мои мысли все время возвращались к Льяре. Не покидало ощущение, что что-то случилось. Промучившись без сна едва ли не до рассвета, я решил наплевать на все и вызвать Эллэ. Друг ответил мгновенно.
– Райд, что-то мне неспокойно. Как у вас?
Эллэ ответил одним словом, ярко характеризующим текущее положение дел как критическое. Краткий пересказ заставил подскочить с постели. Льяра пропала! Моя девочка снова в опасности! Моих способностей хватило, чтобы разогнать метаболизм, самостоятельно избавившись от похмелья. Оделся я еще быстрее.
– Лорд Сатем!
– Вердерион? – мысленный отклик исполнен усталости.
– Почему вы мне ничего не сказали?! – я орал вслух, давая выход эмоциям. – Как вы могли ее потерять?! Вы… – на ум приходило много слов, как назвать советника, но среди них не было приличных и за каждое пришлось бы извиниться впоследствии.
– Моя дочь исчезла из академии, и никто не видел куда. Ее ищут по всей империи, все службы стоят на ушах. Блокированы порталы, отряды Мая Эллэ прочесывают Чащу, но пока все без толку.
– Неужели нет никакой наводки? Амулет?
– Она снова без амулета. Один парнишка утверждает, что видел, как Льяра гналась за Хростом, но в академии доктора нет, скорее всего, тоже ушел порталом.
– Это все, что знает ваш парень?
– Нет. Еще он утверждает, что принцу Файбардскому зачем-то нужна ее кровь, похоже на бред, но мы пытаемся выяснить, как обстоят дела в Файбарде. Не выходит отправить людей в посольство – порталы заблокированы, а при последнем сеансе связи наши люди передали, что их пытаются взять под стражу. Напрямую с Яртом Берди тоже никак не удается связаться. Думаю, там что-то случилось.
– Вводите войска!
– Это будет означать вторжение. Император пока не готов. Арендолл и Тандорон будут против.
Разумом я это понимал, но сердце требовало действия. Не прощаясь, прервал связь.
– Я сам попробую, – произнес в пустоту комнаты.
Пожалуй, начну с замка Галэна, он не так далеко от Сатор-Юти. Беспокоила защита, по крайней мере, в портальную залу соваться точно не стоит, я вспомнил потрескивающий от напряжения воздух, но невозможно же поддерживать такой уровень во всех помещениях. Вздохнул поглубже, решаясь, и выглянул в окно – там неумолимо светлело небо.
Отбросил эмоции, не время для них. Только помешают задуманному. Аккуратно прикрыв дверь, вышел на улицу. Пошел, побежал, на ходу обращаясь. Мерзлая земля замелькала под волчьими лапами. Быстрее! Быстрее! Прыжок, и в тенях исчез раал’гар.

Это было больно.
Так больно, что я охрип от собственного крика. Казалось, с меня живьем сдирают кожу, и я едва мог сосредоточиться, чтобы укрыться тенями. Шерсть пылала белым светом, но как такое возможно, ведь я соткан из тени? Продираясь через мощнейшую защиту замка, в какой-то момент я едва не опустил руки, и лишь одна мысль заставляла держаться: «Я обязан спасти любимую!»
Вывалился из ниоткуда на пол и скорчился в позе эмбриона. Когда боль немного ослабла, утер идущую носом кровь и со второй попытки поднялся на четвереньки, пытаясь остановить мельтешащую картинку. Странно было то, что я снова был человеком, и когда только успел сменить ипостась? Обернуться снова не получилось. Не хватило силы, нужно бы подождать, пока энергия восстановится. Со стоном поднялся, понимая, что принял верное решение. Передо мной была знакомая по незадавшемуся ужину дверь, а за ней я сразу почувствовал Льяру. Ее страх и паника придали сил, и с одного удара я вышиб преграду.
– Галэн!

Глава 24

Льяра  
Кровь вытекала по капле, наполняя третью по счету пробирку. Сил на борьбу совсем не осталось, я ведь так ничего и не ела. Галэн без особого труда приковал к столу мою руку тем же хитрым устройством, что использовал на жутком кресле, и я отрешенно наблюдала, с каким вожделением он смотрит на бордовую жидкость, покидающую мои вены. Как подрагивают его пальцы, как двигается кадык, когда он сглатывает слюну. Порой принц совершал какие-то дерганые движения плечами. И наконец не выдержал.
– Достаточно на сегодня. У нас еще есть время.
Я очнулась и вздрогнула, когда он, судорожно схватив одну из пробирок, залпом выпил содержимое. Увидев мою реакцию, довольно улыбнулся и пояснил:
– Поиграем? Я позволю тебе обернуться, и посмотрим, что будет? – еще каких-то пятнадцать минут назад эти слова подарили бы мне надежду, теперь же было почти все равно. Кажется, я устала бояться и плакать. От всего устала. – Э-э! Так дело не пойдет, киска, – возмутился принц. – Активная ты мне нравишься больше. – Галэн освободил мою руку и подхватил с кушетки: – Пересядь-ка.
Осознав, что меня поднимают на кресло, я разом сбросила апатию. Зло сцепив зубы, принялась молча дубасить ненавистного принца.
– Так-то лучше!
Щека загорелась от пощечины. Вторая вырвала вскрик и едва не лишила ориентации.
– Ну что ты уже хочешь? – Тонкая ткань затрещала под сильными пальцами, но тут произошло то, чего никто не ожидал.
С грохотом вылетела дверь, раздался разъяренный рык:
– Галэн!
От удара принц Файбардский отлетел в дальний угол, увлекая за собой столик с инструментами. Металлический поднос звякнул о пол. А я, не отрываясь, жадно смотрела на Верда, пока его фигура не смазалась – это слезы застили глаза.
– Верд, Вердерион! Любимый!
Он пришел! Он нашел! Он заберет меня отсюда! Спасибо тебе, Великая Мать!
Я сползла с кресла и спряталась за ним. Передо мной сражались воины, и лучше не попадаться им под ноги. Оба обнаженные до пояса, отлично сложены. Каждый по-своему красив. Но лицо одного выражает безумие, а у второго явно проступает маска боли. Штаны на Верде как будто тлели, и только теперь я обратила внимание на не до конца регенерировавшие ожоги на спине и плечах.
Ему нехорошо! Это было видно по напряженным мышцам.
– Вердерион! – шепнула, зажав себе рот, чтобы не отвлечь.
В этот момент Галэн поднялся, и в его руках возникли световые клинки. Верд шагнул назад и чуть присел, материализовывая свой – теневой. По тому, что он был только один, я поняла – дела плохи.
Мужчины обменялись серией стремительных ударов. Небезрезультатно. Оба тяжело дышали, но Галэн явно чувствовал себя сильнее.
– Зачем ты пришел, волчара? Я тебя не звал! – принц ухмыльнулся. – Думаешь, меня победить здесь? В моем доме?
Верд ничего не ответил. Нанес удар первым. И снова началась схватка. Все летало и падало, разбиваясь. Рассыпались бумаги, звенело стекло, хрустя под ногами. Клинки одинаково хорошо кромсали плоть, кожу и дерево, превращая в труху обстановку в столь маленьком пространстве. Я сжалась под вмонтированным в пол ненавистным укрытием.
Внезапно клинок Верда исчез.
– Что, не хватает силенок?
Галэн выставил световой меч вперед и сделал выпад, пугая. Верд покосился, встретившись со мной взглядом.
– Льяра, беги! – вдруг выкрикнул он, бросаясь на принца, и я увидела, как из его спины вышел сотканный из света клинок. Запахло паленым. Подавив крик, я на четвереньках ринулась к выходу, раня руки об осколки. Что-то блеснуло, и я, вставая, успела схватить скальпель. Рванула со всей силы. Нужно опередить Галэна, спрятаться и снять ошейник. Может, за это время любимый сможет пройти тенями к лекарям? Я уверена, его еще можно спасти, если поторопиться. Главное, обмануть, увести принца подальше, попробовать оглушить ментальным ударом или превратиться в арр’тхэллэ и откусить ему голову.
Влетела в обеденную залу, ту самую, и юркнула за портьеру. Стараясь унять сбитое дыхание, принялась яростно пилить толстую кожу ошейника. Кажется, мне удалось сделать это почти наполовину, когда меня обнаружили.
– Ку-ку! А что это мы здесь делаем?
Я ударила, целясь в горло, но Галэн дернулся, и инструмент воткнулся ему в плечо. Поднырнув под руку, я почти успела выскочить в коридор, но меня безжалостно толкнули. Налетев на косяк, стукнулась виском и упала. Было больно, закружилась голова, но я попыталась уползти в сторону. Галэн не дал этого сделать, перевернул на спину и уселся верхом, прижав мои руки за головой к полу.
– Попалась, сладкая! – влажный язык обслюнявил щеку, заставив содрогнуться от отвращения.
– Не смей! Трогать! Ее! Урод!
Позади принца появился Верд. Сдавив горло принца удушающим захватом, вздернул насильника на ноги. Из живота Галэна показался конец теневого клинка и рывками двинулся снизу вверх, будто танцуя под каждое упавшее молотом слово. На губах Галэна вздулся кровавый пузырь, но он продолжал смотреть на меня, улыбаясь.
Я поспешно отползла в сторону, не отводя взгляда от жуткой картины.
– Амелия… – пробулькал он. – Кровавая Луна… Их богиня…
Его глаза погасли.
Верд отбросил труп принца в сторону и, хромая, поспешил ко мне, зажимая рану в боку рукой. Я вскочила навстречу, заключая его в объятья, помогая сесть.
– Я сейчас! Я что-нибудь придумаю! Потерпи. – Губы любимого беззвучно шевелились, едва слышно, но я разобрала слова. – Я тоже тебя люблю! Сильно-сильно! – мою речь прервал непрошеный всхлип, заставив зло утереть слезы. – И ты не умрешь! Не позволю!
Бросилась было обратно в кабинет. Тут точно должно найтись что-то подходящее. Антисептик, бинты, но меня неожиданно и крепко схватили за руку.
– Поцелуй меня, пожалуйста, – синие глаза смотрели с такой безграничной тоской.
Единым порывом упала на колени рядом, приникла к его губам, обнимая, ероша на затылке волосы, гладя любимое лицо. Чувствуя, как меня сжимают в объятьях, и едва не тая от этого ощущения. Внезапно руки Верда стали слабеть, затем и вовсе бессильно упали. Он так и остался сидеть, привалившись к стене, дышал, но сознание его покинуло.
– Нет, Верд! Нет!
Удар по щеке не возымел эффекта. Лужица крови на полу под любимым увеличилась втрое. Рванула в кабинет, ругая себя за то, что поддалась и потеряла время. Бинты нашлись, и, как сумела, я остановила кровь, но этого было явно недостаточно, необходим толковый лекарь. Нужно срочно позвать на помощь. Пока я здесь не видела слуг, но не думаю, что они обрадуются, обнаружив мертвого хозяина. Нужно срочно что-то делать.
Я нашла еще один скальпель и, стоя перед маленьким круглым зеркалом в разгромленном кабинете, освободилась от ошейника, с отвращением бросив на пол белую полоску кожи. Судорожно принялась рыться в столе в поисках чего-нибудь полезного и вдруг вспомнила про незаметную дверь позади кресла, через которую в тот жуткий вечер ушел Галэн. Вдруг за ней есть что-то, что мне поможет?
За дверью обнаружился уже знакомый коридор. Здесь мы проходили, когда принц вел меня в зверинец. Обернувшись ирбисом, стремглав его преодолела, поднялась на несколько витков по бесконечной лестнице и по въевшемуся в плоть запаху обнаружила спальню Галэна, где сегодня проснулась. Дверь была не заперта, а внутри явно ощущалось чье-то присутствие. Отпустив эмпатию, без труда опознала Амелию.
– Входи! – женщина вдруг повернулась.
Прятаться не было смысла, и, приняв человеческий облик, я вошла внутрь. Мой взгляд сразу наткнулся на коробку с ключами от мобильных порталов. Та с откинутой крышкой лежала на кровати, а один из ключей Амелия сжимала в руке.
– Галэн идиот. Он должен был запереть тебя в клетке, – блондинка досадливо покачала головой. – И вот что вышло.
– Что ты задумала?
– О! Просто иду к своей цели. Может, оденешься? – красотка, мило улыбнувшись, бросила мне халат, явно принадлежащий принцу.
Я не стала ловить, позволив черной шелковой ткани кляксой раскинуться у ног.
– Мне и так хорошо, – отвлекаться не хотелось, инстинкты кричали об опасности.
– Как хочешь, – фаворитка Берди усмехнулась.
Я сделала осторожную попытку приблизиться. Наверняка в коробке есть подходящий ключ, я отсюда видела аккуратно сложенные рядами продолговатые плоские ключи от световых порталов.
– Замри! Еще шаг, и мне придется сделать тебе больно, – Амелия обворожительно улыбнулась, хищно сверкнув белоснежными зубами, контрастирующими с алой помадой.
Отчего-то я ей сразу поверила. Выставив вперед руки, показала, что не собираюсь нападать.
– Пожалуйста, Амелия, Верд… Он умирает, помоги нам. Нужно позвать доктора.
Амелия расхохоталась.
– У меня свои планы, и спасение бастарда Аллакири в них не вписывается. Думаешь, меня волнует судьба бывшего жениха?
– Жениха?!
– Да-да, мы собирались пожениться. Не знала?
Слова дались мне нелегко, но стоило уцепиться за любой шанс, чтобы спасти Вердериона:
– Тогда неужели это ничего для тебя не значит?
– Я никогда не любила его, а вот он, уверена, и сейчас любит, – она усмехнулась. – Но ты права. Не значит. И никогда не значило.
Всплыли слова Галэна: «Кровавая Луна». Неужели именно Амелия – создатель культа? В отличие от Галэна, она не выглядит сумасшедшей, хотя и замешана во всем и точно так же виновата в смертях невинных, погибших во время нападений. И во всех кошмарах, которым подверглись украденные девушки. Она ведь знает о том, что творится в подвале, но продолжает «идти к своей цели».
В душе поднялась злоба. Похоже, это отразилось и в глазах, или меня выдали непроизвольно сжавшиеся кулаки?
– Ненавидишь? Ревнуешь ко мне своего волка? – превратно истолковала мои эмоции блондинка. – Хочешь совет? Забудь о мужчинах. Они все – только средство. Считают себя самыми сильными и умными, но думают членом. Все без исключения. Короли, императоры, принцы, фанатики… Кстати, и Вердерион твой тоже. Но, если подпитывать их веру в себя, можно многого добиться. Я хотела лишь трон, но теперь стану богиней.
– Богиней? Зря я думала, что только Галэн с ума сошел.
– О! Я этому лично поспособствовала. Магия крови, – Амелия сказала это так буднично. – Не веришь? А зря. Скоро все поверят, а у меня будет свой источник, королевство Файбард и безграничная власть!
Я нанесла ментальный удар слишком поспешно, красотка отлетела в сторону, но и только. К тому же коробка упала и амулеты рассыпались. Взъерошенная голова появилась из-за кровати.
– Ошейник! Ты сняла его! – ее тут же окутало золотистое сияние перехода. – Но раз ты здесь, значит, Галэн убит? Ха! Спасибо, что сделали грязную работу. Увидимся!
Вспышка света резанула по глазам. Я тут же бросилась к рассыпанным ключам, но как теперь понять, который из них мне нужен? Никаких особых отличительных знаков – каждый как две капли воды похож на другой, разве что сочетания букв разнятся.
– Нет! Нет! Нет! – казалось, время утекает сквозь пальцы.
Вдруг я увидела, что в коробке остался один, а пометка на ячейке гласила: «НИ». Нейтральный источник? Хоть бы это было так!
– Л… Льяра! Нашел!
– Верд!
Бледный и осунувшийся, он едва стоял на ногах, держась за косяк. Я бросилась к любимому, не давая упасть. Осторожно усадила на пол.
– К-куда ты ушла? Я так испугался, что Амелия тебя убьет. Боялся, не хватит сил спасти…
Он снова устало закрыл глаза.
– Помолчи, у меня ключ-портал! Сейчас мы уйдем отсюда и найдем врачевателя, все будет хорошо, – я обнимала, гладила, осыпала покрытое испариной лицо поцелуями.
– П-подпитай меня. Сумеешь?
Уставилась в синие, померкшие от боли глаза.
Бесы! Какая же я дура! Нужно было сразу это сделать. Это его не вылечит, но поможет продержаться. Не выпуская из объятий, я ментально вдохнула, втягивая всю доступную энергию жизни, и влила ее мощным потоком любимому. В какой-то момент немного испугалась, что могу переборщить, но вдруг поняла, что и половины потенциала не восполнила. Руки на моей талии разом окрепли, дыхание стало ровнее, и заговорил он теперь почти нормально:
– Спасибо, котенок. – Верд взял меня за запястья. – Послушай, Льяра, сейчас я преобразую энергию жизни в энергию теней, и мы перенесемся в Сатор-Юти. Дальше не получится, но ты сможешь вызвать отца и…
– Преобразуешь? – перебила я.
Я смотрела на Верда и чувствовала какой-то подвох. Преобразование увеличивает затраты энергии втрое, мы это проходили на занятиях Гоффа. И раз оно вообще потребовалось, значит, вокруг критически мало энергии нужного вида. А Верд вряд ли переживет переход, если понесет еще и меня.
– Но тогда ты не выживешь?
Грустная улыбка застыла на его губах.
– Не думай об этом.
Мне захотелось ударить его по лицу и одновременно прижать к груди.
– Не думать об этом? Верд, ты дурак? У нас есть порталы – я потрясла ключом. Много порталов!
– Ты красивая, когда злишься. Я тебя люблю.
Его странный, внимательный взгляд и печальная улыбка заставили меня вспомнить, что я раздета, и смутиться.
– Закрой глаза!
– Ну уж нет!
И правда, стоило что-то накинуть, прежде чем делать переход. Я осмотрелась в поисках чего-то подходящего. В спальне ничего, кроме халата принца Файбардского, не нашлось. Укуталась в него, морщась от отвращения, чувствуя ставший ненавистным запах.
– Я не знаю, куда они ведут, но мы возьмем их с собой, – стянув с подушки наволочку, стала спешно сгребать в нее рассыпанные ключи, все до единого. Какой-нибудь да подойдет.
– Готово! – присела рядом, заключая Верда в объятия, и сжала ключ-портал в кулаке. Несколько мгновений ничего не происходило, и я разволновалась: – А как ими пользоваться?
Верд нашел силы усмехнуться.
– Давай сюда.

Глава 25

Окрестности нейтрального источника, Сатор-Юти, бывшая территория Файбарда 
– Эй, леди! Постойте! Эй!
Женщина невероятной красоты, одетая не по погоде в белое летящее платье, оставляющее открытыми плечи, не обращая внимания на предупреждающие выкрики часового, проследовала мимо блокпоста. Легкий поворот головы да ослепительная улыбка полных алых губ – единственная реакция, которой они добились.
– Леди, поймите, сюда нельзя! – присоединился к первому воину второй, неспешно выходя из-за укрепления. – Здесь может быть опасно!
Симпатичный бравый оборотник-медведь, крепкий и мужественный, уверенный в собственной неотразимости, повернулся и подмигнул товарищу-теневику, который беспечно замер, наблюдая, как более расторопный напарник настигает странную гостью. Летнюю пташку, залетевшую в сей суровый край, видно, по ошибке. Наверное, у какой-нибудь богачки случился бзик. Захотелось взглянуть на нейтральный источник, и она сбежала от своего богатенького хахаля. Ну ничего, впереди защитный периметр, который только утром в спешном порядке установила новая группа световиков, присланная взамен погибших, а дальше – деревянная стена, которую непонятно зачем заставил выстроить эрсман Аллакири.
– Миледи, вам лучше вернуться, – воин-оборотник аккуратно, но уверенно взял женщину за локоть. Та остановилась, не поворачивая головы. – Позвольте предложить мой китель, здесь хо… – он не успел договорить.
Резкое движение изящной руки, и послышался сухой треск. Крупное тело, пролетев добрые пять метров, ударилось о бревенчатую стену блокпоста и кулем сползло на землю. Даже отсюда молодой теневик понял, его напарник мертв.
Затем женщина что-то выкрикнула и побежала вперед.
– Тревога! Красный! – заорал воин, и сигнал одновременно продублировался на амулеты вызова всех, кто охранял периметр.
На такой случай приказ был один. Теневик схватился за стационарный арбалет-болтомет и принялся с тихим стрекотом выпускать металлические болты странной гостье вслед, но женщина продолжала двигаться, не обращая на это никакого внимания. Ни один болт не попал в цель, меняя траекторию еще на подлете. Мимо, глухо топая лапами, пронеслись три отряда волков-оборотников. Теневик оставил арбалет в покое и взялся за лук, но выпущенные одна за одной стрелы просто сгорели, не долетев до нарушительницы.
– Сучка сияющая! – выругался воин и сплюнул, а затем, повинуясь инстинктам, прыгнул тенями в сторону. – Бесы дери!
Там, где он только что стоял, разворотив укрепление, разочарованно шипела рысь-реликт. В глазах животного плескалось знакомое безумие, а со всех сторон сбегались все новые. Целая армия обезумевших хищников, среди которых нет-нет да и мелькали рога лося. Разъяренный медвежий рев смешался с рычанием. Голосили все на разные лады, кто как мог, создавая жуткую какофонию. Через пару мгновений охраняющим источник воинам нашлось чем заняться. Теневик, опередив пришелицу, перенесся за защитный периметр и побежал к окружающей источник стене – дальше портироваться не было возможности. Забравшись на самый верх под покатый скат крыши, защищающий от нападения сверху, он признал, что идея Аллакири не столь уж бесполезна. Не все звери смогут ее преодолеть, да и люди, пожалуй, тоже.
– Все, птичка, песенка спета! – обрадовался было он, наблюдая в смотровую щель, как нарушительницу настигли оборотники.
Но дальше начались странности. Раздался резкий гортанный выкрик, и все волки разом повалились на землю, будто их дернули за передние лапы. Корчились, истошно визжа, скребли мерзлую землю лапами. На мордах выступила пена. Теневик смотрел, не в состоянии отвести взгляда от страшной картины.
Пятнадцать парней! Пятнадцать, мать ее, парней!
Он столкнулся взглядом с красавицей, и та искривила губы в улыбке. Взмах рукой, и к теневику, словно рой лесных ос, направилась стайка маленьких шаровых молний, но, разбившись о мигнувший защитный барьер, они рассыпались искрами, а за плечами нарушительницы уже взвились новые, готовые метнуться к цели. Пространство вокруг пошло темными пятнами, из порталов появились теневики. Молнии тут же сорвались с места, атакуя, а красотка приняла боевую стойку, материализуя в руках световые клинки.
– Сияющая, да еще и боец?! Вот это невидаль!
Молодой теневик, затаив дыхание, наблюдал за развернувшимся сражением и где-то в глубине души жалел, что не может прямо отсюда перейти ближе, чтобы присоединиться. Едва взошедшее солнце, с трудом пробившись сквозь сплетенные высоко над головой кроны мрачных лиственниц, осветило пространство вокруг дерущихся, обещая погожий морозный денек. Воин инстинктивно ощутил всю красоту момента, стремясь запомнить, впитать это мгновение. Что-то подсказывало мужчине, это может быть последнее, что он видит в своей жизни.

Глава 26

Льяра  
Мы вывалились из портала посреди леса, но я отчего-то без труда поняла, где именно мы находимся, хоть и не была здесь ни разу. Из-за деревьев доносились крики людей и животных, звуки сражения.
– Верд? Вердерион?
Любимый снова потерял сознание. Я его немного подпитала, но без особого успеха, в себя он так и не пришел. Повязка на боку и животе насквозь промокла от крови. Похоже, он потерял ее слишком много.
– Леди, не двигайтесь! Поднимите руки. Молчите!
Вокруг возникло сразу три теневика, за ними подоспели оборотники, держа оружие на изготовку. От облегчения я даже заплакала.
– Это эрсман Аллакири! Помогите! – завопила, утирая слезы, проигнорировав приказ молчать. – Я Льяра Яррант, срочно вызовите моего отца, императорского советника!
– Вас ищут, миледи. Успокойтесь, теперь вы в безопасности. – Чей-то китель укрыл плечи. – Позвольте я вас понесу.
Я вдруг поняла, что меня пытаются увести от Верда.
– Нет! – бросилась назад, мертвой хваткой вцепившись в руку любимого. – Я с места не сдвинусь, пока не придет врачеватель!
Верда уложили на походное одеяло, оказавшееся под рукой. Один из оборотников с нашивкой нелмана на форме присел рядом, осматривая рану.
– Ганзи, срочно за доктором! Сам не справлюсь, а переход он не вынесет. Сквозное, задета печень, эрсман чудом жив. Миледи, вам лучше отправиться с…
– Я останусь здесь! – мне было страшно выпустить любимого из рук, казалось, стоит это сделать, и Верд умрет или исчезнет.
Нелман занялся раной, пытаясь влить в Вердериона жизнь, и по его хмурому лицу, по сжатым в жесткую линию губам я поняла, что дела плохи. Надпись на ячейке «НИ» либо не означала «нейтральный источник», либо я просто перепутала ключи, но здесь нам повезло оказаться лишь с третьей попытки.
Первые два перенесли нас в странные места. Один раз это были холм с жутким идолом на вершине и простирающееся вокруг болото, источающее ядовитые испарения и кишащее тварями, которым я и названий-то не знала. Мы поспешно убрались оттуда. Второй портал располагался на краю иссушенной равнины, пестрящей редкими, искореженными и почерневшими стволами деревьев, мы увидели столб бордового света на горизонте, а в голове раздался испугавший до икоты шепот. Тогда-то Верд из последних сил активировал третий портал.
– Станете реветь, и я вас насильно отправлю отсюда! – рявкнул оборотник.
Я спешно утерла вновь набежавшие слезы.
– Давайте помогу? – не дожидаясь ответа, принялась вливать в нелмана энергию по чуть-чуть, стараясь не переборщить. Тот, одарив пристальным взглядом, согласно кивнул и продолжил дело.
Внезапно я вздрогнула. Кто-то без слов просил о помощи. В мыслях одна за одной стали сменяться картины, суть которых сводилось к одному, как гибнет чистое, невинное существо, а на горизонте встает багровая луна. Я поняла, что не выживу, если не откликнусь на зов. Прилив энергии был настолько неожиданным, что я резко втянула воздух. Сейчас или никогда. Решать надо быстро.
Осторожно убрала голову Верда с колен и поднялась на ноги. С плеч упал китель, но холода я не почувствовала.
– Миледи Оэльрио, куда вы?
– Останьтесь с ним, – подкрепила приказ ментально, и нелман, согласно кивнув, продолжил заниматься Вердерионом. Теневики удивленно глянули на командира, но ничего не сказали.
Я спешила туда, где нужна моя помощь, не отдавая отчета, зачем мне это нужно? Почему я? Что делать, оказавшись на месте? Но с каждым пройденным шагом внутри зрела уверенность, что задуманное Амелией надо предотвратить во что бы то ни стало. Образ выжженной равнины так и стоял перед глазами.
Пока шла через мрачный лес, по пути стали встречаться обезумевшие звери, но я для них словно бы не существовала, они не обращали на меня никакого внимания. На пути возник косматый медведь, и я без страха легонько коснулась его головы, отмечая, как взгляд маленьких глаз мгновенно прояснился. Развернувшись, зверь направился прочь, возмущенным ревом сетуя на то, что его потревожили.
– Свободны! Идите домой! – говорю по наитию.
Тихо. Но меня слышат все. Я не видела, но чувствовала, как безумие покинуло животных.
Амелию увидела возле защитного барьера.
Она активировала какой-то артефакт, и на глазах внушительное сооружение погасло, мигнув на прощанье. Мой взгляд приковывали лежащие повсюду тела, а световые клинки, вновь возникшие в руках бывшей возлюбленной Верда, не оставили сомнений, кто это сделал. Это понимание заставило остановиться. Сердце забилось быстрее, накрыл страх, и в душе поселились сомнения. Сознания тут же ласково коснулись, успокаивая, даря уверенность, придавая сил идти дальше.
Я шла, осознавая, дело не только в том, что на меня что-то воздействует, я просто знаю, что не могу не попытаться предотвратить будущие смерти. Я вспомнила бойню в общежитии, Тилью, девушек в зверинце Галэна, лежащего без сознания Верда.
Даже если погибну, это того стоит.
Впереди показалась стена, Амелия была уже около нее. Она подняла руку, и сноп белого пламени устремился вперед, даже на таком расстоянии был слышен его рев и треск стремительно сгорающего дерева. Что-то подсказало, нужно спешить, и я перешла на бег, мелькая голыми коленками сквозь расходящиеся полы нелепого черного халата.
Со стены спрыгнул воин в легкой броне, выдающей теневика.
– Тварь, стой! – закричал он фаворитке Берди.
Та продолжила шагать к источнику, который походил на гигантский огонек свечи необычного серовато-розового цвета. Странно, нам рассказывали, что он больше похож на гладкое озеро. Видимо, с тех пор что-то изменилось.
Амелия обернулась, небрежным движением откидывая с глаз выбившуюся прядь, и я осознала, как она непозволительно хороша в своем белоснежном коротеньком платье. И как только у такой красавицы может быть столь черное сердце? К воину устремился один из кружащих за ее плечами огоньков. Теневик отбил его мечом. Побежал следом. Я тоже ускорилась насколько могла, но оборачиваться не стала, у меня была иная идея.
Амелия обрушила на воина град ударов. Световые клинки замелькали, ослепляя, то и дело превращаясь в ветвистые молнии, и теневик, привыкший больше полагаться на стремительность перехода, ушел в глухую оборону, быстро сдавая позиции. Пропустил удар. Тонкий меч нанес глубокую рану, и совсем юный воин оступился, падая навзничь. Воздух свистнул, разрезаемый световым клинком, завершающим начатое, но я отбила его в сторону своим.
Успела!
Никогда раньше мне еще не удавалось так быстро и точно материализовать клинок жизни. Мягко мерцая зеленоватым, как молодая травка, цветом, он тихонько вибрировал в моей ладони, будто являясь ее продолжением.
– Дрянь! Откуда ты здесь?! – Амелия, забыв про свою жертву, переключилась на меня. – Думаешь, тебе это поможет?
Сражаться с ней на мечах и правда изначально было плохой идеей. Даже хуже, чем если бы я напала, приняв ипостась. Все же я не боец, да и фехтую абы как. По крайней мере, пока. Для ментальной атаки не было возможности сосредоточиться, отражая град стремительных ударов. Развернувшись, я побежала, огибая источник по периметру, чувствуя левым боком тепло, исходящее от бьющего вверх столба нейтральной энергии.
– А ну, стой! – Амелия неслась следом, но не могла за мной угнаться. – Надо было тебя раньше прибить! – теперь ее голос звучал истерично.
О чем я думала? Вечно лезу куда не просят!
Наконец блондинка остановилась, тяжело дыша. Я тоже, наблюдая за ней и размышляя, что же делать дальше.
– А что, неужели Верд еще не сдох? Это же он тебя сюда перенес? Знаешь, а так даже лучше. Из тебя выйдет отличная жертва. Надеюсь, ты все еще девственница? Галэн вряд ли успел на тебя взобраться, да и твой ручной волк не посмел бы ввести тебя в мир наслаждений, не окольцевав, ведь так? Он у нас слишком правильный. – протянула она презрительно. – Представляешь, мне даже пришлось разыграть сценку, чтобы он уверился в том, что меня изнасиловал. Бедняжка так страдал по моей утраченной невинности, ты бы только видела! Жаль только, его отец помешал. Я ошиблась, думая, что ему нет дела до сына, но ты, наверное, и так уже в курсе.
Заговаривая зубы, Амелия подобралась совсем близко, и я снова материализовала в руках клинки – теперь уже два сразу.
– Весьма необычно, ты смогла меня удивить, Оэльрио, – сияющая указала на них рукоятью своего. – Но я все равно задобрю источник кровью друидки-оборотницы. Одна жертва, конечно, ерунда, но когда речь о тебе – совсем другое дело. Видишь ли, мы с Галэном оба световики. Но он с чего-то решил, что сможет перелить себе твою кровь и покорить источник. Такой фокус возможен только между лла’эно-друидами, всех прочих это попросту убьет. А во мне и так течет королевская кровь, к тому же я женщина. У меня все получится, я уверена. Нет. Точно знаю! Видишь, он уже розовый?
Она указала на серо-розовое пламя и приблизилась еще на шажок. Я повторила ее маневр и отступила назад, сохраняя спасительный разрыв.
– С каждой жертвой цвет меняется. Сегодня же, наконец, взойдет Кровавая Луна, источник полностью окрасится в багрянец, и мои последователи примутся исправно приносить жертвы, получая взамен толику силы. Подачка, которая мне ничего не будет стоить. Потом я перекрашу источник в файбардском дворце. Между прочим, уже третий. Ну, кто здесь самый могущественный?
– Конечно же я! – выкрикнула дерзость, раззадоривая сумасшедшую, и еле увернулась от цепи из соединенных шаровых молний, в которую превратился один из световых клинков.
Она обвилась вокруг выставленных навстречу моих, и те растворились. Впрочем, и цепь с шипением пропала – взаимная нейтрализация в действии. Амелия, зарычав, бросилась ко мне, и я, сделав еще шаг назад, заставила себя упасть, раскинув руки в стороны. Было страшно, но еще страшнее жить в мире, где правит Кровавая Луна.
– Льяра, нет! – исполненный отчаянья крик разрезал пространство.
Время словно потекло медленнее, и я даже успела увидеть, как из теней вышел Верд.
– Не смей! – завизжала Амелия, пытаясь поймать меня за руку.
Стремительно и одновременно мучительно медленно ко мне приближался световой меч, еще чуть-чуть, и он пронзит мне сердце. Я приготовилась к боли, но тут на тонком запястье сомкнулись челюсти раал’гара. Клинок исчез вместе с рукой, а нас троих окутало серо-розовое пламя источника.

Глава 27

На мгновение мир померк. Полная дезориентация. Не работало ни одно из чувств. Я даже толком не осознавала себя. Как только пришла эта мысль, перед глазами чередой понеслись образы. Маленькая девочка, арр’тхэллэ, отец, няня, академия, Верд. Все быстрей и быстрей, пока не начало мутить.
Спасаясь от мельтешения, открыла глаза.
Прозрачное ничто со всех сторон то и дело раскрашивалось яркими, похожими на зигзаг молниями, вспышками. Передо мной Верд. Он расслаблен и выглядит так, будто лежит на воде. Руки раскинуты, ноги присогнуты, глаза закрыты. Кажется, спит. Амелии нигде не видно.
– И что же теперь делать? – голос раздается одновременно со всех сторон, мягкий и немного растерянный, но я все равно вздрогнула от неожиданности. Он был не мужской, но и не скажешь, что женский. Скорее, легко бы мог принадлежать как мальчишке, так и девушке.
– Кто ты?
– Считай, что говоришь с источником.
– Как нам выбраться?
– Есть только один способ – стать моим хозяином.
– Но как?
– Не знаю, ты сама должна это понять, и тогда все получится.
– А если нет?
– Ты станешь жертвой, хотя название «дар» мне предпочтительнее.
– Где Амелия?
– Сияющая, зараженная магией крови? Она уже стала даром.
– А мы? – Я попыталась приблизиться к Верду, и хоть и с трудом, но у меня это получилось.
– Ты – можешь попробовать, а он… – кажется, источник задумался. – С ним я не пойму, что делать. Он мужчина, и мне стоило бы поступить соответственно правилам, но что-то мешает…
– Каким еще правилам?! – отчего-то этот намек мне не понравился.
– Легенде, если по-вашему. Но это был бы самый необычный дар. В его сердце нет жажды власти, нет страха передо мной, только безграничная любовь. Его потенциал стремительно растет. Он сам как небольшой источник, хотя еще и не раскрылся полностью. Ты, впрочем, тоже, хотя и слабей. Я не могу здесь решать. Не вправе. Выбор за тобой.
Подплыв ближе, огладила заросшие щетиной щеки, приникла к мягким губам в прощальном поцелуе, зарылась пальцами в жесткие волосы, прижавшись лбом к его лбу, и закрыла глаза.
Я сделала выбор. На раздумья ушло совсем немного времени.
– Надеюсь, ты меня за это простишь, – шепнула, не надеясь, что он меня услышит. – Люблю тебя.
Оторвавшись, отступила на шаг, пытаясь запомнить облик любимого до малейшей черточки. Разворот плеч, сильные руки с покрытыми засохшей кровью пальцами, упрямый подбородок – сглотнула, пытаясь справиться с колотящимся сердцем. Вспомнила взгляд синих глаз, затаившуюся в них смесь эмоций, теплый и такой родной запах тела, улыбку. Даже красноглазый образ раал’гара показался теперь близким и совершенно нестрашным.
– Отпусти его, пожалуйста. Я остаюсь.
Тишина…
Внезапно все тело пронзила невыносимая боль, рвущая на части каждую клеточку.

Нейтральный источник, Сатор-Юти, бывшая территория королевства Файбард 
Раненый нарушительницей теневик, которого подлатали врачеватели, был снова в строю, среди остальных. Он ждал дальнейшего развития событий. Ему было страшно, но теперь он не мог отступить, памятуя о пожертвовавшей собой девочке, которая его спасла.
Неожиданно серый, отдающий багрянцем столб, в который превратился напоминавший ранее гладкое озерцо нейтральный источник, взметнулся вверх до самых крон, озарив все вокруг мрачным светом. Сгрудившиеся за спиной Теневого мага воины отпрянули назад, не зная, чего ожидать, но готовые ко всему. У каждого, кто здесь находился, был защитный амулет, способный выдержать пару мощнейших ударов. Так сказали люди из службы безопасности императора, но проверять на себе никому не хотелось, само собой.
Недвижимым остался лишь Теневой маг.
Советник Яррант даже не шелохнулся, продолжая глядеть туда, где погибла его дочь. Лишь вставшие дыбом волосы сами по себе непрерывно трепетали словно на ветру, да по спине струился настоящий теневой плащ, простираясь на многие метры вокруг. Все теневики умерли от зависти. Прочие же инстинктивно сторонились, опасаясь задеть тени ногой, но больше – взглянуть в лицо лорду. От тяжелой, мрачной энергии, которую он источал, стало трудно дышать. Казалось, еще чуть-чуть, и императорский советник сам превратится в источник.
Внезапно что-то изменилось.
Свет стал зеленеть, бросая зловещие отблески на лица людей. Языки пламени, если такое сравнение можно было применить к столбу чистой энергии, приобрели по контуру темную окраску, а в сердцевине зародилось какое-то пятно. Оно росло, приближалось, приобретая все более четкие очертания, пока не стало видно, что это кто-то идет.
Теневик присмотрелся, даже привстал на цыпочки, невысокий рост не позволял ему толком что-то увидеть из-за широкоплечих рослых оборотников. Вконец обнаглев, он, не обращая внимания на их ворчание, протиснулся вперед, чувствуя, как на лице сама по себе расползается улыбка.
– Это эрсман Вердерион! Он жив!
На него посмотрели как на сумасшедшего, но не успели зашикать, как из источника на землю ступила мощная фигура. Обнаженный до пояса, с пылающим зеленым огнем глазами Теневой волк нес на руках завернутую во что-то черное дочку советника. Воин-теневик в этом не сомневался. Он до боли закусил губу, не понимая, что с ним происходит, и украдкой смахнул слезу, надеясь, что никто не заметил.
Хозяин источника, окраску которого теперь сложно было определить, двинулся прямо к советнику, а тот застыл каменным изваянием и даже волосы медленно опали, будто затаившись. Аллакири остановился напротив и прикрыл глаза, потушив в них огонь, а когда открыл снова, они уже были обычными, человеческими. Осторожно протянул свою ношу лорду Сатему, произнес:
– Не бойтесь, она просто спит.

Эпилог

Южный Файбард, резиденция покойного Галэна Берди, принца Файбардского 
Лорд Сатем Яррант мрачно наблюдал, как врачеватели освобождают из клеток друидок. Новости были неутешительные, большинство девушек так и не смогли принять человеческий облик, а из тех, кто смог, половина была не в себе. К счастью, были и такие, кто в слезах благодарил спасителей. Их всех без исключения спешно готовили к отправке в Эрессолд, в лучшие реабилитационные центры империи.
– Как? Как такое могло случиться? – шепнул под нос император Алларик Норанг Пятый, он стоял рядом, с будто каменным лицом. – А я едва не отправил сюда твою дочь… – он коротко всплеснул руками, показывая, что у него нет слов для оправдания.
– Но она все равно здесь оказалась… – советник повернулся. – Нам обоим нет прощения. Теперь яснее ясного, существующий порядок требует перемен.
Император согласно кивнул.
– Нам пора. Здесь и без нас разберутся. Нанесем визит вежливости Берди. Старый прохвост просчитался не меньше нашего, за что едва не поплатился жизнью, – он пихнул советника локтем в бок и на полном серьезе без улыбки выдал: – Вот чем чреваты молоденькие любовницы.
Яррант нехотя кивнул, словно погруженный в собственные мысли, и вдруг заорал вслух:
– Что значит похитили?! Кто?! – он перевел взгляд на императора: – Твой сын! Он взломал защиту моего поместья и выкрал Оэльрио!
Тени вокруг Теневого мага сгустились, но тут же опали, повинуясь суровому взгляду императора.
– Сатем, остынь. Не время сейчас нестись куда-то сломя голову.
– Но… – кажется, лорд Яррант не мог найти аргумента. – Но он же ее обесчестит!
Алларик Норанг мгновение смотрел на обеспокоенного советника, а затем неожиданно прыснул.
– Когда, говоришь, он ее похитил? – короткий взгляд на наручные часы. – Впрочем, неважно. Сейчас мы нанесем запланированный визит раненому королю Файбарда, а все дела после восьми отложим до завтра. Навестим принца Вердериона и миледи Оэльрио, обговорим свадьбу, – не ожидая согласия от Сатема, он направился к выходу.

Поместье Вердериона, принца Норанга, Эрессолд, южная окраина, морское побережье 
Я лежу на боку и смотрю на море сквозь огромное распахнутое настежь окно, наблюдая, как ленивые волны неспешно накатывают на белый песок. Рука Верда по-хозяйски покоится на обнаженном бедре, а губы машинально целуют шею и спину. Непроизвольная улыбка не сходит с моих уст, а в голове так и встают картины случившегося.

Огромный раал’гар появляется в нашей портальной зале, и ни одна охранная система не срабатывает, принимая Верда за своего. Слуги в панике разбегаются, а бледный Рэдклиф с сыновьями, готовые в любой момент к боевой трансформации, внезапно замирают, провожая меня удивленными взглядами.
– Я готова! – бегу от лестницы в коротких шортиках и желтом бикини, в руках небольшой рюкзачок, в котором еще три купальника, небольшой запас нижнего белья и амулет вызова – рано или поздно придется поговорить с отцом.
– Миледи Оэль… – дворецкий замолкает, наблюдая, как я бросаюсь стоящему посреди портальной залы монстру на шею.
– Здравствуй, котенок, – Верд мгновенно принимает человеческий облик и подхватывает меня на руки. Обвив его ногами, страстно приникаю к губам, не обращая ни на кого внимания.
– Милорд Аллакири, – Рэдклиф снова принимает чопорный вид, – это непозволительно!
– Миледи Оэльрио, какое бесстыдство! – вторит ему от лестницы Ханиссия.
Не обращая на них внимания, Верд заносит меня на портальную площадку.
Оторвавшись от его губ, спрашиваю:
– Код? – и, приняв четкий мыслеобраз, активирую переход в его поместье.
Целоваться мы продолжили еще на портальной площадке, а когда, спустя долгие полминуты, оказались на месте, на мне уже не было шортиков и желтого бикини – похоже, остались в тенях.
– Как ты это сделал?
Любимый лишь пожал плечами.
Мое удивление длилось недолго, я плавилась под его руками, губами, отвечая на ласки стонами. Все случилось так быстро, что не успела осознать, о чем поспешила уведомить:
– Это все? – извиняющееся лицо и приподнятые домиком брови, а потом он зарылся носом в мои волосы. Но я не отступилась: – Надо срочно повторить!
Одна эта фраза заставила Теневого волка ожить, зарычать и наброситься на меня с новыми силами. На этот раз осознать удалось гораздо больше и еще немножко сверху. Я едва не запросила пощады, когда меня накрыла очередная волна острого удовольствия. К моему стону добавился его стон. Тяжело дыша, Верд приподнял голову и хрипло спросил:
– Повторить?

Воспоминание было столь ярким, что я засмеялась.
– Эй, – любимый заглянул мне в лицо, переворачивая на спину, и навис надо мной. – Если будешь так много смотреть на море, я начну ревновать.
– Ну и зря, ты мне нравишься больше, хотя…
Я сладко потянулась, не отвечая, но и не отрывая взгляда от обрамленных густыми ресницами синих глаз, спорящих по глубине с тем самым морем. Да как же я могу на что-то их променять?
– Ох и меркантильная вы особа, миледи Оэльрио! – внезапно выдал Верд. – Ну если простой вояка вас не устраивает, как насчет выйти замуж за принца?
– Нет, только никаких принцев! Ни-ни! – меня натурально передернуло, а Верд внезапно помрачнел, но тут же его лицо прояснилось.
– А хранитель единственного в своем роде источника теней и жизни подойдет? Или сразу интересует император?
Внезапно все встало на свои места:
– Верд, а кто твой отец? – спросила вкрадчиво, уже все прекрасно осознавая.
Он удивленно посмотрел на меня и вдруг рассмеялся в голос, прижимая к себе.
– Ага, мы с ним немножко похожи, только я моложе и симпатичнее, – подтвердил он мою невысказанную догадку.
– Но откуда же мне было знать?! – моему возмущению не было предела. – Почему не сказал сразу?
– Зачем? Разве бы это что-то изменило?
– Да! Нет! Дурак!
Верд только вылупил глаза.
– Пожалуй, стоит повторить, – вынес он вердикт.
Принялась шутливо колотить по покрытой мускулами, словно броней, спине руками, пока он, не обращая внимания, самозабвенно целовал мою грудь. И чем больше целовал, тем меньше я колотила, а потом и вовсе перестала, сменив гнев на милость.
«Повторяли» до самого вечера, а потом в дверь комнаты кто-то робко постучал.
– Милорд Вердерион, – это был старый слуга, – ужин подан, в гостиной вас ожидают его императорское величество и императорский советник лорд Сатем Яррант.
Я в панике подхватилась в поисках чего-то, что можно надеть. Сердце бешено забилось в ожидании предстоящей встречи и разборок с отцом.
– Ты чего?
– Папа заберет меня домой, – я закрыла рот руками. – А тебя… вдруг тебя казнят? – неожиданно страх накрыл меня с головой, воображение рисовало картины одна другой ужасней. – Я не могу тебя потерять! – я будто снова оказалась внутри источника, прощаясь с любимым. – Давай убежим? В Арендолл?
– Котенок, отставить панику! Иди ко мне, маленькая, – Верд заключил меня в объятья, и я обхватила его руками, со всей силы прижавшись к любимой груди. – Никто не посмеет тебя забрать, никто не сможет меня казнить. Да и за что? Это просто семейный ужин, один из многих, ждущих нас впереди. Представь, что дедушки пришли поиграть с внуками.
– Что? – я отстранилась, заглянув в лицо самого любимого на свете человека.
– Упс…
– Что упс? Что ты имеешь в виду? Что значит это «упс»?! – Я вскочила на постели, уперев в бока руки. – Верд, ответь!
Принц Вердерион Норанг, хранитель источника теней и жизни, наследник императора Эрессолда, Теневой волк и командир отряда «Волчьи Тени» отодвинулся к краю кровати. И, будто размышляя, пробурчал, потирая подбородок:
– Что-то она какая-то грозная. Наверное, стоит повторить?